– Служба безопасности.

Дополнительная Информация: – Служба безопасности.

Сотрудник Для Контактов: Г-ну Комарову А.А.

Факс: 2023408

Стандартная Информация: Прежние тел. (095) 290 7170, 290 7077, 291 1034 ИНН 7705014894 Ранее реквизиты: р/с 40467803 в КБ Мост Банк к/с 705161700 БИК 44583705 Персонал: – Комаров Александр Алексеевич (Начальник СБ). – Кашурников Сергей Николаевич (Начальник отделения Службы телохранителей и охраны, пейджер 230 4141 аб-т 4145). ОПОРЫ МОСТА. Орел, излом крыла коего свидетельствует об успешной борьбе с воздушным потоком, известен, наверное, каждому россиянину. Это эмблема группы "МОСТ" -одной из ведущих и влиятельнейших отечественных компаний. Известен "МОСТ", кроме всего прочего, и своей системой безопасности. Она, по мнению коллег, является одной из наиболее надежных и эффективных. Поверялась надежность опор "МОСТа"' неоднократно. Наиболее широко известным случаем были действия со стороны государственных органов весной этого года. – Какие выводы вы сделали из этой истории и что бы вы могли посоветовать коллегам на тот случай, если они окажутся в подобной ситуации? – спросил я одного из главных секьюрити "МОСТа" Александра Комарова. – Мы удовлетворены тем, как себя повели наши сотрудники в этом неординарном случае. Они не дали себя вовлечь в конфликт, проявили выдержку и хладнокровие, вели себя как настоящие мужчины. Собственно, это и есть моя рекомендация для тех, кто окажется в подобной ситуации, – не дать себя спровоцировать, сохранять контроль над собой, действовать исключительно в рамках закона. Пытаться решить проблему правовыми, а не силовыми средствами. – На страницах нашего журнала часто говорится о том, как защититься от мафии. Но мы редко рассматриваем в качестве источника угроз государственные силовые ведомства. – И правильно делаете. Частные охранные структуры не могут с ними бороться, не должны этого делать ни при каких обстоятельствах. По закону у нас нет права на силовую защиту от государственных структур. Другое дело – моральная готовность к таким ситуациям и готовность прибегнуть к правовой защите. – А приходилось ли выяснять отношения с криминальным миром? – Несколько раз. – "Наезжали" на "МОСТ-банк"? – Нет, не на саму группу "МОСТ" – на наших клиентов. Обычно те, кто сотрудничает с нашей компанией, дают понять, что их защищаем мы, и бандиты как "наехали", так и "отъезжают". Один раз, впрочем, было иначе. Пришлось применить весь наш арсенал средств воздействия на этих аль-капоне, чтобы они отстали от нашего клиента. При этом, подчеркну, речь не шла о применении силы. – А были ли среди партнеров группы "МОСТ" компании под бандитской "крышей"? – Нет. Объяснение этому простое. Многие наши партнеры – компании западных стран А они абсолютно "чистые", свободные от связей с отечественным уголовным миром Вообще, что касается бандитских "крыш", то в настоящее время наметилась тенденция к уходу из-под них со стороны отечественных предпринимателей. – Им это удается? И вообще, можно ли противостоять мафии? – Удается. Что касается противодействия преступным группировкам, то я просто не вижу другого пути. Бандиты не отстанут, пока не обдерут фирму или предпринимателя как липку. Другое дело, что защищаться от мафии надо грамотно, доверять это только профессионалам. Впрочем, мы увлеклись рассказом об интервью с Александром Комаровым и забыли рассказать читателю о том, что представляет из себя служба безопасности группы "МОСТ". Структуры безопасности группы включают собственно СБ и ее дочерние предприятия – охранное агентство "СТО" ("служба телохранителей и охраны"), детективное агентство, школу охраны "Безопасность", филиалы агентства "СТО" в тех городах, где есть филиалы "МОСТ-банка". Необходимость в дочерних структурах, являющихся самостоятельными по своей организационно-правовой форме предприятиями, обусловлена тем, что действующее законодательство о частной детективной и охранной деятельности не позволяет создавать филиалы СБ и осуществлять охрану сторонним организациям, даже если они самым непосредственным образом связаны с интересами "хозяина" СБ – речь идет не более чем об этом. А СБ "МОСТа" и ее дочерние предприятия не занимаются бизнесом в области сыска и охраны – работают почти только в интересах группы. Существует служба безопасности свыше 4 лет. Основу ее составили бывшие работники милиции и армейцы. Структура службы достаточно традиционна: подразделения охраны стационарных объектов, личной безопасности, перевозки товарно-материальных ценностей, аналитическое отделение и служба экономической безопасности. СБ "МОСТа" совместно с дочерними предприятиями входит в тройку крупнейших частных охранных формирований России. Но вернемся к моему интервью с Александром Комаровым. Продолжили мы наш разговор обсуждением "производственных" проблем обеспечения банковской безопасности. Важнейшим направлением работы "МОСТ-банка" является кредитование клиентов. Общеизвестно, что кредитование клиентов относится к категории одного из наиболее рискованных видов банковских операций. Каким образом СБ "МОСТ-банка" обеспечивает возвратность кредитов и сводит к минимуму рискованность кредитных операций? – Прежде всего мы стараемся соблюдать ряд принципов: Во-первых, не даем кредитов, если заемщик вызывает сомнения, т.е проще не допустить и предотвратить вероятные вредные последствия. Во-вторых, серьезным образом изучаем полный пакет документов, представляемый заемщиком прежде всего для оценки экономической эффективности использования заемных средств, обеспеченности кредита залоговым имуществом. В-третьих, решение о выдаче кредитов принимается обычно коллегиально – на кредитном комитете банка, где оцениваются выводы всех специалистов, в том числе и представителей СБ. У нас были случаи невозврата кредитов. Однако значительная часть этих невозвратов прогнозировалась нашей службой В-четвертых, мы не поддерживаем никаких отношений с криминальными структурами. Если иногда и случаются какие-то контакты, то они связаны с оценкой влияния криминальных структур на экономическую состоятельность заемщика и предотвращением "отмывания" криминальных денег Способы разрешения осложнений с заемщиками строго соответствуют действующему законодательству. А при возникновении конфликтов криминального характера разрешение их осуществляется исключительно во взаимодействии с правоохранительными органами. Роль СБ в этой ситуации – вспомогательно-консультативная. По сей день, к сожалению, остается неразрешенным вопрос о разграничении применения норм гражданского и уголовного права в спорных ситуациях между заемщиком и кредитором. Некоторые из заемщиков сильно напоминают своими действиями мошенников. Но привлечь их к ответственности возможно, как правило, лишь в гражданско-правовом порядке. Это положение само по себе порождает огромное количество проходимцев, которые, сознавая свою безнаказанность, злоупотребляют доверием, присваивают и растрачивают заемные средства. Отсутствие кредитной истории клиентов также негативно сказывается на качестве оценки заемщика. За рубежом сведения о прошлых кредитах давно считаются открытыми. Каждый заемщик предоставляет эти сведения, и не считается дурным тоном их проверка, вплоть до обращения в ЦБ, налоговые органы и другие банки, где можно получить подтверждение представленной информации. Мне думается, что законодательным органам есть над чем подумать в этой связи, т.к. проблема неплатежей, невозвратов долгов и несоблюдения договорных обязательств на сегодня – проблема государственного значения. Большое значение в деятельности любого банка имеют вопросы охраны коммерческой и банковской тайны, обеспечения внутренней безопасности, ведь банки концентрируют огромное количество сведений, являющихся предметом внимания преступных группировок и конкурентов. В этом вопросе СБ "МОСТа" ориентируется на "материальное стимулирование" и технические средства защиты информации. Наиболее "нападаемым" участком в системе жизнедеятельности отечественных банков являются обменные пункты. – Есть ли у секьюрити группы "МОСТ" какой-то особый подход к защите валютнообменных пунктов? – Нет, никакого ноу-хау здесь нет. Просто в наших обменных пунктах преступников встретят телекамеры и хорошо подготовленные охранники, пункты расположены в подобающих помещениях. Зачем им нападать на наши "обменники", если рядом есть переоборудованные под обменные пункты бытовки и отхожие места? Продолжили мы разговор о "силовых" направлениях деятельности службы безопасности группы по проблемам инкассации. Как мой собеседник относится к планам Центрального банка лицензировать деятельность частных инкассаторских служб? – Дело в том, что у нашего банка генеральная лицензия на банковскую деятельность, и мы не обязаны получать лицензию на каждый вид банковских услуг. Насколько мне представляется, у Центробанка есть идея установить монополию в этой сфере. Недалеко не все коммерческие банки устраивает инкассация Банка России. Ведь работники "Росинкаса" – это сторонние люди, люди, которые не являются сотрудниками банка Мне известны случаи, и по практике последних трех лет работы в службе безопасности, и по прошлой работе в МУРе, когда инкассаторы являлись соучастниками совершения преступлений Естественно желание банкиров контролировать кадровый состав инкассаторов. То есть росинкасовские инкассаторы как минимум нисколько не лучше инкассаторов частных служб. Один из штришков к "портрету" "Росинкаса" – мне известны случаи, когда, дабы обеспечить своевременную отгрузку денег, организации вынуждены были "премировать" сотрудников этой структуры Кроме того, "Росинкас" не применяет ряд перспективных методов обеспечения безопасности, используемых нашей и другими инкассаторскими службами комбанков. Например, служебных собак. А ведь это один из важнейших факторов, предупреждающих нападения на инкассаторов, – любой злоумышленник убоится здоровенного барбоса, натасканного на таких "супчиков". Не используется в госинкассации прикрытие транспорта с большими суммами. Суть его состоит в том, что, перед тем как колонна приходит в место назначения, оно определенным образом "готовится" – проверяется на наличие взрывчатых средств, подозрительных людей и т.п. Руководитель СБ "МОСТа" считает, что инкассаторское подразделение банка работает на более высоком качественном уровне, чем "Росинкас". Поскольку существует система инкассации, в которую, помимо службы перевозки ценностей и департамента платежных и расчетных средств "МОСТ-банка", входят кассовые подразделения клиентов банка. Причем все стороны заинтересованы в конечном результате, в частности в том, чтобы обеспечить максимальную безопасность. "Для наших инкассаторов, -говорит он, – это свое, а для росинкасовских – дядино". Службу создавали, как уже говорилось выше, бывшие работники милиции и армейские офицеры. Но они – лишь руководящее звено. Большинство охранников "МОСТа" – это молодые ребята, отслужившие в армии и прошедшие подготовку в школе охраны. Школа охраны у СБ "МОСТа" своя. – ШО "Безопасность", – рассказывает А.Комаров, – была создана для того, чтобы осуществлять подготовку и переподготовку персонала нашей службы. Со времени своего создания она подготовила более 2000 квалифицированных охранников. Конечно, далеко не все из них работают в нашей службе -многие из них охраняют другие московские банки, работают в охранных фирмах. Достоинством нашей школы является то, что в ней соединены теория и практика. Мы делаем основной упор на правовой и психологической подготовке, не пренебрегая, конечно, физической и огневой. В базовом курсе школы мы считаем нецелесообразным вводить специализацию – существуют только спецкурсы по инкассации, личной охране и т.д. Центральное место в программе обучения – около 130 часов – занимает правовая подготовка, поскольку, с нашей точки зрения, главное, что может повлечь негативные последствия для охраняемого объекта, – это неправомерные действия охранника. Бизнес из подготовки охранников у нас не очень получается, потому что, увы, большинство заказчиков готовы платить скорее за соответствующую справку, а не за знания. А это не к нам. Мы сейчас несколько переориентируем школу на повышение квалификации работников ЧОП и СБ. Я поинтересовался у Александра Комарова, в чем он видит решение проблемы торговли справками, которой занимаются многие ШО, и прочих незаконных действий с их стороны. – Решение этой проблемы – в ужесточении контроля со стороны лицензионно-разрешительных органов МВД. Мне известны случаи, когда школы охраны в открытую объявляли набор на курс агентурной работы или использования саперных лопаток. Неужели так трудно проконтролировать деятельность школ охраны? Ведь в Москве всего 40 центров подготовки. Нужно всего лишь прийти, посмотреть программу, поприсутствовать на паре занятий, принять участие в приеме экзаменов. – Почему же этого не делают? – Может, рук не хватает, а может, не понимают, что именно со школ охраны нужно начинать профилактику криминальных проявлений в структурах частной безопасности. Свидетельством надежности опор "МОСТа" является высокая эффективность системы личной безопасности. Свидетельством тем более весомым, что в столице чуть ли не на каждой неделе совершаются покушения на банкиров. – Наш подход к обеспечению личной безопасности состоит в том, что мы при построении защиты учитываем не только те угрозы, которые долго и тщательно готовятся, но и те, источником которых являются неуравновешенные люди, сумасшедшие, лица, находящиеся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения. Действия "шизика" гораздо труднее просчитать, чем действия наемного убийцы. Но к ним надо быть постоянно готовым. – Каков круг лиц, по отношению к которым осуществляются мероприятия по обеспечению личной безопасности? – Это очень хороший вопрос. Он позволяет сформулировать другую важную особенность нашего подхода к обеспечению личной безопасности. Мы не рассматриваем в качестве объектов защиты только лишь узкий круг высшего руководства. Для нас каждый сотрудник банка и группы – от уборщицы до президента – охраняемое лицо. Конечно, перечень мероприятий для различных категорий сотрудников разный. Работников низшего и среднего звена мы снабжаем средствами самозащиты, советуем, как вести себя в той или иной криминальной ситуации. Для высшего менеджмента предусмотрен широкий комплекс мер, включающий сопровождение, подготовку мест прибытия, круглосуточную охрану самого руководителя и членов его семьи и т.д. Наши сотрудники живут в охраняемых нашими работниками домах. При этом гораздо спокойнее спится всей округе. Это к вопросу о значении частной охраны в обеспечении правопорядка. Просто удивительно, с какой легкостью иной раз работники правоохранительных органов называют преступниками и пособниками преступников своих бывших коллег, орденоносцев, многие из которых были руководителями этих самых органов и учителями своих нынешних хулителей. Мне трудно заподозрить этих людей, многих из которых я знаю как честных и в высшей степени порядочных, в том, что они выдвигают эти обвинения из какого-то злого умысла. Нет – от недостатка понимания. Точно так же и позиции некоторых моих нынешних коллег, основанные на утилитарных интересах, тоже продиктованы недостаточно глубоким пониманием ситуации. Только сотрудничество частных и государственных правоохранительных структур способно остановить разгул преступности. Для того, чтобы произошло объединение усилий милиции и ФСБ, с одной стороны, и частных охранных и детективных формирований, с другой, необходимо, чтобы и те и другие смотрели на проблемы безопасности бизнеса с государственной "колокольни". [Александров Дмитрий,Частный сыск,охрана,безопасность,12.95] “СТРАХОВАНИЕ – это не казино”. Борис Хаит надеется,что страховой бизнес избежит ошибок банковского сектора. Известный российский банкир, соратник Владимира Гусинского Борис Хаит недавно покинул пост президента Мост-банка и теперь занимается исключительно страховым бизнесом. Созданная им в рамках Группы "Мост" страховая группа "Спасские ворота" расположилась в здании мэрии на Новом Арбате и на сегодняшний день включает в себя три компании, две из которых специализируются на страховании жизни и медицинском страховании. – Борис Григорьевич, почему вы, банкир, решили заняться страхованием? Как происходил ваш переход из Мост-банка в "Спасские ворота"? – Я был одним из руководителей банка, который мы создали восемь лет назад. Работал председателем совета, т. е. представлял акционеров банка. Моя должность и мои обязанности в банке имели политическую направленность. Это работа с клиентами, освоение рынка, но не детальное руководство. После того как у нас Группа "Мост" определенным образом переформировалась, был создан холдинг "Медиа-Мост", я стал непосредственно президентом банка, хотя в принципе продолжал выполнять те же функции. Где-то года три назад мы предусмотрительно создали страховую компанию. Очень жалею, что это было сделано лишь тогда, а не раньше. На сегодняшний день страховое дело является одним из наиболее перспективных видов деятельности. Банки стагнируют. Банковская система находится в каком-то зомбированном состоянии. Я не могу сказать, идет она назад или движется вперед. Страхование, наоборот, переживает сейчас пору расцвета. Объяснить это экономически довольно сложно. Казалось бы, те, кто должен питать страхование, получили весомый экономический удар. Тем не менее, вопреки всеобщим опасениям, в результате кризиса ни одна страховая компания не обанкротилась и не пропала. Разжалась пружина чувства собственности, а это главная предпосылка формирования того, что называется страховой культурой. Надо отдать должное также общественным организациям страховщиков, которые требовали вернуть замороженные ГКО, и правительству, которое . все-таки это сделало. В страховом деле сейчас происходит то, что происходило в банковском: тоже выделяются 5-7 крупных компаний, которые становятся законодателями мод. Они развивают страховые технологии, применяют современный менеджмент, строят собственные здания. Эта тенденция очевидна. И хочется, конечно, чтобы продолжение было иным, чем у банковской системы. – Когда вы окончательно ушли из Мост-банка? – Я перестал быть президентом Мост-банка 29 сентября. Теперь я считаю себя полным страховщиком. С банком у нас еще достаточно крепкая связь, и, наверное, на тех позициях, которые связаны с политическим фоном, я там буду, безусловно, полезен. – Накануне конкурса по обслуживанию таможенных счетов у Мост-банка возник конфликт с ГТК. Чем вы можете это объяснить? – Если говорить о ГТК, там нет ничего непонятного. Я думаю, что это связано с теми тенденциями, которые сейчас наблюдаются в нашем обществе. Насколько мне известно, конкретных претензий банку не предъявлено. Реструктуризация задолженности прошла абсолютно правильно. Надо проверить все банки, которые работали в этой области. Если есть кто-то, занимавшийся черным делом, надо выявить их и поступить так, как надлежит надзорным органам поступать с нарушителями. Остается только догадываться, почему надзорные органы не принимали этих мер раньше. – Говорят, что федеральные органы напали с проверками на Мост-банк из-за Гусинского, который поддерживает Лужкова. – Использовать различные рычаги давления надзорного характера на бизнес не очень-то хорошо, неэтично. В то же время неэтично журналистам писать заказные статьи, называть по телевизору цифры, которых не существует, или родственников, которых нет. Тут много есть самых различных нюансов, которые в преддверии выборов оттеняют наши человеческие и другие отношения. – Каково ваше отношение к скандалу вокруг нового закона о страховании, на который наложено вето? Вы сторонник или противник открытия российского рынка для иностранных компаний? – Я не вижу ничего плохого в том, что на нашем рынке могут присутствовать западные компании. На сегодняшний день они уже в достаточно большом объеме присутствуют. У нас сейчас работает порядка 70 российских компаний с участием иностранного капитала. На нашем рынке работают и очень известные компании, такие, как американская компания AIG, действующая под именем "AIG Россия", а также "Цюрих-Русь" или "Ост-Вест Альянс". Вокруг этого закона столько шума возникло потому, что многие не очень внимательно его читали. На сегодняшний день трудно сказать, кто же в выигрыше от того, что президент наложил вето, ведь основной закон о страховании тоже повис в воздухе, а там уже расписаны те вещи, которые так необходимы нашим западным партнерам и коллегам. – Почему страхование жизни не осваивается российскими компаниями? – Это вопрос. Еще два года назад мы работали с крупнейшей британской страховой компанией CGU именно по вопросу страхования жизни. В итоге они пришли к выводу, что на российский рынок выходить еще рано. Хотя, например, в Польше их успехи известны всем. Реального страхования жизни никогда в России не было, хотя некоторым нашим компаниям уже больше 100 лет. Для сравнения: многим английским компаниям уже за 300. Я думаю, и у нас наступят времена, когда страхование войдет в обиход наряду с химчисткой и ремонтом обуви. – Правда, что сейчас наши компании практически все риски перестраховывают на Западе? – Нет. На Западе перестраховывают только те риски, которые нельзя взять на себя или разместить внутри страны. Ведь страхование – это не казино. В начале становления российского страхового рынка были компании, которые пробовали работать, как казино. Ничего хорошего из этого не получилось. Почему приходится перестраховываться на Западе? Это связано с надежностью. Когда что-то страхуется через российского брокера и перестраховывается, очень часто клиент спрашивает "А где вы собираетесь перестраховываться?" Если мы называем, например, компанию Lloyd's, у него не возникает вопросов. Мы не играем в азартные игры с целью удержания у себя как можно большего объема ответственности. Теорию вероятности пока не отменили. Как правило, в казино играют в минус. – Если на российском рынке появятся те западные кампании, в которых перестраховываются риски, зачем нужны будут российские посредники? Кому придет в голову идти в "Спасские ворота", если можно будет напрямую обратиться в Lloyd's? – Это вопрос очень специфический. На сегодняшний день иностранные страховщики не могут напрямую работать в России. Как я уже говорил, западные коллеги участвуют в капитале целого ряда российских страховщиков, но с одним условием: их доля в уставном капитале не должна превышать 49%. Во всем мире для подобного рода вещей (я имею в виду перестрахование) существуют страховые брокеры, которые обладают большим штатом высококлассных экспертов, способных квалифицированно оценивать риски. Самые крупные из них давно уже представлены у нас так же, как и крупнейшие зарубежные перестраховочные компании: Munich Re, General & Cologne Re, Swiss Re и другие. – Какую страховую премию собрала за прошлый год ваша компания? Каковы были размеры выплат по страховым случаям? – Если говорить о страховом холдинге "Спасские ворота", то общий объем собранной страховой премии за 1998 г. составил более 4,5 млрд. руб. Есть у нас уже и результаты девяти месяцев этого года. Они, на мой взгляд, достаточно убедительно показывают динамику развития "Спасских ворот". Судите сами: за девять месяцев 1999 г. мы собрали более 6 млрд. руб., а выплаты составили немногим более 5 млрд руб. – Какими финансовыми инструментами пользуется сейчас страховая кампания? – Это вопрос к департаменту страхового надзора. Часть средств на какой-то момент не принадлежит самим страховщикам. – Значит, у вас нет никаких свободных средств? – На сегодняшний день свободные денежные средства не так долго задерживаются, переводятся в ценные бумаги, которые позволяют сохранить ликвидность компании в случае резкого падения курса рубля к доллару Вкладываются в валютные ценности. Каждый использует свою технологию, главное – чтобы она была в рамках закона. Мы не гоняемся за сверхприбылью. Наше кредо – это надежность и нормальная конкуренция с чистыми руками. – Как происходит сейчас борьба за клиентов? – У нас страховой рынок покрыт лишь на 8-12%. Есть достаточно много свободного места, где нам всем еще работать и работать, развивая отечественное страхование. Что касается непосредственно борьбы за клиента, то мы не демпингуем на рынке, а разрабатываем новые страховые продукты и программы, отвечающие потребностям страхователей, привлекательные для них. Мы проводим весьма активную рекламную кампанию, первыми начав рекламировать конкретные страховые продукты. Этой же цели служит и значительное расширение региональной сети: сегодня у нас более 50 филиалов, представительств и отделений по всей России -от Калининграда до Владивостока. Постоянно увеличиваем и число своих страховых представителей. Одним словом, стараемся быть не только известными потенциальным страхователям, но и расположиться к ним как можно ближе. – Ваши клиенты – это компании, работающие с Труппой "Мост"? – Наверное, часть клиентов так или иначе аффилирована с Группой "Мост". Есть и такие клиенты. То, что группа может получить от нас, мы делаем всегда точно и вовремя. Но хотел бы подчеркнуть, что круг наших клиентов неизмеримо шире – от Центрального банка РФ до субъектов Федерации. Я не верю в отраслевые страховые компании. Так или иначе они начинают стагнировать. Страховая компания должна быть свободна в выборе клиентов, в выборе сфер и форм деятельности. Мы, конечно, стараемся как можно дальше выходить за пределы группы – из одного кармана в другой деньги перекладывать тяжело и продавать риск из одного кармана в другой тоже тяжело. Я считаю, что все кэптивные компании потихонечку займут свое место. Как на Западе, они превратятся в маленьких брокеров, которые будут распределять риски своих "родителей" по другим компаниям. – Что-нибудь особенное, отличное от других вы делаете? – Все финансовые организации – банки, страховые компании – это достаточно консервативные образования. Они должны быть консервативны – если постоянно искать новые пути, то вагон с рельсов сойдет. Мы не ищем какого-то особенного вида деятельности, приносящего сверхприбыли. Мы стараемся развивать даже те направления страхования, которые практически не приносят прибыли. Мы стараемся обеспечить универсальность, комплексность, дополнительные сервисные услуги. И, конечно, стараемся привлечь внимание страхователей к нам – это и реклама, и какие-то благотворительные акции. – "Спасские ворота" являются спонсором оркестра Когана. Почему именно оркестр и именно этот стал объектом спонсорской помощи? – Нам казалось, что страховая группа, солидная, консервативная, должна поддерживать какие-то фундаментальные виды искусства. Оркестр Когана – это знаменитый музыкальный коллектив мирового уровня, достаточно нуждающийся, как и все другие оркестры. Вот мы и решили их поддерживать. – Зарплата музыкантов при этом увеличилась? – Надеюсь. – В чем же тогда выражается спонсорская помощь? – Мы переводим туда средства и не следим до конца, куда они пойдут. Оркестру виднее: может быть, сегодня нужно починить инструмент или оплатить поездку на гастроли, а завтра – выдать зарплату. – "Спасские ворота" разработали специальную программу страхования для ипотечного кредитования покупки жилья. Вы верите в развитие ипотеки в России? – Я все сделаю, чтобы она развивалась, но я в нее не очень верю на данном этапе. Слишком велики процентные ставки. Они должны упасть до уровня 7-10 %. Это дело будущего. – Какой вид страхования является сегодня наиболее прибыльным? – На сегодняшний день в России преобладает интерес к классическим видам страхования. Широкие слои населения пока дошли до классики – это страхование имущества, автомобилей. Дойдут, конечно, и до пенсионного страхования, когда поймут, что лучше позаботиться о себе самому По своей сути пенсионное страхование очень похоже на страхование жизни. – Вы с Мост-банком сейчас работаете? – Безусловно. Как, впрочем, и с целым рядом других банков, на взаимовыгодных условиях. Наша цель – динамичное развитие в автономном режиме. [БЕРЕЗАНСКАЯ ЕЛЕНА, Вед., 20.10.99] Действующая модель управляемого академика. Российская политическая жизнь, особенно в горячую пору избирательной кампании, богата мифами. Надутые в предвыборных штабах пропагандистские шарики, отрываясь от грешных реалий, живут самостоятельной жизнью и “делают политику”, мороча голову неискушенному и доверчивому избирателю. Из пены избирательных технологий возникают фантастически далекие от реалий образы рачительного хозяйственника Лужкова, стратегического тяжеловеса Черномырдина, несгибаемого бойца никак не умирающей партии Зюганова… В ряду этих искусственно созданных представительских картинок особое место занимает легенда о самодостаточном и самостоятельном патриархе российской политики – Евгении Максимовиче Примакове. Академик в этой легенде предстает исполински-независимой фигурой, олицетворяя отдельно стоящее посреди политической суеты пожилое “матерое человечище”. Увы, мифологический академик не чета настоящему. Как ни печально это констатировать, но ни одно из перечисленных достоинств – самодостаточность, самостоятельность, независимость – не свойственны реальному Примакову. Нет и отдельно стоящего “матерого человечища” – есть на самом деле косноязычный больной человек с богатой, но слишком непростой трудовой биографией, которая, собственно, и отняла у пенсионера заслуженную счастливую старость, превратив Евгения Максимовича в действующую модель политически управляемого академика. Правда мифа состоит в том, что независимый Примаков движим в своих политических поступках болью за поруганное Отечество и стремлением прекратить демократические беспорядки на Руси. Правда жизни заключается в ином: зависимым академиком достаточно успешно манипулирует группа товарищей, сплоченных жаждой власти и обуреваемых амбициями. Популярное нынче слово, превратившееся даже в понятие – Семья, в примаковском контексте как нельзя более к месту Специфика заключается в одной только особенности: родные и близкие академика вместе с ним самим, то есть настоящая семья, за спокойную, тихую старость, совмещенную с несуетным трудом по линии Академии наук и писания мемуаров; Семья в широком смысле, то есть окружение и разнообразные соратники Примакова, – за политическую активность и максимум отдачи от больного тела во имя корпоративного блага. Как утверждал незабвенный Мюллер с лицом актера Броневого, “что знают двое, то знает свинья”. Это вспомнилось потому, что нешуточный раздрай и напряжение в отношениях “двух семей” Примакова уже перестали быть супертайной, которая тщательно оберегалась от постороннего взгляда. Москва полна разговоров о том, что близкие родственники академика выступают категорически против его участия в президентской гонке. Мотивы человечны и просты: Евгению Максимовичу противопоказаны стрессы, предстоит вторая операция на суставе, в последнее время стала беспокоить больная почка. Эти очевидные резоны, однако, никак не трогают политических партнеров и соратников Примакова, которых интересуют не самочувствие и пенсионные настроения академика, а наполеоновские замыслы завоевания Кремля с последующим освоением всей остальной России. Бороться с этой “неродной”, но чрезвычайно цепкой “семьей” Евгению Максимовичу очень непросто, а точнее, практически невозможно. Академика насильно эксплуатирует целый авторский коллектив, представленный плеядой ярких и незаурядных фигур, интересы которых тесно и туго переплетены. С одной стороны, это кадровые чекисты советской школы, с другой – представители “московского клана”, а связующим звеном между ними выступает олицетворенная в конкретных персоналиях олигархическая группа с удивительно подходящим именно для такого причудливого расклада названием “Мост”. Окруженный и отягощенный старыми связями и обязательствами полиции спецслужб, Примаков не и состоянии оторваться от притяжения “чекистской планеты”, которой слишком многим обязан и которая слишком много о нем самом знает. Это главный якорь, который удерживает Евгения Максимовича в семейной бухте. Дальше вес происходит и выстраивается уже без него: ветераны КГБ и разведки на службе у “Моста” – интересы “Моста” -“московская группа”. По сути, сегодняшний Примаков – это “коллективный игрок” с лицом Примакова, движения и ходы которого формулируются достаточно пестрой командой профессионалов, специализирующихся в различных дисциплинах. Оценивая возможности этого игрока, принципиально важно понять, кто при таком обилии рук на самом деле дергает за веревочки. Беглый анализ позволяет утверждать, что сам академик и его сподвижники по органам – элементы безусловно важные, но исключительно функциональные: первый реализует задачу, доведенную до него через вторых. Системообразующими, стало быть, могут выступать оставшиеся участники схемы – “московская группа”, возглавляемая Лужковым и его весьма активной и напористой супругой, и группа “Мост” с мастером закулисных операций Гусинским в качестве руководителя. Кто кем “рулит” в этой ключевой паре – предмет отдельного разбирательства. Нас же в данном случае интересуют “правила эксплуатации” Примакова, которые по состоянию на середину ноября выглядят так: главный организатор и режиссер Гусинский при тесном консультационном участии жены московского мэра Елены Батуриной, называемой в кулуарах “сестра-хозяйка Отечества”; главный идеолог – Малашенко; главный администратор -Зверев; финансисты – ушедший в страховой бизнес Хаит, газпромовец Щеремет, московские структуры (в том числе Кобзон, Джабраилов, Краснянский), Сбербанк и весьма состоятельный израильский клан Нимроди – партнер Гусинского на Святой земле: ответственные за координацию по линии спецслужб – Бобков, Крючков и ряд других информированных генералов из органов, состоящих на службе в “Мосте” либо находящихся на лужковском иждивении. Эта схема выстраивалась и притиралась с весны и работает пока практически бесперебойно. Единственная заусеница – растущий раздрай между семьями Примакова. Близкие, но неродные соратники академика опасаются, что Евгений Максимович, подталкиваемый роднёй, не оставляет попыток выйти из игры -именно так трактуется ею упорное нежелание заявить публично о намерении стать президентом России. Окружающие Примакова “друзья” подозревают, что хитрый академик рассчитывает на максимальное падение своего рейтинга, которое заставит “большую семью” отказаться от его услуг в качестве президентского кандидата ввиду полной бесперспективности и такого намерения. Из этих опасений проистекает и главная задача момента: не допустить выхода из-под контроля управляемой политической модели. “Матерый человечище” должен служить конкретным людям до конца. [ЛЕВИН МАКСИМ,НИ.,26.11.99] "Мост" как интернет-провайдер Новая компания холдинга обеспечит скоростной доступ в Сеть через спутник Пока администрация президента и грозный кредитор "Кипром" наращивают давление на Владимира Гусинского и его холдинг "Медиа-Мост", холдинг готовится к завоеванию Интернета. По меркам российской Сети новый проект "Моста", о котором было объявлено вчера, не самый дорогой, но определенно один из самых свежих и амбициозных. Владимир Ленский, гендиректор входящей в "Медиа-Мост" компании "Мемонет" (название расшифровывается как Media Most Networks), заявил вчера, что новое подразделение "Мемонета" – "НТВ-Интернет" – с мая начинает предоставлять неограниченный доступ в Интернет со скоростью 400 Кбит/с всего за $21 в месяц Это значит, что за невиданно низкую плату пользователи смогут почти мгновенно скачивать через Сеть огромные объемы информации – целые фильмы и аудиоальбомы. Цены у конкурентов _ НТВ-Интернет" в десятки раз выше. Для подключения к Сети компания "НТВ-Интернет" будет использовать стандартную через подмосковный операционный центр "НТВ+" в Сколкове будут передаваться на принадлежащий НТВ спутник "Бонум-Г, а оттуда – на компьютеры абонентов. Инвестиции "Медиа-Моста" в новый проект составят около $10 млн в течение этого года. Большая часть этих денег уже израсходована на введение новых емкостей на спутнике и закупку техники, в том числе на производство абонентского оборудования (компьютерных плат). Оставшиеся $3-4 млн будут затрачены на текущие нужды и на адаптацию СМИ, входящих в состав "Медиа-Моста", к предоставлению информации через Интернет. Руководители "Мемонета" не скрывают, что "НТВ-Интернет" создан в первую очередь для того, чтобы более эффективно доставлять аудитории информационные и развлекательные продукты "Медиа-Моста". Сейчас на холдинг работают более 1000 журналистов, и в силу специфики традиционных СМИ далеко не вся их продукция востребована. Теперь она будет направляться на специальный портал, откуда абоненты "НТВ-Интернет" смогут загружать новости в виде комбинации текста, голоса, видео и графики. Кроме того, через спутник можно будет продавать музыкальные записи и видеофильмы. После оплаты покупок абонент сможет сохранять их на своем жестком диске в виде файлов формата MPEG. Это означает конкуренцию с традиционными распространителями кассет, а кроме того, позволит достичь аудитории в удаленных регионах. Оцифровка обширных архивов "Медиа-Моста" уже идет. Спутниковый Интернет относится к так называемым системам асинхронного доступа. Дело в том, что среднестатистический пользователь скачивает из Интернета примерно в 10 раз больше данных, чем передает сам. Через спутниковую тарелку можно организовать передачу входящего трофика со скоростью не менее 400 Кбит/с, что в 10-20 раз быстрее обычного соединения по телефонной линии. Разумеется, передача данных через спутник является односторонней. Поэтому исходящий трафик (т. е. запросы на загрузку различных интернет-ресурсов) пользователь должен передавать через традиционное соединение со своим местным интернет-провайдером. Таким образом, спутниковый Интернет не заменяет традиционные способы подключения к Сети, а является дополнением, позволяющим загружать большие объемы данных, например фотоархивы, видео- или музыкальные записи. По данным самого "Моста", сейчас около 125000 семей имеют тарелки "НТВ+". Из них у 60% есть дома еще и компьютер, и более 2/3 от этого числа либо имеют какой-либо доступ в Интернет, либо хотят его получить. Поэтому не менее 40 000 семей являются потенциальными покупателями новой услуги. Впрочем, считает Ленский, за первый год неплохо было бы собрать 6000-7000 клиентов. Существующим абонентам "НТВ+" нужно будет лишь купить за $120 плату для установки в свой компьютер, а всем остальным – потратиться еще и на тарелку. Существующие системы спутникового Интернета значительно дороже. Так, в системе DirectPC, которую в России продвигает компания Diamond Communications, оплачивается объем скачанных данных по тарифу 30-60 центов за мегабайт. То есть за $21 можно загрузить максимум 70 Мб информации. Это два средних музыкальных альбома в формате МРЗ. К тому же клиентам DirectPC необходимо купить более дорогое оборудование – адаптер за $500 и антенну за $100-200 для приема данных со спутника Hot Bird 3. Европейская зона DirectPC обслуживается операционным центром в немецком городе Грисхайм, а технология разработана американской Hughes Network Systems. Леонид Семенов, менеджер компании Diamond Communications по проекту "Интернет из космоса", рассказал, что в России имеется несколько сотен клиентов DirectPC, среди которых компании, редакции СМИ и частные абоненты. По его словам, сначала DirectPC тоже продавала неограниченный доступ в Интернет (за $1200 в месяц). Несколько десятков абонентов в Европе и России быстро исчерпали емкость системы, и была введена оплата в зависимости от графика. Время покажет, повторится ли это с абонентами "НТВ-Интернет". Экспансия "Медиа-Моста" в Интернет не ограничивается провайдерскими услугами. Холдинг собирается запустить принципиально новые сетевые СМИ. Большинство входящих в холдинг СМИ уже имеют интернет-версии. Собственные сайты есть у телекомпаний НТВ, "НТВ-Плюс", ТНТ, радиостанций "Эхо Москвы" и РДВ, газеты "Сегодня", журнала "Итоги". По признанию сетевых экспертов, наиболее развитое электронное отображение у "Эха Москвы". В "мостовский" субхолдинг "Мемонет" входят недавно приобретенные сайты www.anekdot.ru, www.reklama.ru, www.msnbc.ru, рекламная сеть reklama.ru, собственная дизайн-студия, журнал Internet. По словам первого заместителя председателя совета директоров "Медиа-Моста" Андрея Цимайло, интерес к Интернету – "логичное продолжение стратегии формирования вертикально-интегрированного медиа-холдинга". Вот что рассказал Цимайло в интервью "Ведомостям". – Чьи средства вложены в "Мемонет"? – На сегодняшний момент это исключительно наши инвестиции – "Медиа-Моста". Как в случае с любым проектом в состоянии startup. Наш проект далеко не замыкается на скоростном доступе в Интернет. Он гораздо шире. – "Медиа-Мост" покупает уже существующие сетевые СМИ? – Нет. Мы считаем это нецелесообразным, хотя, как вы знаете, мы приобрели несколько достаточно известных сайтов. Покупать еще не имеет смысла. Мы считаем, что и по форме, и по содержанию сможем сделать ресурсы интереснее существующих. – У "Медиа-Моста" появится своя интернет газета или информагентство? – Нет. Это будет следующий шаг. У нас будет собственная продукция под эгидой холдинга "Мемонет". В то же время будем резко улучшать Интернет-отображение наших традиционных СМИ. Мы собираемся выводить их на принципиально иной уровень. – Значит, потребуются дополнительные инвестиции? – Да. И они будут. Чтобы запустить с нуля нормальную интернет-газету, нужно создавать достаточно большую инфраструктуру Можно, конечно, создать хороший портал, но чем его наполнить, что вещать? Вот неоднозначный пример слияния AOL и Time Wamer. Есть среда, есть транспорт, есть средства. А что вещать? Вот мы считаем, что нам есть что вещать. Это нужно лишь правильно упаковать и добавить новое содержание исходя из новых возможностей, которые даст Интернет. – Когда спиртуете? – Не могу сейчас точно сказать. Но, вне всякого сомнения, в этом году. – На чем вы собираетесь зарабатывать в Интернете? Не на рекламе же! – Ну, Интернет-реклама лишь один из четырех возможных вариантов заработка. Конечно, сейчас она пока жиденькая. По баннерной сети объем рынка оценивается в $1,5-2 млн в год Но лет шесть назад в США тоже ничего не было. Второй вариант – платный доступ к определенным ресурсам. Есть достаточно большая возможность продавать он-лайн продукцию, информацию или куски баз, делать часть изданий подписными. Это тоже мы будем использовать. Как и третий вариант – сопутствующие услуги, все, что связано с электронной коммерцией, включая магазины. Впрочем, самый важный, на мой взгляд, четвертый вариант – продажа кусками самих компаний. Фактически же продаются базы данных. Компании продаются, например, исходя из числа посетителей. Выводятся на листинг, на публичные торги. Это полностью соответствует философии всего нашего холдинга: создать, оставить себе контроль и привлечь других инвесторов. [Павел Нефедов, Андрей Чаркин Вед 5.04.00] Представитель администрации президента заявил "Ведомостям", что в Кремле не считают возможным комментировать ситуацию вокруг "Медиа-Моста", поскольку это относится исключительно к компетенции Генпрокуратуры. В то же время источник заметил, что "никакой политической подоплеки в этом нет". В Минпечати от комментариев также отказались. По словам председателя правления РИА "Вести" (агентство входит в медиа-холдинг ВГТРК) Алексея Волина, "обыск – всегда штука неприятная, но всякого рода проверки и сопровождающие их процедуры ничем экстраординарным не являются". "В прошлом году меня проверяли 16 раз, а мне и в голову не приходило искать в этом политический наезд", – добавил он. Во враждебном "Медиа-Мосту" лагере Бориса Березовского тоже не стали драматизировать ситуацию. "Я горой стою за свободу слова и беспокоюсь за судьбу журналистов НТВ, – заявил "Ведомостям" замгендиректора по политическому анализу МНВК ТВ-6 Москва" Эдуард Гиндилеев. – Но вот то, что касается хозяев телекомпании, это уже другой разговор…" Однако журналистская общественность, не обязательно дружественная "Мосту", приняла обыски в "Медиа-Мосте" в штыки. По мнению автора и ведущего программы "Однако" (ОРТ) Михаила Леонтьева, "политических оснований для политической борьбы с "Медиа-Мостом" предостаточно и ничего предосудительного в этом нет, но то, что произошло вчера, имеет мало отношения к этому". По словам Мананы Асламазян, руководителя АНО "Интерньюс" -некоммерческой организации, развивающей телевидение в российских регионах, "это, безусловно, политика". "Я вообще не понимаю, почему законно врываться в офисы с оружием и требовать документы, которые можно цивилизованно попросить, – заметила она. – Потом окажется, что применялись не те методы, что никаких нарушений нет. Но это будет потом, и говорить об этом будет только само НТВ. А сейчас все видели, что в "Медиа-Мосте" что-то не так, что дела у них плохи. Это очередная грубая PR-акция, которая проводится неумными людьми и создает в обществе совершенно ненужное напряжение. Это , медвежья услуга президенту". [Антон Чаркин Вед 12.05.00] Автоматчики на пресс-службе у президента Вчера власти пообщались со СМИ при посредничестве спецназа НА ЧЕТВЕРТЫЕ сутки пребывания Владимира Путина в должности президента Россия вернулась на шесть лет назад. Все случившееся 11 мая 2000 года в офисах холдинга “Медиа-МОСТ” как две капли воды напоминает события 1994 года. Речь идет о знаменитой операции “Падает снег”, когда президентский телохранитель генерал Коржаков уложил лицом в снег охрану “нелояльного” Владимира Гусинского, изрядно подпортив имидж Бориса Ельцина. Вчерашний “снегопад” обещает стать серьезным испытанием теперь уже для Владимира Путина. В Генпрокуратуре утверждают, что обыски проводились в рамках уголовного дела, возбужденного по статьям 137, 138 и 183 Уголовного кодекса РФ – нарушение неприкосновенности частной жизни, нарушение тайны переписки, незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну. Днем в Генпрокуратуре заявляли, что уголовное дело возбуждено в результате расследования дела некоего сотрудника Минфина, возбужденного пару лет назад. Вечером заместитель генпрокурора Василий Колмогоров “изменил показания”: дело якобы возбуждено на основании данных, полученных в ходе расследования дела петербургской компании “Русское видео”. Что Генпрокуратура заявит сегодня, не знает никто. По нашим данным, громко звучащие статьи УК – только “оперативное прикрытие” для некоторых руководителей прокуратуры и ФСБ, предпринимающих отчаянную попытку пресечь ряд готовящихся публикаций в изданиях холдинга, в которых они выступают “главными героями”. Так что, по сути, о государственных интересах (пусть даже и неправильно понятых), речь в данном случае не идет. Дело в том, что СМИ, входящие в группу “Медиа-МОСТ” (НТВ, “Итоги”, “Сегодня” и др.), в последнее время занимались расследованием деятельности ряда высокопоставленных сотрудников правоохранительных органов. В поле зрения журналистов попали в том числе заместитель генпрокурора Сабир Кехлеров и заместитель директора ФСБ, глава департамента экономической контрразведки Юрий Заостровцев. Стремясь к максимальной объективности, редакция “Сегодня” направила в их адрес письма с вопросами. Послания, видимо, настолько озадачили адресатов, что те предпочли прислать ответ с, вооруженными людьми в масках. По нашей информации, именно Сабир Кехлеров подписал постановление о возбуждении уголовного дела. Именно Юрий Заостровцев, по нашим данным, курировал вчерашнюю акцию силовиков. Помимо оставшихся без ответов вопросов к господам Кехлерову и Заостровцеву и к президенту РФ Владимиру Путину у “Сегодня” есть и еще один: государственная травля СМИ – это тактика или со вчерашнего дня уже стратегия? Возникает ощущение, что в Кремле сложилась иллюзия – дескать, с приходом Владимира Путина коррупция автоматически исчезла. По крайней мере реальной борьбы с коррупцией ни в Генпрокуратуре, ни в ФСБ не заметно. По информации “Сегодня”, даже нашумевшее “дело “Мабетекса” на днях будет закрыто. На грани закрытия и другие громкие, но неудобные Кремлю дела. Зато открываются дела против неугодных СМИ. Это и есть обещанная диктатура закона? У журналистов, в отличие от ФСБ и Генпрокуратуры, нет таких средств, как маски, автоматы и наручники. Но история свидетельствует, что СМИ в России уже способны противостоять произволу людей в погонах. И в связи с этим организаторам вчерашней акции не мешало бы вспомнить судьбу Александра Коржакова, попытавшегося в далеком 1994 году “отредактировать” подобным образом средства массовой информации. Ему, в конечном итоге, самому пришлось взяться за перо. Чтобы не кануть в безвестность. Вчера руководство “Медиа-МОСТа” приняло решение подать в суд на начальника Управления программ содействия ФСБ РФ Александра Здановича за распространение сведений, не соответствующих действительности. “Медиа-МОСТ” намерен также обратиться в Генпрокуратуру на предмет возбуждения уголовного дела против Здановича за клевету. Как подчеркивают в холдинге, Александр Зданович дал вчера интервью телеканалам ОРТ и ТВ-6, где безосновательно, не дожидаясь не то что бы решения суда, но даже окончания обысков, утверждал, что служба безопасности “Медиа-МОСТа” собирала досье на крупных политиков, бизнесменов и собственных сотрудников. [Алексей Макаркин С 12.05.00] Укрощение строптивого? Как стало известно “Новым Известиям”, в обысках в Большом Палашевском, а также в офисах компаний “НТВ-Интернет” и “Мемонет” в Переяславском переулке принимали участие сотрудники ГУБЭП МВД России, Генпрокуратуры и Федеральной службы налоговой полиции. О причинах обысков ни журналистам, ни сотрудникам холдинга так никто и не сообщил. В центре общественных связей ФСНП РФ “Новым Известиям” заявили, что налоговая полиция никакого отношения к обыскам не имеет. Что же касается людей с автоматами, присутствовавших в офисах “Медиа-Моста”, то это всего лишь представители Службы физической защиты ФСНП. Вооруженные бойцы “физзащиты” были направлены в холдинг по письму, поступившему в ФСНП из Генпрокуратуры. Роль автоматчиков, по словам представителей ЦОСа, лишь в обеспечении безопасности сотрудников прокуратуры. Сколько бойцов обеспечивает неприкосновенность следователей, в ФСНП не знают. Ничего в налоговой полиции не слышали и о причинах столь устрашающей акции. Сообщается лишь, что о правонарушениях в области налогового законодательства в данном случае речь не идет. Как известно, представители Службы физической защиты в налоговой полиции привлекаются на операции крайне редко. Как правило, лишь в тех случаях, когда сотрудникам спецслужбы потенциально угрожает опасность. Чем угрожали сотрудники “Медиа-Моста” прокурорским работникам, непонятно. Скорее всего, в данном случае можно говорить не об обеспечении безопасности, а об устрашении. В самой же Генпрокуратуре в четверг заняли самую “крепкую” позицию. По всем телефонам пресс-службы в этот день включили факсы. Так что получить какие-либо уточнения и разъяснения просто не представлялось возможным. В то же время информационные агентства распространили вчера информацию о том, что обыски проводятся в рамках возбужденного Генпрокуратурой в отношении одного из департаментов холдинга. Уголовное дело возбуждено в конце апреля по признакам преступлений, предусмотренным статьями УК РФ: 137 (нарушение неприкосновенности частной жизни), 138 (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений), 139 (нарушение неприкосновенности жилища). Не исключено, что вчерашнее вооруженное вторжение в "Медиа-Мост” было в некотором роде пробным камнем. Ведь по подобным признакам на основании любой заметки можно “прижать” любое средство массовой информации, так или иначе неизбежно вторгающееся в чью-то жизнь. [Мария Кудрявцева НИ 12.05.00] Черная маска для “диктатуры закона” Когда цензура бессильна, слово берут автоматчики ЛЮДИ в черных масках ворвались в здания, принадлежащие компании “Медиа-МОСТ”, вчера утром. Ровно в 8.35 группы автоматчиков, на камуфляже которых красовались опознавательные эмблемы ФСНП, прилепленные на “липучку” (такими ухищрениями обычно пользуются спецподразделения ФСБ и РУБОП), в сопровождении штатских начали обыск двух московских офисов холдинга. Переяславский переулок, дом 4. Возле офиса, где расположены подразделения медиа-холдинга – компании “НТВ-Интернет”, “Мемонет” и “МОСТ секьюрити сервис” – запружена машинами с мигалками. Большинство госномеров числится за МВД. Здесь же два спецназовских микроавтобуса и автомобиль ГИБДД. Из здания сотрудников не выпускают – с “узниками” можно пообщаться лишь через зарешеченное окошко. Как рассказал “Сегодня” один из руководителей программы “НТВ-Криминал” Владимир Золотницкий, он приехал в Переяславский переулок вскоре после начала “осады”. Ни о чем не подозревающий, он попытался зайти в офис и сразу же был задержан людьми в масках. Представляться они отказались категорически, а опознавательные шевроны с камуфляжа “гости” предусмотрительно отодрали – Золотницкому пришлось довольствоваться созерцанием “липучек”. Журналиста препроводили в столовую, где уже томились десятки сотрудников холдинга. Какой-то весельчак из числа граждан в штатском в ответ на возмущенные возгласы согнанных в столовую людей заявил: “А вас никто и не задерживает. Хотите – подождите четыре часа в столовой, а не хотите – полежите эти же четыре часа в наручниках на полу в своем кабинете”. Узники приуныли. Через два часа Владимира Золотницкого и еще нескольких задержанных отпустили. В здание вошел адвокат Павел Астахов, представляющий интересы компании “Мемонет”. Лишь тогда ему удалось познакомиться с руководителем операции, представившимся старшим следователем по особо важным делам Генеральной прокуратуры России Сергеем Дебтицким. Павел Астахов заявил также, что, по словам участников обыска, он проведен в рамках ранее возбужденного уголовного дела и санкционирован заместителем прокурора России Кехлеровым (письмо, которое редакция отправила г-ну Кехлерову накануне, см. ниже). По словам сотрудника Генпрокуратуры, причиной обыска якобы послужили некие действия сотрудников медиа-холдинга, связанные с “незаконным вторжением в частную жизнь граждан при помощи специальных технических средств”. Как это связано с уголовным делом, якобы возбужденным два года назад в отношении одного из бывших руководителей Минфина России, для журналистов осталось неясно. Около 14.00 из офиса в Переяславском почти бегом выскользнули несколько членов оперативно-следственной группы. Они бросились к своей машине, поспешив укрыться за тонированными стеклами. Позже находившиеся в здании сотрудники коммерческих фирм рассказывали о переговорах по рации заместителя руководителя следственной группы и его подчиненных: “Посмотри, у второго выхода нет журналистов? – Нет, они у центрального входа. – Тогда мы сейчас выйдем через черный выход”. Интересно, чего так испугались следователи, якобы полностью уверенные в правоте и законности своих действий? Вскоре к прессе вышел генеральный директор компании “Мемонет” Владимир Ленский. Он назвал происходящее исключительно силовой и демонстративной акцией. “Как можно говорить о том, что это происходит в рамках уголовного дела по Минфину? Ведь мы работаем всего два месяца”, – заявил журналистам Владимир Ленский. Около 15.30 еще одно заявление сделал Павел Астахов. По его словам, участников акции интересует все, что связано с группой “МОСТ”. Адвокат рассказал, как все руководители расположенных в здании фирм подошли к начальнику следственной группы и поинтересовались, могут ли их сотрудники продолжать рабочий день. Дальнейший диалог выглядел следующим образом: “Вы какое отношение имеете к “МОСТу”? – Никакого… – Можете идти и работать!” Павел Астахов рассказал также, что в операции принимают участие сразу несколько правоохранительных ведомств: Генеральная прокуратура России, ФСБ и даже ФСНП: якобы безымянными молодцами в масках оказались сотрудники Службы физической защиты налоговой полиции. По словам адвоката, участники обыска продемонстрировали постановление на его производство во всем здании и уже изъяли несколько дискет и других магнитных носителей, а также какие-то документы. У центрального офиса холдинга “Медиа-МОСТ” в Большом Палашевском переулке события развивались примерно по такому же сценарию. Правда, там спецназовцы в масках не поленились оцепить даже прилегающие территории, а сотрудников холдинга согнали в расположенную рядом школу и категорически запретили брать с собой мобильные телефоны. Около 14.00 во внутренний гараж здания въехали две спецмашины, куда якобы должны были погрузить изъятые в офисе документы и магнитные носители (!). Вскоре после этого часть сотрудников попросили, опять же оставив мобильные телефоны, пройти обратно в кабинеты и забрать оттуда свои личные вещи – видимо, руководители операции опасались, что во время пребывания их подчиненных в здании оттуда что-то может пропасть, и не хотели давать и без того оскорбленным ими людям лишние поводы обвинить их в самоуправстве. К 17.00 ситуация с туманным обвинением во вторжении в частную жизнь начала слегка проясняться. В информационных агентствах появились сообщения о том, что в ходе обыска в департаменте безопасности холдинга “Медиа-МОСТ” якобы была обнаружена спецтехника для прослушивания телефонных переговоров и перехвата пейджинговых сообщений. Явно пытаясь спасти ситуацию, пиарщики из силовых структур упирали на то, что якобы служба безопасности холдинга прослушивала переговоры своих сотрудников, в том числе и журналистов. Наши авторитетные источники в Генпрокуратуре (по понятным причинам они пожелали сохранить анонимность) так прокомментировали это заявление: “Генпрокуратуру вчера снова политически изнасиловали. Это методика ведения политического дела, которая с объявленной Путиным “диктатурой закона” ничего общего не имеет. Ведь презумпцию невиновности еще никто не отменял. Такое заявление имеет право делать только ведущий дело следователь и лишь после тщательной судебно-технической экспертизы изъятого оборудования, на которую может уйти несколько дней. Да и то лишь при том условии, что в офисах холдинга действительно нашли что-то представляющее интерес”. Павел Астахов: “Ключевыми для них были слова “МОСТ” и “Фас!” Адвокат Павел Астахов, представляющий в разразившемся скандале интересы компании “Мемонет”, в беседе с корреспондентом “Сегодня” выразил серьезные сомнения в компетентности участников следственных действий. “Создается ощущение, что ключевыми для них были слова “МОСТ” и “Фас!”, а не нормативные акты и статьи, прописанные в Уголовно-процессуальном кодексе России”, – заявил юрист корреспонденту “Сегодня”. По словам Павла Астахова, “участниками обыска был допущен целый ряд нарушений УПК: в частности, сотрудникам коммерческих структур не было сообщено о цели визита и о том, что именно интересует следователей”. Павел Астахов отметил, что все действия, как объяснили ему участники обыска, проведены в рамках ранее возбужденного уголовного дела по статьям 137 (нарушение неприкосновенности жилища), 138 (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений) и 183 (незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну) УК России. В постановлении о производстве обыска значится, что в ходе следствия якобы были получены сведения, что предметы, имеющие значение по уголовному делу, могут находиться в офисах холдинга “Медиа-МОСТ”. При этом, комментируя сообщения об обнаружении каких-то специальных технических средств в офисах холдинга, Павел Астахов заявил, что в здании в Переяславском переулке “была изъята кнопка пожарной сигнализации, которая вряд ли может считаться подслушивающим или иным собирающим информацию устройством”. [Владимир Яров, Александр Захаров С 12.05.00] Вооруженный маек в центре Москвы Холдинг “Медиа-Мост” подвергли обыску Весть об обысках в структурах “Медиа-Моста” с быстротой молнии облетела московские редакции. Ближе к полудню у одного из главных офисов холдинга в Большом Палашевском переулке собралась журналистская “маевка”. На тротуаре толпились представители разных изданий. С десяток телекамер на треногах были развернуты в сторону крыльца, на котором живописно расположилась троица вооруженных людей в масках. Они охраняли входную дверь, за которой работники Генпрокуратуры проводили следственные действия. На спинах дюжих молодцев было крупно выведено “Налоговая полиция” – и всем без ненужных расспросов было ясно, кто осуществлял физическое прикрытие этой операции. Держались “виновники торжества” уверенно, никого внутрь не пропускали, от журналистских вопросов уклонялись. И, быть может, жалели, что в этот звездный час вынуждены прятать лица под черной материей. К слову, их маски были разного “покроя” – у одного только щели для глаз, у другого открыты рот и нос. Наблюдался разнобой и в оружейной экипировке, были здесь не только привычные “Калашниковы” с укороченным прикладом. А сотрудник чином постарше держал палец на курке сверхкомпактного автомата – оружия “продвинутых” спецназовцев. “Мужики, совесть надо иметь, в краску вгоняете”, – сказал с деланным возмущением один из “силовиков” фоторепортерам, которые поймали удачный кадр и часто защелкали камерами. После чего картинно отвернул голову в сторону. Обстановка была почти благодушной, и только стоявшие по периметру здания охранники “Медиа-Моста” молча переживали утренний позор и волнение. Силовое вторжение правоохранительных органов в этот особняк в Б.Палашевском переулке, где располагаются структуры “Медиа-Моста”, “Кино-Моста” и офис главы холдинга Владимира Гусинского, было предпринято примерно в 9 часов 40 минут. К тому времени сюда поступила информация о начавшихся обысках из другого офиса холдинга – в Переяславском переулке. Охранники были готовы к возможным “провокациям”. Однако перед бесцеремонным и молниеносным нахрапом вооруженных людей в масках не устояли. Один из сотрудников службы охраны “Медиа-Моста” рассказал корреспонденту “Новых Известий”, что вся операция заняла секунд три- но, для “масок-шоу” шумом, криками “Открывайте дверь”, выскочили вооруженные люди в форменной одежде, за ними к входу устремились люди в штатском из “Газели” баклажанного цвета. Охранника отшвырнули лицом к стене, сунули ствол автомата в ребро. По его словам, на этом этапе никто из “группы захвата” не представлялся, документов, объясняющих вторжение, не предъявлял. “Ставка была сделана на то, чтобы деморализовать охрану и беспрепятственно проникнуть в здание”. Перед внутренними дверьми вышла небольшая заминка – они автоматические, сразу не открываются. Их скобы сбили автоматными прикладами. “По российским меркам, они действовали, может, и корректно”, -неожиданно заключил охранник. По ступенькам к входу поднялась женщина в светлом плаще. В руке у нее были большие конверты. Оказалось, почтальон. Последовали короткие и безрезультативные переговоры со стражами. “Не пускают”, – сокрушенно вздохнула она, так и не передав корреспонденцию по назначению. Два школяра, возвращавшихся домой привычным маршрутом, при виде людей в масках так и застыли, разинув рты от изумления. “О, ниндзя,” – только и сказал парнишка с ярко-желтым рюкзачком за спиной. “А что здесь происходит?” – обратился он к журналистам и зевакам. Увы, вразумительного ответа на этот детский вопрос в тот момент не мог дать никто. “А, так это кошка в трубе застряла”, -нашелся наконец с подходящим разъяснением его товарищ. И обретшие истину друзья, повеселев, пошли дальше. [Олег Гетманенко НИ 12.05.00] Дело о неприкосновенной частной жизни Вчера в офисах холдинга “Медиа-Мост” прошла грандиозная спецоперация. Десятки сотрудников ФСБ, налоговой полиции и Генпрокуратуры провели тотальные обыски. К акции готовились серьезно. Накануне все сотрудники управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры (около 70 человек) были предупреждены, что 11 мая они будут участвовать в серьезной операции. Поэтому в 8.30 должны быть на своих местах все, кроме тех следователей, работа которых будет связана с этапированием арестантов. Какая конкретно операция будет проводиться, сообщат утром. А утром брали “Мост”. В девять утра одновременно начались обыски в центральном офисе холдинга в Большом Палашевском переулке, а также офисах компаний “НТВ-Интернет”, “НТВ-Профит”, “CMC” и “Мемонет” в Переяславском переулке. Всюду действовали по одному сценарию. Здания были блокированы сотрудниками ФСБ и бойцами службы физической защиты налоговой полиции в масках. Только в захвате здания на Большом Палашевском участвовали около пятидесяти спецназовцев. Охрана “Моста” была сметена в считанные секунды – некоторых из них даже положили на асфальт. Часть автоматчиков взяли под контроль все выходы из офиса, другие ворвались внутрь. Оперативники рассредоточились по всем трем этажам здания. Были отключена местная АТС, а всем сотрудникам “Медиа-Моста” предложили сдать мобильные телефоны, собрать личные вещи и спуститься в холл первого этажа. Тем, кто отказывался, предложили альтернативу: на пол в наручниках. Затем в здании появились следователи Генпрокуратуры. Руководителям холдинга было предъявлено постановление о проведении обыска, подписанное старшим следователем Сергеем Диптицким и утвержденное замгенпрокурора Сабиром Кехлеровым. Из документа следовало, что акция связана с уголовным делом, возбужденным в апреле этого года Генпрокуратурой по фактам нарушения неприкосновенности частной жизни, тайны переписки, незаконного получения и разглашения сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну. Как позже объяснил адвокату “Медиа-Моста” Павлу Астахову следователь Диптицкий, расследование связано с деятельностью охранной фирмы “Мост-секьюритисервис”, которая по договору отвечает за безопасность “Медиа-Моста”. И, как считает ФСБ, фактически исполняет роль спецслужбы: вело слежку за журналистами не только медиа-холдинга, но и конкурентами. Например, собирала досье на Сергея Доренко и Николая Сванидзе. Это уголовное дело было выделено в отдельное производство из дела о коррупции и злоупотреблении служебным положением бывших руководителей Минфина. Кого именно, пока неизвестно. По крайней мере адвокат Михаил Бурмистров, защищающий бывшего замминистра финансов Владимира Петрова (он обвиняется в получении крупной взятки), наотрез отказался связывать дело своего подзащитного с медиа-холдингом: “В нашем случае „Мост" никогда не фигурировал.” Обыски продолжались до позднего вечера. Заглянули и в кабинет Владимира Гусинского, который вчера срочно вернулся в Москву из Израиля. Изъятые документы (среди них было немало бумаг с грифом “секретно”) выносили коробками. Кроме документов, нашли 12 видеокассет с записью программы “Итоги” и телесериала “Улицы разбитых фонарей”. Особенно оперативников заинтересовала спецаппаратура, предназначенная для прослушивания мобильных и спутниковых телефонов, а также пейджеров, и два детектора лжи, на которых, как стало известно, проверяли не только сотрудников СБ “Моста”, но и некоторых журналистов. Аппаратуру тоже забрали. Обыски еще не были завершены, а руководители “Медиа-Моста” перешли в контрнаступление. Было выдвинуто не меньше десятка объяснений причин вторжения сотрудников правоохранительных органов. Это и разоблачительные материалы в отношении ФСБ, и независимая позиция, занятая СМИ, входящими в холдинг, по вопросу освещения чеченских событий. – Акция носит чисто политический характер. Это месть… и акция устрашения,- подытожил вчерашние события первый зампредседателя совета директоров “Медиа-Моста” Игорь Малашенко. Изъятую аппаратуру он назвал “магнитофонами для записи совещаний” и “оборудованием для обнаружения прослушивающих устройств”. Вчера днем в адрес и. о. генпрокурора Владимира Устинова было направлено письмо с требованием “провести срочную проверку по факту проведения обысков в офисах холдинга и решить вопрос о дисциплинарной ответственности лиц, допустивших нарушения российского законодательства”. Правоохранительными органами, говорится в письме, прежде всего ФСБ, “устроена полномасштабная провокация с целью незаконно воспрепятствовать деятельности средств массовой информации, входящих в холдинг „Медиа-Мост"”. Глава ЦОС ФСБ Александр Зданович назвал эти заявления попыткой “дискредитировать следствие и придать делу политическую окраску”. “Якобы оказываемое давление на прессу,- сообщил он,- является не более чем нормальным выполнением следователями и оперработниками своих обязанностей”. Он также отметил, что если бы акция была связана с публикациями в “Сегодня” или выпусками НТВ, то обыски проводились бы в редакциях, а не в головных офисах. “Нас интересовала деятельность службы безопасности, в которой, кстати, числится две тысячи человек. И методы, которые они использовали в своей работе”,- заключил генерал. В Генпрокуратуре корреспондента „Ъ" также заверили, что вся эта история не имеет никакого отношения к “мостовским” СМИ и не представляет для них угрозы. Впрочем, и без того ясно, что силовая акция Генпрокуратуры, ФСБ и налоговой полиции вряд ли может таить для “Медиа-Моста” какую-либо уголовную опасность. Статьи VK, по которым обвиняют представителей службы безопасности холдинга. предусматривают наказание в виде штрафа либо арест сроком до четырех месяцев. Да и то лишь в том случае, если дело дойдет до суда. Подобные операции уже проводились. Чуть больше года назад в бытность Евгения Примакова премьер-министром по такому же поводу сотрудники правоохранительных органов провели обыски в “Сибнефти” и ЧОП “Атолл”, занимавшемся сбором компромата. Тогда тоже были изъяты документы и спецаппаратура, которые позже были возвращены владельцам. Уголовных дел в судах нет как нет. [Дмитрий Павлов, Сергей Тополь ЪД 12.05.00] “ПАДАЕТ СНЕГ”: ВЕСЕННИЙ ВАРИАНТ? Вчера правоохранительные органы провели обыски в ЗАО “Медиа-МОСТ” ВЧЕРА в центре Москвы разгорелся скандал, сторонами в котором выступили один из крупнейших медиа-холдингов России – “Медиа-МОСТ” и представители правоохранительных органов. Между 9.00 и 9.30 утра около 30 человек в нескольких микроавтобусах подъехали к главному офису информационного холдинга “Медиа-МОСТ”, располагающемуся в Большом Палашевском переулке, и вошли в здание. Сотрудникам “МОСТа” было предъявлено постановление об обыске, подписанное заместителем Генерального прокурора Сабиром Кехлеровым. В течение нескольких часов оказавшиеся в здании сотрудники “МОСТа” не могли покинуть помещение. Обыски были также проведены в офисах компаний “НТВ-Интернет” и “Мемонет” в Переяславском переулке. К 13.30 Большой Палашевский переулок оказался практически перекрыт машинами спецслужб и огромным количеством телевизионных камер, длинная шеренга которых держала под прицелом главный вход в здание. Впрочем, повод задействовать аппаратуру предоставлялся нечасто – из-за внушительных дверей появлялись и снова исчезали люди в масках и камуфляже, часть из них в форме налоговой полиции, а другие – без каких-либо опознавательных знаков. Интерес журналистов вызывали все выходящие из здания сотрудники холдинга – у них пытались узнать, как проходит обыск. Комментарии, как правило, были чрезвычайно скупые – стало лишь известно, что у находившихся в офисе людей были изъяты мобильные телефоны, что обыск проводят люди в штатском, которые представляются сотрудниками Генеральной прокуратуры. С того момента, как стало известно об обысках, началось информационное противостояние между правоохранительными структурами, прежде всего Генпрокуратурой и “Медиа-МОСТом”, называвших совершенно различные причины происходящего. Своего апогея противостояние достигло в два часа дня, когда в конце Большого Переяславского переулка показался Игорь Малашенко. После некоторых затруднений (вице-президента холдинга едва не сбили с ног спешившие услышать его слова многочисленные представители СМИ) он дал оценку происходящих событий с точки зрения “Медиа-МОСТа”: “Мы с вами являемся свидетелями акта государственного произвола по отношению к СМИ” (в этих словах выражается смысл его комментария). По мнению Игоря Малашенко, за обысками стоят спецслужбы (прежде всего ФСБ) и Кремль в лице самого Александра Волошина. Телеканал “провинился” перед властями своим критическим освещением войны в Чечне – здесь Игорь Малашенко особо подчеркнул историю о несостоявшемся взрыве в Рязани и о роли в этом деле спецслужб. Фактически он обвинил ФСБ в мести телеканалу. Кроме того, журналисты медиа-холдинга вели ряд расследований по фактам коррупции в высших эшелонах власти, в том числе и в руководстве силовых структур. Именно для изъятия материалов этих расследований, по версии Малашенко, и явились в офисы “Медиа-МОСТа” “люди в штатском” в сопровождении вооруженной охраны. Генпрокуратура, со своей стороны, достаточно туманно комментировала вчера ситуацию. По сообщению Центра информации и общественных связей, во вчерашних обысках принимали участие сотрудники ГУБЭП МВД России, Генпрокуратуры и Федеральной службы налоговой полиции. Об участии ФСБ в официальном комментарии не упоминается. Основанием для следственных действий, по словам представителей правоохранительных органов, послужили факты незаконной деятельности сотрудников Департамента безопасности холдинга, ставшие известными в ходе расследования уголовного дела о хищениях бюджетных средств на одном из федеральных госпредприятий, возбужденного еще в конце 1998 года. В соответствии же с другой версией, изложенной агентством “Интерфакс”, вчерашние события являются частью расследования уголовного дела, возбужденного ранее против некоторых бывших руководителей Минфина. Обыск в здании “Медиа-МОСТа” продолжался практически весь вчерашний день. К 16.00 стало известно, что правоохранительные органы вели обыск уже в кабинете президента ЗАО “Медиа-МОСТ” Владимира Гусинского, который, по словам Игоря Малашенко. еще вчера утром находился в Израиле, но в ближайшее время вернется в Москву. К концу дня появилась информация, что в помещениях департамента безопасности “Медиа-МОСТа” была обнаружена аппаратура для незаконного прослушивания, позволявшая осуществлять перехват пейджинговых сообщений и разговоров по радиотелефонам. Об этом сообщило агентство “Интерфакс”, ссылаясь на свой источник в правоохранительных органах. КАКИЕ бы причины ни стояли за атакой на “Медиа-МОСТ” и каким бы образом ни пыталась объяснить вчерашние события в Москве та ли иная заинтересованная сторона, от происходящего возникает сильное ощущение дежа вю. Создается впечатление, что отличие нынешней ситуации от 1994 г., когда людей из МОСТ-банка вооруженные люди положили лицом в снег, состоит лишь в погодных условиях. Впрочем, если в предыдущий раз представителям Гусинского удалось отделаться лишь неприятными ощущениями от встречи с безымянной спецслужбой, на сей раз последствия от участия в этом мероприятии представителей Генпрокуратуры, ФСБ и налоговой полиции могут попортить нервы Гусинскому более серьезно. Ни для кого не секрет, что среди всех сохранившихся после кризиса августа 1998 г. хозяин группы “Медиа-МОСТ” пользовался наименьшим расположением нынешних властей. И даже не только потому, что на думских выборах им было поддержано оппозиционное Кремлю движение “Отечество – Вся Россия”, но и из-за особой позиции по чеченскому вопросу, которую заняли средства массовой информации этой медиа-группы. Нередко в кулуарах даже звучали обвинения в адрес представителей “Медиа-МОСТа” в антигосударственности занятой позиции. И хотя политическая подоплека вчерашнего скандала полностью отрицается государственной стороной, разговоры о возможном “наезде” на “МОСТ” шли уже давно, и, как уверяют в самой группе, “МОСТ” был к этому вполне готов. Оставляя за скобками эту сторону вчерашнего инцидента, можно сказать одно. Сама атака – на “МОСТ” была явно не продумана с точки зрения возможного противодействия общественного мнения деятельности правоохранительных органов. Олигархи на то и олигархи, что они обладают возможностью влиять на массовое сознание не только путем предпринимательства. А влияние г-на Гусинского, хотя оно и существенно ослабло в узких околокремлевских и околоправительственных кругах, тем не менее нельзя сбрасывать со счетов. Что и было продемонстрировано вчера и телеканалом НТВ, и радиостанцией “Эхо Москвы”. Этот скандал будет явно муссироваться в СМИ Гусинского не одну неделю, даже если назавтра государство вдруг решит (что маловероятно) принести свои извинения. (К слову, все средства массовой информации, принадлежащие Гусинскому, вчера получили хорошую порцию бесплатной рекламы со стороны государства.) Но медиа-бизнесом дело не ограничивается. Принято считать, что очень близка к г-ну Гусинскому и фракция “ЯБЛОКО” в Государственной Думе. В этой связи совсем не удивительным выглядит тот факт, что одним из первых в поддержку “Медиа-МОСТа” выступил не кто иной, как зам. руководителя фракции Иваненко, призвавший решать все вопросы без участия людей в масках и с автоматами. Впрочем, “ЯБЛОКО”, потерпевшее неудачу на думских выборах, да и на президентских, не столь уж влиятельно, как в былые времена. Наиболее пагубным для оппонентов группы “МОСТ” может оказаться влияние Владимира Гусинского на международном уровне. Напомним, что этот олигарх является вице-президентом Всемирного еврейского конгресса и руководителем Российского еврейского конгресса. Он был, напомним, единственным представителем российского бизнеса, который удостоился личной аудиенции президента Франции Жака Ширака. И какие бы причины ни стояли за обысками в офисе “Медиа-МОСТа”, иностранные средства массовой информации всегда могут на весь мир объявить о политическом характере претензий к “единственному оппозиционному каналу” или о стремлении властей обезопасить себя от громких разоблачений. А на фоне явной слабости позиций России по вопросам реструктуризации ее внешнего долга и недовольства европейского сообщества политикой России в отношении Чечни критики нынешнего руководства нашей страны смогут использовать эти слова для принятия негативных для Москвы решений. Как бы то ни было, но вопрос о судьбе “МОСТа” теперь явно переходит в плоскость принятия решений на уровне президента. И шум в средствах массовой информации ставит главу государства перед не самым обширным выбором. Фактически в его распоряжении остаются только два варианта развития событий – либо довести начатое против сотрудников группы уголовное дело и доказать обоснованность обвинений в суде, либо замять скандал. Первое сомнительно, учитывая российскую практику делопроизводства. Достаточно вспомнить войну Примакова в его бытность премьер-министром и олигарха Бориса Березовского. Те же обыски, те же уголовные дела. Поэтому наиболее вероятным представляется второй вариант. Однако, если действительно будет найден и наказан (не слишком сурово) “стрелочник”, зачем тогда вообще было затевать вчерашний скандал? НА СОСТОЯВШЕЙСЯ вчера в Центральном Доме журналиста пресс-конференции первый заместитель председателя совета директоров “Медиа-МОСТа” Игорь Малашенко сообщил, что еще в начале года руководству холдинга было известно о готовящейся акции. В конце апреля было направлено два письма – одно на имя и.о. президента России Путина, а другое – на имя и.о. генпрокурора Устинова, в которых сообщалось о “готовящейся акции устрашения”. Однако никаких ответов не последовало. Вчера представители “Медиа-МОСТа” попытались связаться с пресс-службой президента, но никаких комментариев по поводу произошедшего им не удалось получить. По мнению Игоря Малашенко, Владимир Путин должен как-то отреагировать на произошедшие события. Если же реакции не последует, “это многое скажет о той политической ситуации, которая складывается сейчас в России”. Руководством холдинга подготовлено новое заявление в Генпрокуратуру России с жалобой на “неправомерные действия должностных лиц”, в котором, по словам Малашенко, “фиксируются нарушения, которые были допущены во время проведения акции”. Со своей стороны, заместитель генерального прокурора России Василий Колмогоров отверг обвинения в “политическом заказе”. Дело против “Медиа-МОСТа”, по его словам, было возбуждено еще 26 апреля на основании данных, полученных в ходе расследования деятельности компании “Русское видео”, которое проводится в Санкт-Петербурге с конца 1998 года. [Андрей Литвинов, Марина Волкова, Владислав Кузьмичев, Алла Тучкова Н/Г 12.05.00] Физическое прикрытие Автоматчики в масках блокируют холдинг “Медиа-Мост” Центральные офисы холдинга “Медиа-Мост”. объединяющего телекомпании НТВ и ТНТ, радиостанцию “Эхо Москвы” и издательский дом "Семь дней”, вчера подверглись массовому нашествию сотрудников спецслужб. Около 9 утра в общей сложности несколько десятков вооруженных людей одновременно блокировали здания “Медиа-Моста” в Большом Палашевском и Переяславском переулках и на Болотниковской улице. Выставив оцепление, они прошли внутрь, предъявив сотрудникам холдинга ордера на проведение обыска. Обыски шли в течение всего рабочего дня. “Наезд” на холдинг, испытывающий большие трудности в отношениях с Кремлем, естественно, легче всего объяснить негласной командой, отданной силовикам верховной властью. Крайне неприязненные отношения между руководством холдинга и администрацией президента, обвинения в непатриотизме, выдвигаемые чиновниками в адрес НТВ, кампания, развернутая государственным телеканалом ОРТ, рисующим холдинг банкротом, свидетельствуют в пользу этой версии. Однако в Кремле уверяют, что им не нужен скандал, а с холдингом власть способна разобраться менее экзотическими – экономическими методами. Использование автоматчиков в масках напоминает проявление рвения силовиков, не уверенных в своем карьерном будущем и стремящихся успеть выслужиться до главных кадровых решений. Любопытно, впрочем, что некоторые политики, например Григорий Явлинский, уже предупредили, что скандал может осложнить утверждение Михаила Касьянова в качестве Премьера. Пострадала пока одна из группировок, что нарушает провозглашенный Владимиром Путаным принцип “равноудаленное™ олигархов". Если президент будет настаивать на справедливости этого принципа, следует санкционировать “наезд” на владения Бориса Березовского и Романа Абрамовича, благо криминальная статья найдется на любого. Какая из правоохранительных структур непосредственно организовывала акцию, вчера так и не выяснилось. Поначалу вооруженные люди, облаченные в спецформу, имели опознавательные знаки налоговой полиции, однако позже некоторые сняли свои эмблемы, став просто абстрактными комман-дос. Единственной, кто признал свое участие в акции, стала вчера Федеральная служба налоговой полиции. Правда, по заявлению пресс-секретаря ФСНП Людмилы Пихоя, бойцы службы обеспечивали лишь “физическое прикрытие”. ФСБ и МВД, которые, по имеющимся данным, также принимали участие в обысках, от происходившего в “Медиа-Мосте” почти категорически открестились, и все вместе дружно указали на Генпроку-ратуру. Последняя поначалу давала многозначительные, но расплывчатые разъяснения причин атаки на империю Владимира Гусинского. В официальных сообщениях Генпрокуратуры говорилось, что уголовное дело было возбуждено 26 апреля этого года по трем статьям УК: 137-й (нарушение неприкосновенности частной жизни), 138-й (нарушение тайны переписки) и 183-й (незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую тайну). Основанием для него стали материалы, полученные в ходе расследования другого уголовного дела – по факту злоупотребления служебным положением и хищения бюджетных средств в одном из федеральных государственных предприятий, которое расследуется Генпрокуратурой еще с конца 1998 года. Николай Сванидзе, автор и ведущий программы “Зеркало”, РТР: – Мне, как и многим, ситуация до конца неясна. Но все, что связано с обысками в СМИ, всегда очень настораживает. Если это расследование коррупционных преступлений, то правоохранительные органы должны в этом разбираться как можно скорее. Но если это давление на прессу и СМИ, то это очень напрягает. Источник в окружении Бориса Березовского: – Что тут комментировать? Просто Гусинскому нужно вернуть деньги “Газпрому”. Сергей Доренко, зам гендиректора ОРТ: – Если то, что говорит Малашенко, и то, что мы видели в эфире НТВ, правда, то это все чудовищно. Если это репрессии против Гусинского, то это очень настораживает. Но в то же время, если “Медиа-Мост” и НТВ считают Гусинского честным человеком, почему бы им не сотрудничать со следствием, которое все это затеяло. Владимир Кулистиков, первый зам. гендиректора НТВ: . – То, что сегодня произошло с нами, впрямую касается всех СМИ. Эта акция затеяна властями, и мы давно были к этому готовы; Политическое давление мы почувствовали давно, нас стали отсекать от источников информации. Да, возможно, в эфире НТВ сейчас есть перехлесты с освещением того, что сегодня произошло в “Медиа-Мосте”, но эти перехлесты оправданны. Ведь сейчас решается не только наша личная судьба, но и судьба демократии, свободы российской прессы. Министерство печати пока не дает официальных комментариев по ситуации с обыском в холдинге “Медиа-Мост”. Один из высокопоставленных чиновников Минпечати объяснил газете “Время новостей” причину молчания: “Обыск проводился в помещениях охранных структур “Медиа-Моста”, а они имеют слабое отношение к СМИ. У нас нет ни одной претензии, ни одного факта, что прокуратура работает по СМИ”. Чиновник не исключил, что сегодня Минпечати обнародует официальную позицию: “Мы будем ждать. Если НТВ продолжит тему, нам придется вступить в диалог, но пока оснований нет”. Как заявил корреспонденту газеты “Время новостей” следователь Генпрокуратуры Евгений Бакин, занимающийся делом “Медиа-Моста”, все вчерашние действия в отношении холдинга проводились с санкции его руководства (по имеющимся сведениям, ордера подписывал заместитель генерального прокурора Сабир Кехлеров, который, кстати, и возбудил дело 26 апреля). По словам г-на Бакина, на “Медиа-Мост” они вышли в ходе расследования нашумевшего в свое время дела “Русского видео” в Санкт-Петербурге. Последнее же стало продолжением известного дела о коррупции в окружении бывшего мэра северной столицы Анатолия Собчака. Генпрокуратура вчера сообщила, что ее подозрения в общем; подтвердились результатами обысков. Так, в одном из помещений была найдена спецаппаратура для перехвата пейджинговых и телефонных переговоров и специальный кабинет, откуда могли контролироваться разговоры сотрудников холдинга, в том числе журналистов. Представители холдинга охарактеризовали происшедшее как произвол властей в отношении независимых СМИ. Главный редактор газеты “Сегодня” Михаил Бергер, в частности, заявил, что обыски могут быть инспирированы руководством ФСБ, которое таким образом мстит за опубликованную тоже, кстати, 26 апреля нелицеприятную статью о зам. директора ФСБ Юрии Заостровцеве. Глава же “Медиа-Моста” Владимир Гусинский, срочно прибывший вчера из Израиля, заявил, что все случившееся – попытка оказать давление на неугодные газеты и телекомпании, которые “вызывают дикое раздражение как руководителей спецслужб, так и руководителей страны”. [Виктор Пауков Вн 12.05.00] “Варварством, бандитизмом и очередным переделом собственности” назвал Геннадий Зюганов действия правоохранительных органов по отношению к холдингу “Медиа-Мост”. “Сначала был захвачен Выборгский целлюлозно-бумажный комбинат, затем фабрика, затем предприятие по выпуску медаппаратов в Москве, затем Ачинский глиноземный комбинат, так что теперь добрались и до вас”, – заявил лидер КПРФ радиостанции “Эхо Москвы”. Заместитель руководителя фракции “Яблоко” Сергей Иваненко выразил недоумение по поводу действий властей в отношении холдинга “Медиа-Мост”. Он заявил, что “всегда есть возможность решать вопросы цивилизованными, а не силовыми методами с помощью людей в масках и с автоматами”. “Мы надеемся, что в ближайшее время конфликт будет разрешен, поскольку это имеет общенациональное значение”, – подчеркнул Сергей Иваненко. Лидер фракции ЛДПР Владимир Жириновский положительно отозвался о действиях правоохранительных органов в “Медиа-Мосте”. Как сообщили в пресс-службе ЛДПР, лидер фракции считает, что без подобных проверок со стороны государства никак не обойтись. “Сейчас интересы государства будут этого требовать”, – заявил Жириновский. Первый заместитель фракции “Отечество – Вся Россия” Вячеслав Володин не исключает, что во всем случившемся есть политическая подоплека: “Непонятно, почему Генпрокуратура, проводя такую операцию, не сделала по ее итогам никакого заявления, несмотря на огромный резонанс общественного мнения. То, что операция проводится такими методами, с использованием силовых структур, выглядит так, как будто она направлена против социально опасных преступников. Ситуация с “Мостом" дискредитирует всю власть, потому что явно указывает на отсутствие порядка”. [Мария Никифорова Вн 12.05.00] “Черные маски” заняли “Медиа-Мост” Руководители информационного холдинга считают, что таким образом власти сводят с ними старые счеты Вчера в Москве весь день шли обыски в офисах структур, относящихся к холдингу “Медиа-Мост”. В десятом часу утра автоматчики в масках оцепили центральный офис компании в Большом Палашевском переулке (там находится рабочий кабинет председателя совета директоров холдинга Владимира Гусинского, на тот момент отсутствовавшего), а также помещения компаний “НТВ-Иитернет” и “Мемонет” в Переяславском переулке. В обоих случаях “маски-шоу” развивалось по сходному сценарию. Не встретив сопротивления при входе, люди в масках и с автоматами (одни с опознавательными значками управления физической защиты Федеральной службы налоговой полиции (УФСНП), другие – без каких-либо опознавательных знаков) собирали всех сотрудников в одном помещении и запрещали им пользоваться мобильными телефонами. При этом были предъявлены документы, в которых значилось: обыск и изъятие документов происходят на основании постановления о возбуждении уголовного дела, подписанного заместителем генпрокурора РФ Сабиром Кехлеровым. Через некоторое время рядовых сотрудников холдинга начали выпускать из зданий, но только после тщательного досмотра и записи их паспортных данных. Снаружи оцепление держали сотрудники налоговой полиции, люди в черном затерялись где-то в глубине обыскиваемых помещений. По предварительным данным, в акции участвовали представители сразу нескольких силовых структур: Генпрокуратуры, ФСБ, ГУБЭП МВД РФ. Опознавательные знаки УФСНП, как уже говорилось, можно было разглядеть невооруженным глазом. Однако вскоре выяснилось, что у большинства из них нет претензий к “Медиа-Мосту”. В ГУБЭП заявили, что не имеют вообще никакого отношения к происходящему. В пресс-службе налоговой полиции сообщили, что там в , производстве нет уголовных дел, возбужденных против какой-либо из компаний холдинга. А Управление физической защиты просто оказывает силовую поддержку сотрудникам Генпрокуратуры и ФСБ. В ФСБ поначалу вообще ничего не комментировали, зато посмеялись над предположением, что эта служба может нуждаться в силовой поддержке. Позднее последовало заявление начальника Управления программ содействия ФСБ Александра Здановича о том, что эта служба имеет лишь косвенное отношение к происходящему и что речь идет о следственных мероприятиях в рамках конкретного уголовного дела, которое расследует прокуратура. Версия нападавших По официальной версии, все сводится к уголовному делу, возбужденному 26 апреля 2000 года против одного из департаментов холдинга, а именно – департамента безопасности. Как сообщили в Генпрокуратуре, дело возбуждено по признакам преступлений, предусмотренных статьями 137, 138 и 183 Уголовного кодекса (нарушение неприкосновенности частной жизни, тайны переписки, незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую и банковскую тайну). Данные о незаконной деятельности сотрудников безопасности “Медиа-Моста” были получены еще в конце 1998 года в ходе расследования совершенно другого дела – о хищении бюджетных средств в государственной компании “Радио России”. Источник в правоохранительных органах, пожелавший остаться анонимным, уже успел поделиться с Интерфаксом информацией о том, что в результате обысков в помещении департамента безопасности “Медиа-Моста” обнаружена аппаратура для незаконного прослушивания, включая “съем” пейджинговых сообщений и разговоров по радиотелефонам. На вопрос корреспондента газеты “Время МН”, как часто к подобным операциям привлекают сотрудников налоговой полиции (вроде бы это не ее “профиль”), в центре информации Генпрокуратуры ответили, что это нормальная практика и что подразделения УФСНП осуществляют лишь силовую поддержку – основную работу проводят следователи прокуратуры. Версия пострадавших Разумеется, официальная версия – далеко не единственная из тех, что выдвигались в течение вчерашнего дня. Представители “Медиа-Моста” настаивают на том, что все происходящее имеет политическую подоплеку. Первый заместитель председателя совета директоров “Медиа-Моста” Игорь Малашенко на пресс-конференции выразил уверенность в том, что эти события “являются местью и наказанием за уже опубликованные в СМИ холдинга материалы, в частности касающиеся второй чеченской войны и коррупции в высших эшелонах власти”. Он также подчеркнул, что это одновременно и попытка устрашения – дабы впредь неповадно было. И.Малашенко не исключил, что речь идет и о попытке ответа руководства силовых структур, в частности ФСБ, на публикации о деятельности одного из руководителей этого ведомства – генерала Заостровцева. Именно он, по словам Малашенко, стал “одним из основных координаторов этой акции”. Что же касается того, знал ли президент Путин об акции, Малашенко заявил: “У меня нет оснований говорить, что она проведена с ведома или санкции президента”. При этом Малашенко подчеркнул, что руководитель президентской администрации Александр Волошин “является давним гонителем “Медиа-Моста” и я не удивлюсь, если операция проводилась с его санкции”. Малашенко сообщил, что глава холдинга Владимир Гусинский срочно вылетел а Москву из Израиля. Он также заявил, что руководство холдинга намерено обратиться в генпрокуратуру с жалобой на неправомерные действия правоохранительных органов. Версии наблюдавших Вчерашняя акция продолжает цепочку неприятностей, преследовавших “Медиа-Мост” в последний год. Хотя вначале они носили чисто экономический характер. Летом прошлого года разгорелся конфликт между “Медиа-мостом” и Внешэкономбанком (ВЭБ). Суть его состояла в том, что в июне истек срок действия кредита на сумму 42,2 млн долл., выданного банком холдингу годом ранее. Сначала “Медиа-мост” попытался пролонгировать кредитный договор, возможность чего предполагалась договором. Но абсолютно неожиданно ВЭБ отказался даже рассматривать такую возможность и в категоричной форме потребовал скорейшего возврата денег. В ответ он получил пакет, в котором находились правительственные облигации на 42,2 миллиона. ВЭБ это не удовлетворило, и начались судебные тяжбы, закончившиеся возвратом злополучной суммы и набежавшего штрафа спустя полгода. Тогда многие аналитики сходились на том, что в этом деле не обошлось без вмешательства некоторых влиятельных в государстве людей, никакого, впрочем, прямого отношения к ВЭБу не имевших. За ВЭБом последовал “Газпром”. Сыр-бор разгорелся вокруг кредита, выданного банком “Креди сюисс фест Бостон” “Медиа-Мосту” под гарантии газового гиганта. В начале марта “Газпром” возвратил иностранцам 211,6 млн долл. по этой задолженности. А затем начались переговоры с “Медиа-Мостом” о том, каким образом он будет рассчитываться с газовым монополистом за этот жест доброй воли. Переговоры закончились скандалом. Обидевшийся Владимир Гусинский объяснил, что за действиями “Газпрома” стоит Кремль. “Газпром” же начисто отрицал политический подтекст. Чуть раньше случился казус с крупнейшим рекламным агентством “Видео интернэшнл”. В конце прошлого года агентство, прежде являвшееся эксклюзивным поставщиком рекламы на НТВ, перешло под контроль Бориса Березовского и Льва Черного, после чего НТВ отказалось от дальнейшего сотрудничества с “Видео интернэшнл”, объяснив это тем, что не желает иметь ничего общего с людьми, чьи фамилии постоянно упоминаются в связи с различными криминальными историями. Вчерашние обыски породили огромное количество версий. Помимо прочего, говорилось о чересчур лояльной по отношению к “Мосту” кредитной политики бывшего министра финансов Бориса Федорова. Вклинивалось еще и предположение о том, что силовая акция имеет отношение не к самому “Мосту”, а к фирмам, которые снимают офисы в тех же зданиях. В официальной версии о расследовании деятельности сотрудников службы безопасности есть по крайней мере своя логика, подкрепленная к тому же конкретными статьями Уголовного кодекса. Однако эта логика, в качестве исходной точки называющая конец 1998 года, явно не соответствует самому выбору объектов для проведения обысков. Если с головным офисом “Медиа-Моста” все понятно, то и “НТВ-Интернет”, и “Мемо-нет”, располагающиеся в Переяславском переулке, – достаточно молодые компании, созданные лишь в начале этого года. Конечно же, у спецслужб на все могут быть свои соображения, однако в этих компаниях вряд ли имеет смысл искать документацию, свидетельствующую об относительно давних событиях. Характерно, что даже информационные агентства, славящиеся своей беспристрастностью, в сообщениях о ситуации вокруг офисов “Медиа-Моста” употребляли лишь одно слово – “захват”. В этом есть своя доля истины – количество и методы действия вооруженных людей в масках явно не соответствуют объявленной цели. Однако даже если принять на веру версию давления, то это отнюдь не давление на оппозиционные издания, к числу которых, кстати, совершенно не относятся Интернет-проекты типа anekdot.ru. Входящий в структуру “Медиа-Моста” канал НТВ в принципе представляет собой довольно удобную оппозицию – вполне либеральную и интеллигентную, которая к тому же, как показывают результаты, не слишком мешает власти добиваться своих целей. Скорее наоборот, до сих пор власть давала НТВ немало поводов для саморекламы. -Теперь же появился очередной предлог для всплеска публичного беспокойства о судьбе свободы прессы. Остальные же проекты “Медиа-Моста” явно уступают НТВ по силе политического влияния. И, несмотря на заявления руководителей холдинга о том, что виной всему расследования газеты “Сегодня”, опыт самых различных СМИ показывает, что проблемы с неудобными публикациями легко решаются менее скандальными способами. Так что все случившееся с полным основанием можно считать прежде всего намеком главе “Медиа-Моста” Владимиру Гусинскому. Об этом свидетельствует хотя бы то, что силовая акция была направлена не на банковские структуры группы “Мост”, а именно на ее часть, связанную со СМИ. Владимир Путин в свое время пообещал “равноудалить” всех олигархов и окончательно отправить в историю времена “семибанкирщины”. Большая часть “равноудаленных” благополучно восприняла новые правила игры и ушла в тень. Сейчас, по мнению чиновников администрации президента, осталось лишь два олигарха, по-прежнему претендующих на право влиять на принятие властных решений, – Борис Березовский и Владимир Гусинский. Кремлевские обитатели в частных беседах не слишком церемонятся в характеристике их дальнейшей судьбы: “Обоих отправим на острова”. Это, конечно, всего лишь образ, однако кампания по нейтрализации строптивых олигархов, частью которой можно считать и вчерашние обыски в “Медиа-Мосте”, явно будет продолжена. Эта кампания уже принесла первые результаты. В администрации утверждают, что олигархи потеряли возможность пользоваться “телефонным правом” – чиновники высшего звена больше не намерены оказывать услуги кому бы то ни было, пусть даже своим бывшим покровителям. Вчерашняя акция говорит о том, что подобными мерами дело не ограничится. Любая крупная структура в принципе небезгрешна, так что у силовых ведомств при желании всегда найдутся основания для проведения очередного “изъятия документов”. Был бы повод… [Екатерина Григорьева, Анастасия Корня, Евгений Евдокимов, Владимир Сысоев В 12.05.00] История ничему не учит 1. He попадет ли Россия под собственное колесо? В четверг, 11 мая. Генеральная прокуратура РФ при силовой поддержке ФСБ и Федеральной службы налоговой полиции провела обыски в четырех офисах компании “Медиа-Мост”, в том числе и в кабинете председателя совета директоров “Медиа-Моста” Владимира Гусинского. Со дня инаугурации Владимира Путина не прошло и недели. У высшей власти не существует выходных, поэтому праздничные дни можно зачесть новому президенту в рабочий актив – он уже шесть дней полноценный руководитель государства и гарант многочисленных прав, дарованных населению Конституцией. Сделано немало. Дело даже не в прямом перечне трех указов, двух распоряжений и одного нормативного письма, поставивших губернаторский корпус, скажем так, в неудобное положение (об этом подробнее см, на 4-й стр.), или же в изложении графика рабочих встреч президента в Сочи. Просто в первые же дни после инаугурации власть жестко и однозначно демонстрирует решительность своих намерений по множеству вопросов, принципиальных для будущего российской демократии. Но степень и качество этих демонстраций далеко не всегда одинаковы. Доказательная (то есть, демократическая) форма демонстрации своей решительности, к сожалению, лишь один из путей дальнейшего развития ситуации. Вполне возможно, что власть посчитает для себя возможным сломать привычную систему координат – и обыски в “Медиа-Мосте” действительно станут прологом к серьезным проблемам со свободой слова. Пока, однако, власть – а нет сомнений, что люди в камуфляже, в масках и с автоматами “Кедр” представляют именно государство как систему – не показала, что она действительно готова на демократическое изменение системы властных отношений. Ситуация вокруг “Медиа-Моста” может развиваться по двум параллельным сценариям (причем ни один из них не зависит от реальной степени вовлеченности этой структуры или отдельных ее представителей в деятельность, привлекающую внимание прокуратуры). Если государство в кратчайший срок не предъявит “Медиа-Мосту” реальных обвинений, основанных на доказательствах, пригодных к использованию в суде, возникнет новая для современной России, но запечатленная на уровне генетической памяти советского человека ситуация. Нет сомнения, что репрессивные меры против зарвавшихся губернаторов (“Россию разваливают!”) и не менее скандальных медиа-магнатов (“Россию продали!”) поддержит значительная часть электората Владимира Путина (хотя в первую неделю после выборов это в общем-то и не слишком важно). Вопрос уже не к электорату, а к самой власти: насколько люди, принимающие решения об организации очередной серии “маски-шоу”, отдают себе отчет в том, какой маховик раскручивается столь простыми на первый взгляд мерами? Разговоры о засилье выходцев из спецслужб в нынешней властной команде и об их, скажем так, своеобразном менталитете стали общим местом в период предвыборной кампании. Общегуманитарные опасения либеральной среды тогда основывались в целом на традиционных страхах: “Вот придет НКВД-КГБ и всех посадит”. При этом несколько преувеличивались профессиональная подготовленность нынешнего поколения властвующих спецслужб – современная жизнь как минимум требует иных методов оперативной работы и жизненного опыта, нежели в 30-х годах. Попросту говоря, “маски-шоу” на весь мир могло быть заменено двадцатью минутами разговора с глазу на глаз с тем же Владимиром Гусинским в Израиле и (за час до этого) с главой “Мост-Секьюрити” на углу Переяславского переулка и Малой Переяславской улицы. Предпочли “маски-шоу”. И это несоответствие между реальной ситуацией и менталитетом людей, пришедших ныне в политику, – едва ли не самая главная проблема текущего момента. Она сродни хроническим фрейдистским пунктикам, сводящим на нет любые, особенно изначально благие устремления. Маховик “мер неюридического характера” раскручивается сам собой, не требуя дополнительной законодательной подпитки. Его разгоняют конкретные, люди, искренне убежденные в правоте своего дела (хотя в нынешней рыночной ситуации многие из них были бы не прочь заработать при этом и пару долларов на стороне). Александр Солженицын создал гениальный образ: красное колесо – маховик самораскручивающейся машины подавления, которая набирает ход именно с таких, казалось бы, однозначных ситуаций. Разумеется, “поезд ушел”, повторение 1937 года не возможно. Но есть, по своему, не менее опасный закон сохранения политической энергии: однажды поддавшись соблазну прямолинейных решений, трудно затем вернуться в правовое поле. Власть сама задала темп – первая же неделя существования новой государственной машины (пока еще нет правительства, Генпрокуратуры и некоторых других системообразующих структур) дала слишком много поводов для пересудов. Время для передышки еще есть. Владимиру Путину достаточно в выходные выступить по государственному каналу РТР или в любом другом дружественном СМИ и переадресовать все созданные за дни его президентства конфликты к судебной власти, чтобы легко снять напряжение. Главный вопрос, однако, все-таки не в этом, а в том, насколько чисто психологически нынешняя система организации государственной власти в состоянии контролировать сама себя, а не крутить это самое красное колесо, как дети в деревне – маленькими березовыми (теперь они стали “кедровыми”) палочками… [Евгений Крутиков И 12.05.00] Дичь заказывали? “На совещании за закрытыми дверями в Центральном банке все было готово к совершению сделки. Глава Мост-банка Владимир Гусинский уже достал из портфеля и предложил участникам встречи все необходимые бумаги по продаже своего детища. Предполагалось, что покупателем станет Внешторгбанк, владельцем котором является Банк России. Оставалось только поставить подписи под документами. В эту минуту раздался телефонный звонок. На другом конце провода был лично Владимир Путин. Он просил немедленно отменить запланированную сделку. Ранее о том же просил Александр Волошин, но ему Виктор Геращенко решительно отказал”. Приблизительно так, почти что в детективном ключе, если верить американской газете “Вашингтон пост”, была сорвана грандиозная продажа акций Мост-банка, с помощью которой Владимир Гусинский намеревался расплатиться по своим многочисленным долгам. Автор обширной статьи под заголовком “Действия Путина разоблачают его обещания в отношении олигархов” – московский корреспондент газеты Дэвид Хоффман. Любопытно, что этот материал был опубликован 7 мая, в день инаугурации второго российского президента. По мнению “Вашингтон пост”, главной жертвой этой политики уготовано быть Владимиру Гусинскому. Возможно, этот прогноз начал сбываться вчера. Мост развели Ровно в 9.30 утра к офису “Медиа-Моста” в Большом Палашевском переулке подъехало несколько “газелей”, из которых выскочили бойцы с нашивками “Налоговая полиция. Физическая защита”. Одетые в камуфляж и маски, с автоматами наперевес, налоговики окружили здание со всех сторон, выставив посты у всех выходов из здания. Когда все посты были расставлены, в дверь офиса постучали. На стук вышел охранник, которого люди в камуфляже втолкнули обратно. За ними в открытую дверь проследовали сотрудники ФСБ и Генпрокуратуры в штатском. Как рассказал “Известиям” один из охранников “Медиа-Моста”, после небольшой перепалки на проходной визитеры предъявили свои документы и постановление о проведении обыска, выданное Генпрокуратурой. Зайдя внутрь, сотрудники прокуратуры и оперативники ФСБ отключили городские телефоны и попросили сдать “мобильники”. С этой минуты из здания никого не выпускали. Всех, кто был в офисе, попросили выйти из комнат и собраться в холле. Начался обыск. Как заявил представитель центра общественных связей Генпрокуратуры, уголовное дело в отношении “Медиа-Моста” возбуждено по трем статьям уголовного кодекса: “Нарушение неприкосновенности частной жизни” (ст. 137), “Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений” (ст. 138), “Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну” (ст. 183). Пока в офисе шел обыск, на противоположной стороне улицы собрались те, кто немного опоздал на работу. В офис их уже не пустили, и они с грустными лицами обсуждали происходящее. – Гусинскому повезло, он сейчас в Израиле отдыхает, – говорил полный лысоватый мужчина в очках. – Да это они специально решили обыск проводить, пока его нет в Москве, – высказывал свое мнение другой. – Сколько же они теперь “жучков” там понаставят… – размышлял вслух третий. Примерно к трем часам дня выяснилось, что следователи искали в офисе “Медиа-Моста” подслушивающую аппаратуру и, по заявлению заместителя генерального прокурора Василия Колмогорова, нашли. Примерно в шесть вечера в офисе наконец появился Владимир Гусинский, прилетевший из Израиля. ЗАО “Медиа-Мост” Акционеры Гусинский В.А. (70%); Малашенко И.Е., Киселев Е.А., Добродеев О.Б., ХаитБ.Г. (10%); Поляков А.Н. (2,8%); Зверев С.А. (2,8%); ЦимайлоА.В. (2,8%) Кредиторы Внешэкономбанк, РАО “Газпром”, Credit Swiss First Boston, Сбербанк России ЗАО “НТВ-Холдинг” ТОО “Телекомпания “НТВ”, ЗАО “НТВ ПЛЮС”, сеть ТНТ, ЗАО “НТВ-Дизайн”, ЗАО “НТВ-Кито”, ЗАО “НТВ-Профит”, оператор спутниковой связи “Бонум 1”, радиостанция “Эхо Москвы” “Издательский дом “7 дней” Газета “Сегодня”, газета “7 Дней”, журналы “Итоги” и “Караван историй” [Григорий Пунанов И 12.05.00] Стрелка на мосту “Разборка” между “Медиа-Мостом” и новой властью зрела. Было ясно, что она пройдет без особых законных церемоний: “наезд” на “Мост” не сильно отличается от тысяч подобных (размахом что мельче) “наездов”, организованных коммерческими структурами, более-менее приближенными к власти, посредством “дружеских” подразделений налоговой полиции, РУОП или ФСБ, выступающих в “робингудовской” или не очень роли, определяемой сочным термином “крыша”. Ситуация с “Мостом” отягощена тем, что это “наезд” на структуру, претендующую на выражение ОППОЗИЦИОННОГО мнения. Любопытно, что обыски в “Мосте” совпали с приемом президентом Путаным Теда Тернера, основателя империи “Си-эн-эн”. Путин говорил о гарантиях свободы слова, а люди в масках обыскивали холдинг, претендующий на звание “русской “Си-эн-эн”. Но в русской реальности все сложнее, чем в американской. И Владимир Гусинский пока еще не стал Тедом Тернером. И не мог им стать в России… Что есть свобода слова в России? Продукт гражданского общества? Или форма сосуществования олигархических кланов, использующих масс-медиа как поле боя для разрешения противоречий? Владимир Гусинский никогда не занимался медиа-бизнесом в чистом виде, хотя ближе всех подошел к созданию “русской “Си-эн-эн”. Он всегда – как и любой наш олигарх – строил весь бизнес (в том числе медийный) на спецотношениях с властью. Власть сама рьяно защищает именно такой капитализм – где правила игры, тендеров, а заодно и их победителей определяет Чиновник. Меняется чиновник – меняются правила. И всякий “российский Тернер” должен заботиться о “своих” вице-премьерах, мэрах, губернаторах, руководителях управлений ФСБ, РУБОПов и подразделений налоговой полиции. И Гусинский никогда не пренебрегал политическим пиаром (максимальный уровень его “влияния” в лучшие годы – вице-премьеры в правительстве Черномырдина, не говоря уже о министрах). Именно поэтому его поведение как медиа-магната подчас не поддавалось разумному объяснению: “ориентировки” по персонам и фирмам вполне могли меняться за 24 часа с “мы с ним дружим” на “мы его мочим” и обратно, а информбизнес совмещался с финансовым – в лице Мост-банка. Для игры сразу во много игр нужен уже не только “VIP-пиар” в лице Гусинского или Малашенко, но и своя мощная спецслужба… В начале 90-х Гусинский “дружил” с мэром Москвы. Это благоприятно отразилось на его банковском бизнесе. Но ведь все успешные крупные бизнесмены имели политическую “крышу”. Потом Гусинский не раз поссорится и помирится с Лужковым, другими политиками, но он скоро осознает силу “свободы своего слова” в разрешении своих же политических и экономических сложностей. В России ведь можно торговать не только “налоговыми освобождениями” или тендерами, но и “информационными наездами” и пиаром. За дружбу с Лужковым (ирония судьбы – в конце 1999 года Гусинский тоже “поставил” на Лужкова) в 1994 году люди “Моста” попали под могучего Коржакова – в рамках операции, начавшейся публикацией “имени Павловского” (он же много сделал для победы “Единства” и Путина) “Падает снег“. По итогам президентской кампании 1996 года (то есть “за политику”) НТВ получает четвертый канал. Против Коржакова внутри ельцинского ближнего круга нашлось “противоядие”. А с Борисом Абрамовичем Березовским (своим периодическим врагом – например, на сегодня) Владимир Александрович даже на время подружился. Одним из последствий мира с президентской администрацией стала короткая влюбленность Гусинского в ”молодых реформаторов” вроде Немцова в первой половине 1997 года. Но “неправильно” (по мнению Гусинского) проведенный конкурс то “Связьинвесту” все испортил: “Младореформаторов” стали “мочить”.Параллельно шла первая чеченская война: НТВ заняло особую позицию, о “спецотношениях” Гусинского с чеченцами ходило много слухов, но “свечку никто не держал”. Слухи прекратило похищение ведущей журналистки НТВ Елены Масюк. Гусинский же вообще на Кавказский регион смотрел широко – вплоть до “особых отношений” с азербайджанским президентом Алиевым (разумеется, в Баку работало отделение Мост-банка). Осенью 1999 года ставка холдинга на Примакова-Лужкова, а заодно и на “Яблоко” не принесла дивидендов. А “простые” люди чекистской выправки из команды Путина тонких игр “Медиа-Моста” не поняли: озлившись на кампанию “не пускать гэбистов во власть”, “Мост” опять положили “мордой в снег”. При этом действовали как умеют. Грубо. И подняв громкий скандал. Он наверняка возымеет политическое и международное продолжение (не исключено, что на высшем уровне). Возможно, приведет к смене хозяина “Медиа-Моста”, благо кредиторы по команде сверху готовы вспомнить о долгах. Самый же главный вопрос, кажется, вот в чем. Будут ли методы, примененные против неугодного, запутавшегося в долгах “Медиа-Моста”, объективно все же дающего более плюралистичную картину, чем тот же “ин-форм-киллер” Доренко с ОРТ, распространены на другие СМИ? И попытаются ли люди, совмещающие высокие посты в исполнительной власти с (неформально, конечно) высокими коммерческими целями, создать такой политический режим, при котором вся “свобода слова” будет держаться уже не на разногласиях между олигархами, а на желании того или иного спецслужбиста делиться информацией? Черт его знает, но, может, первый вариант был по-своему интереснее… [Георгий Бовт И 12.05.00] ПОНТЫ И ПОНТОНЫ Налет на “Медиа-Мост” с точки зрения бизнеса пошел холдингу только на пользу. Во-первых, любой скандал привлекает внимание, а следовательно, увеличивает рейтинги. Во-вторых, созданный по итогам обыска образ борцов-мучеников за свободу слова может помочь в деле привлечения как западных. кредитов, так и безвозмездных вливаний. “Благотворительные” взносы структурам холдинга являются основой его существования едва ли не с первого дня. Мост-банк, как известно, встал на ноги главным образом за счет обслуживания бюджета Москвы. Страховая группа “Спасские ворота” – по крайней мере отчасти – при помощи программ обязательного страхования в столице. Не является исключением и канал НТВ – жемчужина холдинга “Медиа-Мост”. Он долгое время существовал лишь в качестве вечернего довеска к каналу “Российские университеты”. Частоту целиком он получил после совместной победы отечественных олигархов и Бориса Ельцина на выборах 1996 года. Тогда же в числе акционеров холдинга появился всесильный “Газпром”, что, как говорят, явилось частью премии за информационно-пропагандистское обеспечение успеха Бориса Ельцина. Газовый монополист стал и основным инвестором “Медиа-Моста” – во многом на средства “Газпрома” и под гарантии государства был запущен амбициозный проект НТВ+. Однако в дальнейшем дела холдинга шли уже не так успешно. Несмотря на отчаянную информационную кампанию в 1997 году, “Медиа-Мост” потерпел поражение в битве за “Связьинвест”. Спустя год, в августе 1998-го, удар страшной силы – дефолт и девальвация – был нанесен по всем отечественным олигархам, не имевшим промышленных активов. Впрочем, Владимир Гусинский сумел пережить кризис за счет старых политических связей. Правительство Москвы передало одной из структур, близких к Мост-банку, сеть из 150 бензоколонок, Кроме того, структуры группы получили кредиты от Сбербанка России и Внешэкономбанка. Судя по всему, решающим для судьбы “Медиа-Моста” стал 1999 год. Тогда, вольно или невольно, холдинг сделал, как выяснилось, неправильный политический выбор, поддержав Юрия Лужкова и Евгения Примакова. Уже летом 1999 года Внешэкономбанк потребовал погашения кредита на сумму в $42 миллиона, причем “живыми” деньгами. Едва холдинг разобрался с Внешэкономбанком, как на него свалилась куда более крупная беда. Председатель правления ОАО “Газпром” Рем Вяхирев (как гражданин, недовольный позицией канала НТВ по освещению войны в Чечне) потребовал от “Медиа-Моста” погашения кредита на сумму более $211 миллионов. По оценке вице-президента холдинга по финансам Владимира Цимайло, общая сумма долгов “Медиа-Моста” составляет как раз около $200 миллионов. Эта оценка, судя по всему, является очень оптимистической. По данным “Известий”, задолженность группы только банку CS First Boston составляет около $270 миллионов, а в целом скорее ближе к $1 миллиарду. Отметим, к слову, что объем годового сбора рекламы, допустим, каналом ОРТ не превышает $200 миллионов, при том что аудитория ОРТ все же многочисленней, чем у НТВ. Ситуация, когда задолженность по кредитам – отметим, в большинстве своем по мировым меркам краткосрочным – превышает годовые доходы корпорации, является крайне тяжелой. В такой ситуации политический скандал вокруг “Медиа-Моста” холдингу только на руку. Поскольку едва ли не все крупные деньги в стране в конечном счете являются государственными, требование их возврата можно преподать как борьбу со свободой слова, политическую цензуру, удушение конкурентов “семьи” Абрамовича и Березовского и т.д. Союзники в деле нагнетания политической истерии вокруг экономического банкротства холдинга у “Медиа-Моста” есть: еще 7 мая в “Вашингтон пост” появилась заметка соответствующего содержания. [Игорь Иванов И 12.05.00] Русское видео Обвинения против “Медиа-Моста” выросли из дела о хищении средств в петербургской компании “Русское видео”, известной своим дубляжем сериалов “Санта-Барбара” и “Даллас”, а также участием в производстве знаменитого сериала “Менты”. После долгих мучительных поисков официальных причин обыска в “Медиа-Мосте” к вечеру силовиками были найдены мотивы вторжения в офисы холдинга. Дело Мост-банка, как оказалось, выросло из дела о хищении средств в питерской компании “Русское видео”. “Медиа-Мосту” принадлежит в этой компании 75% акций, кроме того, есть еще обязательство вложить 22 млн долларов в развитие проекта в течение 5 лет. Президент “Русского видео” Михаил Мириашвили является по совместительству заместителем главы Российского еврейского конгресса – то есть Владимира Гусинского. С компанией “Русское видео”, которая осуществляет совместно с НТВ вещание на 11-м городском канале, связано очень много скандалов, в том числе и криминальных. В марте 1998 г. Генеральная прокуратура России возбудила в отношении руководства “Русского видео” уголовное дело по статьям “хищение денежных средств в особо крупных размерах” и “уклонение от уплаты налогов”. В офисах и квартирах сотрудников производились обыски. На основании изъятых документов компании было предъявлено обвинение в сокрытии доходов. По первоначальной версии следствия руководство (до конца девяностых эта компания являлась государственным предприятием) через 18 подставных фирм прокручивало деньги, полученные от продажи рекламного времени. В бюджет компании эти средства, поданным Счетной палаты, не попадали. Генеральный директор “Русского видео” Дмитрий Рождественский отрицал тогда свою вину, но позже уплатил все штрафы. В сентябре 1998 года Рождественский был арестован. На этот раз он обвинялся в хищении государственных средств, а именно 112 тысяч долларов, выделенных компании еще мэром Собчаком в качестве кредита в 1995-году и куда-то бесследно исчезнувших. По одному из этих дел, кстати, проходили помощник депутата Юлия Рыбакова (ныне кандидата в губернаторы Петербурга) Любовь Амромина, а также помощник покойной Галины Старовойтовой Руслан Линьков. Впрочем, это далеко не самые интересные истории, связанные с деятельностью этой корпорации. Так, нынешний директор “Русского видео”, назначенный взамен Рождественского, – Андрей Мокров – ранее являлся вице-губернатором Санкт-Петербурга и близок к Смольному до сих пор. [Игорь Иванов, Григорий Пунанов И 12.05.00] Черная маска для свободы слова? Кто хочет задушить “Медиа-мост”? "Ну вот, теперь президент – законный президент, теперь-то уж он развернется!" – говорили после инаугурации те, кто ожидал от Путина активных действий. События, развернувшиеся вчера вокруг "Медиа-Моста", показали: активные действия и вправду начались. Но направлены они были против неугодной властям прессы. Вопрос лишь в том, кто в действительности их инициировал и делалось ли все происходящее с одобрения нового главы государства. Если да – то это более чем печально… Вчера в девять часов утра сотрудники ГУБЭП МВД России, Генпрокуратуры и налоговой полиции совершили обыски в структурах холдинга "Медиа-Мост": в центральном офисе в Большом Палашевском переулке и в офисе компании "МТБ-Интернет" и "Мемонет" в Переяславском переулке. Как сообщается, причиной столь агрессивных действий правоохранительных органов стало ранее возбужденное уголовное дело по статье 285 часть 2 Уголовного кодекса РФ в отношении бывших руководителей Минфина России. Статья называется "Злоупотребление должностными полномочиями" и предусматривает наказание до трех лет. Однако руководители холдинга не усматривают никакой логической связи между деяниями бывших руководителей Минфина и деятельностью "Медиа-Моста". По нашей информации, инициатором "наезда" является заместитель главы ФСБ г-н Заостровцев. В ФСБ он отвечает за экономическую безопасность. В СМИ "Медиа-Моста" неоднократно публиковались материалы о финансовых махинациях Заостровцева и его связях с банковскими структурами. Именно на последнем совещании в ФСБ, которое проводил Заостровцев, было принято решение атаковать "Медиа-Мост". Вдобавок курсируют слухи о том, что истинным предметом интереса спецслужб является не столько компромат на генерала Заостровцева, сколько "некие материалы о недвижимости за рубежом, принадлежащей высшим должностным лицам государства". Как заявили "МК" в Федеральной службе налоговой полиции, их сотрудники из подразделения физзащиты действительно были вызваны для "прикрытия" работников Генпрокуратуры и ФСБ, однако в самой полиции никаких уголовных дел в отношении фирм, входящих в холдинг "Медиа-Мост", нет. И уже совсем непонятно, почему ФСБ, имеющее собственные ударные силы, решило привлечь к операции ФСНП? Разве что для придания своей операции "масштабности"… …Когда корреспонденты "МК" прибыли к офису "Моста" в Большом Палашевском переулке, вокруг здания толпились сотрудники. Вход на работу им преграждали три человека в черных масках, с автоматами в руках и надписями "налоговая полиция" па спинах. Со слов оказавшихся на улице работников холдинга, налоговики, взявшие штурмом здание, строили сотрудников вдоль стен с криками: "Не встанете, как говорят, – все ляжете!". Затем на рабочих местах разрешили остаться только начальникам отделов. Остальных же перед тем, как выпроводить из офиса, просили оставить на столах сотовые телефоны. Однако большинство пренебрегло этими требованиями. Сотрудники продолжали решать деловые вопросы, разместившись под кронами ближайших деревьев… Руководители холдинга оценивают ситуацию недвусмысленно, называя ее "актом государственного произвола". А Игорь Малашенко заявил, что речь идет об "акции устрашения". Руководитель "Медиа-Моста" Владимир Гусинский любит называть себя "гвоздем в сапоге". Расшифровывается это просто. Да, я неудобен и неуправляем. Зато это заставляет власть считаться со мной, учитывать мои интересы и вообще относиться с уважением. До весны 1999 года эта стратегия обычно срабатывала. После отставки правительства Примакова все федеральные структуры власти неожиданно оказались в руках одной группировки – Абрамовича и Ко. Формальный премьер Степашин был лишь марионеткой, с которой никто не считался. Как уже писал "МК", кандидаты в министры ездили тогда на собеседование к Абрамовичу. А как позднее признался сам Сергей Вадимович, на одной из встреч с президентом Ельцин сказал ему открытым текстом: ты, мол, премьер до осени. А потом придет Николай Емельянович. НТВ приоткрыло занавес над тем, что на самом деле происходило за кулисами власти. В ответ Гусинскому был объявлен джихад. Сторонники достижения компромисса с "Медиа-мостом" типа тогдашнего замглавы президентской администрации Сергея Зверева были безжалостно уволены. А подконтрольные Кремлю финансовые структуры типа Внешэкономбанка начали пытаться обанкротить детище Гусинского. Ближе к концу года огонь конфликта несколько поутих. Но, по словам осведомленных источников, отношения президентской администрации и "Моста" так и не восстановились. "Сейчас их просто нет!" – заявил "МК" один видный царедворец. Неудивительно, что еще несколько месяцев назад список кремлевских кровников "Медиа-моста" выглядел крайне внушительно. Во-первых, шеф президентского аппарата Александр Волошин. В прошлом году и Гусинский, и Волошин в частной обстановке не раз клялись "посадить друг друга". Во-вторых, Татьяна Дьяченко. Четыре года тому назад Татьяна Борисовна была очарована нынешним президентом НТВ Игорем Малашенко и даже жаждала видеть его руководителем кремлевской администрации. Чуть позже именно она, несмотря на сопротивление тогдашнего министра финансов Чубайса, сумела добиться, чтобы НТВ были сохранены льготы при оплате телесигнала. Но после того как в программе "Куклы" появилась близняшка Татьяны Борисовны, она пришла в страшный гнев, Борис Березовский… Находившийся в начале прошлого года во вполне нормальных отношениях с Гусинским Борис Абрамович в конце весны вдруг вновь воспылал к нему жуткой ненавистью. Роман Абрамович… Но, учитывая, что реальные рычаги власти в 2000 году находились уже в руках Путина, этой критической массы было еще недостаточно, чтобы на "Медиа-Мост" началось фронтальное наступление. Однако ситуация вдруг изменилась. Первой ласточкой оказалась мартовская передача Николая Николаева "Независимое расследование", в которой указывалось на подозрительные обстоятельства несостоявшегося взрыва жилого дома в Рязани прошлой осенью. По данным кремлевских источников "МК", Путин воспринял ее "крайне лично". Затем была некая статья во входящей в холдинг газете, которая была также крайне болезненно воспринята в первой семье страны. Так что теперь, по утверждениям кремлевских царедворцев, Владимир Владимирович считает Гусинского своим личным врагом, Однако, несмотря на внушительность сил оппонентов Гусинского, наступление на "Мост" еще вполне может захлебнуться. "Мост" и НТВ – это не те компании, в отношении которых можно безнаказанно нарушать закон. За вице-президентом Всемирного еврейского конгресса Гусинским поддержка крайне влиятельных финансовых кругов Запада. В случае необходимости звонки Путину, например, Клинтона, Блэра или Ширака не заставят себя ждать. Ну а экономически задушить "Мост" не так-то просто, даже несмотря на внушительный объем долгов холдинга. По уверению осведомленного источника "МК", финансовые дела в "Мосте" поставлены таким образом, что для банкротства Гусинского потребовались бы просто титанические ресурсы и невероятно сложный объем юридической работы. Так что, по сути, очень многое зависит от того, насколько хорошо был подготовлен нынешний наезд на "Мост". Если не очень, то его устроители могут еще горько пожалеть о своей затее. [Михаил Ростовский МК 12.05.00] Вот и началось С Гусинского Представители силовых структур, обыскавшие вчера московские офисы холдинга "Медиа-Мост", утверждают, что медиа-группа Владимира Гусинского плотно контролировала частную жизнь своих сотрудников, прослушивая и записывая их разговоры. В свою очередь сам Гусинский и его ближайшие соратники считают прошедшие вчера обыски атакой Кремля на независимые СМИ. Владимир Путин и его окружение предпочли отмолчаться. Вчера утром, примерно в 9.30, в принадлежащие "Мосту" здания в Большом Палашевском и Переяславском переулках ворвались вооруженные люди в масках и начали обыск. Как сообщил один из руководителей "НТВ-Плюс", находившийся во время обыска в офисе компании, "с утра незваные гости были борзые, но потом стали вести себя более сдержанно". Происходившее в офисе представитель "Моста" описал так "Подходят к нам, справляются, не стеснят ли. К нам у них претензий нет. По-моему, они даже не очень представляют, что ищут. Ну, изымут кассеты с последними сериями "Ментов", посмотрят на досуге. -Жаль, что мы про налоговиков ничего не снимали". Временные охранники на входе, пока шел обыск, охотно демонстрировали телеоператорам и фотографам спины с нашивками "Налоговая полиция". Как заявили в пресс-службе ведомства, вооруженные налоговики были привлечены к операции исключительно в качестве "физической защиты на случай возможного сопротивления". Собственно обыски проводили представители ФСБ и Генпрокуратуры. Замгенпрокурора Василий Колмогоров объяснил вчерашнюю силовую акцию тем, что у следствия, начатого в рамках соответствующего уголовного дела 26 апреля, "есть сведения о том, что работники службы безопасности группы "Мост" занимались незаконным прослушиванием, совершали действия, нарушающие закон, в частности тайну переписки". Представитель ФСБ генерал-майор Александр Зданович заявил "Интерфаксу", что при обыске офисных зданий "Медиа-Моста" обнаружены многочисленные подслушивающие устройства и специально оборудованные комнаты, где прослушивались и записывались разговоры и телефонные переговоры всех сотрудников холдинга, включая журналистов. Нашли, по словам Здановича, и сами записи разговоров, а также досье на менеджеров и журналистов "Медиа-Моста". Эти заявления представитель ФСБ сделал уже поздно вечером, отвечая на устроенный руководством "Моста" шквал публичных протестов. Весь день НТВ и радио "Эхо Москвы" следили за развитием событий в офисах родного холдинга. Акцию силовиков осудили многие известные политики. Первый заместитель Гусинского Игорь Малашенко на срочно созванной пресс-конференции заявил: "Мы стали свидетелями акта государственного произвола в отношении независимых СМИ. Реальная причина происходящего хорошо известна". Вечером в Ген-прокуратуру пришла жалоба руководства "Медиа-Моста" на действия правоохранительных органов. Малашенко обозначил две цели прошедшей вчера силовой акции: месть за вышедшие материалы о Чечне и о коррупции во власти, а также устрашение. Сам Гусинский, спешно вернувшийся в Москву из Израиля, назвал происшедшее "политическим давлением". Руководители "Моста" заявили, что изъятая аппаратура была предназначена не для прослушивания переговоров, а для защиты от оного. А на кассетах были записи производственных совещаний. Впрочем, как заявил Малашенко, на изъятых пленках потом может оказаться "что угодно": в "Мосте" "не исключают возможности любых провокаций". Впрямую винить Владимира Путина во вчерашнем инциденте руководители "Медиа-Моста" не стали (по традиции предпочли главу президентской администрации Александра Волошина), но указали на то, что “законный президент не имеет возможности отмолчаться”. То же самое относилось и к Минпечати, которое "обязано озаботиться соблюдением закона о СМИ". [12.05.00] “Мост” пострадал за “Русское видео” После бурного четверга страсти вокруг “Медиа-Моста” немного поутихли. Обыски и выемки документов больше не проводились. Зато замгенпрокурора России Василий Колмогоров наконец-то объяснил причину проблем медиахолдинга. Они связаны с расследованием уголовного дела двухлетней давности, возбужденного в Санкт-Петербурге в отношении руководства телекомпании “Русское видео”, контрольный пакет акций которой принадлежит “Медиа-Мосту”. С подробностями – ДМИТРИЙ ПАВЛОВ и АНДРЕЙ ЦЫГАНОВ. На главный вопрос, интересовавший в четверг руководителей “Медиа-Моста”,- каково отношение Владимира Путина к происшедшему, вчера был получен крайне уклончивый ответ. Президентская пресс-служба через “Интерфакс” распространила следующее сообщение: “Президент твердо убежден, что свобода слова и свобода СМИ – непреложные ценности… Что же касается расследования уголовных дел, то перед законом все равны, вне зависимости от того, каким видом бизнеса кто бы ни занимался”. “Это можно расценивать как „и нашим, и вашим"”,- прокомментировал заявление руководитель пресс-службы “Медиа-Моста” Дмитрий Остальский. Между тем руководство холдинга намерено обратиться к и. о. генпрокурора Владимиру Устинову с требованием возбудить уголовное дело в отношении начальника управления программ содействия ФСБ Александра Здановича о клевете, а также предъявить ему иск о защите деловой репутации. По словам Остальского, в интервью телеканалу ОРТ Зданович распространил заведомо ложные сведения – в частности, о том, что служба безопасности “Медиа-Моста” занимается прослушиванием частных разговоров сотрудников компании, в том числе и журналистов. “Это все неправда”,- утверждает Остальский. Впрочем, в холдинге сомневаются, что заявление будет должным образом рассмотрено. “Понятно, что за обысками в наших офисах стоит сам Устинов,- сказал Остальский,- ему сейчас как никогда нужно показать свою лояльность властям, иначе его просто не будет на месте генпрокурора”. Действительно, позиция Генпрокуратуры удивляет своей противоречивостью. В четверг, когда начались обыски в “Мосте”, ее представители сообщили, что акция силовых ведомств связана с расследованием дел о коррупции бывших руководителей Минфина. Потом было заявлено, что во всем виновата служба безопасности “Моста”, фактически исполнявшая роль спецслужбы. Вчера утром следователь по особо важным делам Юрий Мартышин сказал, что обыски в “Медиа-Мосте” продлятся еще два-три дня. Но позже замгенпрокурора Василий Колмогоров заявил: в ближайшее время обысков не будет. И выдвинул свою версию – выемки документов в офисах холдинга связаны с информацией, полученной в рамках расследования уголовного дела, возбужденного в отношении руководителей телекомпании “Русское видео”. В общем, похоже, что Генпрокуратура два дня просто искала более или менее правдоподобное объяснение силовой акции. Дело “Русского видео”, возбужденное в 1998 году, действительно связано с “Медиа-Мостом”. Обыски в “Русском видео”, за год до этого приобретенном “Мостом”, проводились Генпрокуратурой в рамках расследования злоупотреблений чиновников Санкт-Петербурга. Да и сам факт покупки телекомпании стал предметом отдельного разбирательства. При акционировании госкомпании “Русское видео” свыше 70% акций были проданы “Медиа-Мосту” всего за 25 млн “старых” рублей (около $5 тыс.). Зато уже через 10 дней после оформления документов, как установило следствие, на счет гендиректора “Русского видео” Дмитрия Рождественского поступил $1 млн. Как тогда подозревали сотрудники Генпрокуратуры, это был “откат” за выгодную сделку. Рождественского арестовали по обвинению в хищении чужого имущества в особо крупном размере. Позже его адвокат пытался добиться освобождения подзащитного под залог в $500 тыс., но ему отказали. Обыскивая “Русское видео”, оперативники нашли документы, якобы свидетельствующие о том, что служба безопасности “Медиа-Моста” собирала компромат на петербургскую администрацию и местных “силовиков”. Тогда эти материалы следователи положили под сукно. Пригодились они через два года, когда у медиахолдинга обострились отношения с Кремлем. Впрочем, адвокат холдинга Павел Астахов уверен, что “реальных доказательств у следствия нет и, видимо, не будет”. [Дмитрий Павлов, Андрей Цыганов ЪД 13.05.00] Новый порядок? Недавно один мой знакомый пошутил: "Все! Праздники кончились. Начались аресты". Сказал без подтекста, просто потому, что он, как и все, – в ожидании решительных действий власти, столь долго откладываемых то до выборов, то до инаугурации. И вот вчерашняя шутка как-то неожиданно сразу приобрела зловещий подтекст. Атака на "Медиа-МОСТ" производит удручающее впечатление не потому, что это "акт государственного произвола", как выразился один из руководителей холдинга Малашенко, а потому, что все сразу решили: вот оно, началось. Оно, может, и не началось вовсе. Все, что происходило вчера в многочисленных офисах группы "МОСТ", мы видели уже не раз в прошлом на экранах телевизоров и в отношении самого "МОСТа", и в отношении других компаний. В том, что в закоулках респектабельных фирм подчас хранятся деликатные документы, проливающие свет на сомнительные сделки, а то и "громкие дела", ничего удивительного нет, так же как и в том, что наши правоохранительные органы предпочитают любое следственное действие выполнять в духе коммандос, "мордой в снег", как это уже принято говорить. В этом смысле нынешним работникам "МОСТа" еще повезло – все-таки май месяц, да и спецназовцы были на удивление неагрессивны. Смущает другое: наша Фемида по-прежнему предпочитает сама работать без повязки на глазах, однако норовит надеть ее на глаза общественности. Синхронная операция сразу в нескольких офисах крупнейшего холдинга страны, владеющего влиятельными СМИ, требовала, как минимум, пиара со стороны пресс-службы той "фирмы", которая и заказала музыку: Генпрокуратура – так Генпрокуратура, ФСБ – так ФСБ. Вместо этого – привычное отфутболивание всех интересующихся от ведомства к ведомству и несогласованность в мотивации данной операции. Когда неизвестно кто и неизвестно за что штурмует в столице страны кабинеты компании, которая числится чуть ли не официальной, чуть ли не системной оппозицией нынешнему Кремлю, требовать у окружающих считать все происходящее плановыми следственными действиями – верх самомнения. Что касается причин произошедшего, то их может быть сколько угодно. Менее вероятна версия, объясняющая произошедшее как акцию устрашения: в таком качестве это действо припоздало. Другой разговор, что в контексте реальной подоплеки всех этих обысков приданный акции нарочито демонстративный характер вполне вписывается в обычную практику силовых ведомств, которые не упускают случая побравировать масками на лицах и автоматами наперевес. Но, как бы парадоксально это ни прозвучало, атака на "МОСТ" может ознаменовывать конец противостояния империи Гусинского с Кремлем. Все, что случилось, – вроде нарыва, лопнувшего после длительного периода созревания. Натянутость отношений "МОСТа" и Кремля была общим местом комментариев и слухов и до, и во время, и после обеих предвыборных кампаний, и "утечки" о вероятных "наездах" на "Мост-Банк", или отзыве лицензии "НТВ", или даже отчуждении у Гусинского "НТВ+" мелькали на страницах СМИ все это время. Какая-то точка во всем этом должна была быть поставлена, и вполне логично, что эту точку ставит президентская сторона. В том, что Владимира Путина подставили, как, по крайней мере, вслух надеются и сами представители "МОСТа", и некоторые комментаторы, можно очень сильно сомневаться: Путин – не Ельцин, тут, тем более в органах, тем более на пике разговоров о чуть ли не всеобщей реорганизации, никто своей головой из-за личных счетов с прессой рисковать не станет. Зато намекнуть, кто в доме хозяин, президентская сторона смогла – правда, циничным, но зато хорошо отработанным по прошлым годам и прошлым "мероприятиям" способом. Не случайно, что вчера же Кремль произвел еще одно действо, может быть, менее зрелищное, чем спецназ в Большом Палашевском переулке, но не менее наглядное. Владимир Путин официально обратился к Государственному Собранию Башкирии с предложением привести местное законодательство в соответствие с Конституцией и законами Федерации. В тот же день Президент РФ приостановил действие указа президента Ингушетии и постановления правительства республики, а также постановления главы Амурской области, противоречащих федеральному законодательству. Представитель администрации сказал РИА "Новости", что готовятся еще 15 подобных указов президента. При всей несхожести ситуаций, суть одна – начать что-то делать. Что это – начало "диктатуры закона" или плановая борьба с оппозицией в соответствии с пресловутым "Вариантом №6", опубликованным в "Коммерсанте", – покажет время. [Агамов Александр,Я.,13.05.00] Вооруженная ревизия свободы слова Акции устрашения независимых СМИ для Кремля важнее безопасности солдат в зоне чеченского конфликта ДВА события произошли в один день, 11 мая: очередной (как ни страшно употреблять это слово) расстрел колонны российских солдат в приграничных с Чечней районах Ингушетии, жертвой которого стали 19 человек, и вооруженный налет на здания компании “Медиа-МОСТ” сотен вооруженных людей из ФСБ. Невозможно удержаться от того, чтобы не говорить об этих двух событиях хотя бы из-за их совпадения во времени. И не только. Та легкость, с которой чеченским боевикам удается расстреливать колонны российских солдат в Чечне (11 мая уже шестой подобный случай), действуя практически по одному сценарию, заставляет задаться естественным вопросом: чем занимаются наши хваленые спецслужбы, если боевики так легко получают информацию о передвижении воинских колонн? И почему эти колонны не имеют надежной и эффективной охраны, чтобы не становиться каждый раз легкой добычей террористов? Не хватает вооруженных и хорошо обученных людей? Трудно в это поверить, ведь в день нападения на колонну солдат до пятисот хорошо вооруженных и экипированных бойцов обеспечивали в Москве охрану чего? Выемки кассет с новыми записями “ментов”? Уставов компаний, входящих в группу “Медиа-МОСТ”? Случившееся в один день, 11 мая, – расстрел колонны российских солдат и вооруженный налет властей на “Медиа-МОСТ” -дает основания для однозначного вывода: запугать, провести демонстрацию силы в отношении критически настроенных СМИ для Кремля важнее, чем безопасность на Северном Кавказе. В числе использованных в “спецоперации” Лубянки против “Медиа-МОСТа” вооруженных лиц с фальшивыми шевронами принадлежности к ряду силовых ведомств (пусть те потом разгребают оставленные кучи и оправдываются перед общественностью) присутствовали специалисты технических подразделений ФСБ. Эти люди могут не только распознать и оценить спецтехнику, но и без труда сделать соответствующие “закладки” той же спецтехники в обыскиваемых помещениях. Учитывая то обстоятельство, что осмотр кабинетов проводился без свидетелей, подобные мероприятия вполне могли быть проведены. Причем обнаружить “жучки” будет непросто – именно технику по обнаружению подслушивающих устройств и изъяли следователи. Кстати, о следователях. Среди тех, кто от лица Генпрокуратуры участвовал в обысках подразделений “Медиа-МОСТа”, был и старший следователь Генпрокуратуры по особо важным делам Юрий Мартышин. Его многие видели на экранах ОРТ и РТР дающим объяснения причин обысков. Так вот, не кто иной, как Мартышин занимался знаменитым делом о взрыве на Котляковском кладбище, в результате которого погибло множество людей. Мартышин со своими коллегами передали дело в суд, и это дело развалилось, так как выяснилось, что необходимые следствию признательные показания из обвиняемых попросту “выжимали”. Видимо, не случайно организаторам акции против “Медиа-МОСТа” понадобился следователь с таким опытом. Есть слова и есть дела. Президент Владимир Путин не раз публично заявлял о своей приверженности принципам свободы слова, высказывался относительно ценности для общества независимых СМИ. Подкреплением же этих заявлений стала странная, мягко говоря, разборка с “Медиа-МОСТом”. Может быть, Кремль признает только ту свободу слова, которая находится под прямым и вооруженным контролем спецслужб? Или мы чего-то не знаем о позиции Кремля? Если так, то хотелось бы узнать. [Александр Фролов С 15.05.00] ГЕНПРОКУРАТУРА ОБЫСКАЛА “МЕДИА-МОСТ” Лицом в тополиный пух ЖУРНАЛИСТСКИЙ ажиотаж, вызванный обысками в офисах “Медиа-Моста”, явно порадовал первого зампредседателя совета директоров медиа-холдинга Игоря Малашенко: “Это прецедент. Я не знаю ни одной пресс-конференции, которая началась бы вовремя. И уж тем более раньше намеченного срока”. Такую прекрасную возможность для ажитации Владимиру Гусинскому предоставили сотрудники Генпрокуратуры и ФСБ, устроившие “маски-шоу” в офисах едва ли не самого крупного частного медиа-холдинга аккурат через четыре дня после инаугурации второго президента России. Генпрокуратура оказалась не в состоянии внятно разъяснить причины внезапного интереса к документообороту компании Гусинского. Суммируя объяснения блюстителей закона, можно предположить, что в “Мосте” искали улики, связанные с уголовным делом двухгодичной давности, возбужденным по факту незаконного использования бюджетных средств в какой-то не называемой государственной компании. Кроме того, служба безопасности "Моста” незаконно вторглась в чью-то частную жизнь и нарушила чью-то коммерческую тайну… Последнее было “Мосту” тем более кстати, что позволяло связать обыски с расследованием деятельности генерала ФСБ Заостровцева, проведенным принадлежащей холдингу газетой “Сегодня”. Показательно, что при этом принимается как должное такой российский феномен, как участие спецслужб в журналистских расследованиях. Да и утверждения Малашенко о том, что “Мосту” было известно о готовящейся операции Генпрокуратуры, говорят о многом. Филипп Бобков (одна из ключевых фигур в службе безопастности “Моста”) знает свое дело. И, кстати, вполне возможно, что одним из косвенных мотивов наезда на “Мост” стала застарелая неприязнь между выходцами из ленинградского КГБ (которые сейчас составляют костяк руководства ФСБ) и их московскими коллегами, в свое время перешедшими на работу к Владимиру Гусинскому. Точно так же, как изгнанному из органов в конце 80-х генералу Коржакову было за что мстить своим бывшим сослуживцам, которых его подчиненные столь бесцеремонно уложили “лицом в снег” в декабре 1994 года у стен мэрии. Вообще руководители “Медиа-Моста” сейчас очень часто вспоминают те события. Снова идет чеченская кампания. Снова власть делает ставку на спецслужбы. Снова силовая акция направлена против компании, чьи СМИ освещают события с отличной от официальной точки зрения. Однако есть и весьма существенные различия. И дело не только в том, что на дворе май, а не декабрь и вместо снега в воздухе кружит тополиный пух. Практическая польза от акции Коржакова состояла прежде всего в том, что немедийный бизнес “Моста” после известных событий дал серьезный сбой. Сейчас Мост-банку, “Спасским воротам”, “Мост-Девелопмент” едва ли что-либо угрожает. Та клиентура, которая могла уйти, уже имела возможность это сделать – и после дефолта, и после разбирательств с Внешэкономбанком. Есть, правда, определенная вероятность, что Бобкову и его команде удалось "нарыть” нечто такое, что лучше вовремя изъять. Вырвать у змеи жало. Но, как мы видим, сам процесс вырывания жала сопровождался таким шумом, что мало не покажется. И если в 1994 году к Гусинскому на Западе относились как к представителю полубандитского российского бизнеса, то сейчас этот медиа-магнат рассматривается зарубежными наблюдателями чуть ли не как главный антикоррупционер и поборник свободы слова. Одно совместное выступление с Карлой дель Понте в Давосе чего стоит. К тому же в “Медиа-Мост” уже вложены деньги американских инвестиционных фондов, купивших в конце прошлого года по 4% акций НТВ и ТНТ. Так что любые политические гонения на медиа-холдинг и его руководителей способны серьезно осложнить отношения с Западом. Поэтому Кремлю выгоднее и спокойнее бороться с оппозиционным “Мостом” экономическими методами, что, собственно говоря, он руками Александра Волошина и делал до недавнего времени. Заключительным актом должно было стать требование “Газпрома” о немедленном погашении кредита в $211 млн. (Правда, первый зампредседателя совета директоров “Медиа-Моста” Андрей Цимайло утверждает, что никакого давления со стороны РАО не было: “Просто конкуренты вырвали из контекста письмо, являющееся всего лишь элементом переписки с одним из наших акционеров и партнеров”.) У Гусинского практически не оставалось иного выхода, кроме как продать газовому концерну контрольный пакет НТВ. Вот это действительно грамотная нейтрализация. Неужели у стального Александра Стальевича Волошина сдали нервы? Или Гусинский, все майские праздники находившийся в Израиле, нашел-таки деньги? (Показательно, что в отличие от декабря 1994 года владелец “Моста” не бежит из России, а, напротив, спешно возвращается на родину: узнав о случившемся, Гусинский прилетел в Москву.) А быть может, все проще. Новоиспеченного президента просто решили “развести”. И не столько с обществом (это объяснение для киселевских ток-шоу), сколько со спецслужбами. После такого шума в посудной лавке Путин должен более скептически относиться к советам бывших сослуживцев. А это очень важно при формировании правительства и администрации президента. [Александр Бирман Ко 15.05.00] Свобода слова: Россия, май 2000 В прошедшие выходные дополнительное развитие получил скандал вокруг обысков и выемки документов в службе безопасности холдинга *Медиа-Мост”, контролирующего несколько печатных изданий и телекомпанию НТВ. Огласке была предана информация о том, что фирма “Мост-Секьюрити” занималась незаконным сбором данных не только о наиболее известных политиках и бизнесменах, но и о журналистах конкурирующих изданий, в там числе и о некоторых сотрудниках “Известий”. События вокруг службы безопасности “Медиа-Моста” вновь привлекли пристальное внимание к профессии журналиста как таковой. Единственное безусловное сходство профессий разведчика (или сотрудника службы безопасности) и журналиста – постоянная необходимость поиска информации, в том числе и закрытого характера. Один из известных советских разведчиков брежневского периода утверждал: “Разведка – это способ использовать ради благой цели отрицательные черты своего характера”. Журналистские правила того, что в цивилизованном мире называется fair play (“честная игра”), к счастью, серьезно отличаются от правил шпионских. Перечислять пункты кодекса чести простого журналиста нет нужды – его и так знает каждый вовлеченный в этот бизнес. Нельзя брать в руки оружие, нельзя использовать непроверенную информацию, нельзя пользоваться прикрытием и небескорыстной помощью спецслужб… Именно два последних момента в этом перечне стали камнем преткновения для российской журналистики нескольких последних лет. Феномен Хинштейна, спокойно использовавшего милицейское удостоверение и соответственно постепенно перенявшего манеру поведения МВД – вплоть до езды на красный свет и дальнейшего выяснения отношений с дорожно-патрульной службой, размахивая красной корочкой, – крайняя форма проявления тяжелой болезни российской журналистики. Жанр журналистского расследования умер в страшных муках, но, умирая, мутировал в странную помесь “слива” и дополнительного заработка. Сама рубрика “журналистское расследование” стала вызывать неоднозначные эмоции: заранее предполагается, что под ней находится не текст расследования в прямом смысле этого слова, а “активное мероприятие” спецслужб (как государственных, так и частных), мотив и смысл которого по большому счету понятны только специалистам, а читатель тут ни при чем. Журналисты как таковые не были первопричиной этой печальной трансформации жанра и профессии в целом. В принципе несущественно, добывала ли служба безопасности “Медиа-Моста” материалы на сотрудников конкурирующих изданий и известных политиков самостоятельно или покупала их на “черном рынке” информации. Профессиональный уровень сотрудников “Мост-Секьюрити” не всегда позволял наполнять реальной информацией те досье (в том числе и на сотрудников газеты “Известия”), которые теперь фигурируют в материалах прокуратуры. В основном это набор слухов и сплетен, свести которые в одну папку не слишком сложно, но и не слишком продуктивно. На “черном рынке” такого рода информации на данный момент гуляет очень много “аналитических справок”, “информационных сообщений”, распечаток телефонных разговоров и тому подобного. Причем это относится не только к холдингу “Медиа-Мост”: у многих журналистов еще свежи воспоминания о допросах в прокуратуре по делам охранной фирмы “Атолл”, где тоже хранилось немалое количество распечаток телефонных разговоров, а также в связи с событиями на Северном Кавказе. Есть правила игры: нельзя брать мячик руками и нельзя пользоваться информацией, добытой спецслужбами. Это не упрек журналистам – они сделали свой выбор. Журналист в принципе всегда способен определить, принесли ему подлинные документы, которые могут стать началом независимого расследования, или это просто “слив”. Выбор дальнейшего поведения сугубо индивидуален. Вообще в ситуации с конкретными журналистами, систематически нарушающими общепринятые в информационном мире правила общежития, нет единого решения. Свободу выбора отменить невозможно никакими указами и законами – это врожденное право любого человека, в том числе и простого журналиста. Более того, мы не можем предлагать свои выходы из сложившейся ситуации или же пытаться оценить ее – возможно, что именно этого (или любой другой формы вовлеченности “Известий” в скандал вокруг службы безопасности “Медиа-Моста”) ожидают инициаторы последнего активного мероприятия по вытаскиванию на экраны телевизоров документов, конфискованных в ходе следственных действий. О тайне следствия все забыли. Трагедия нынешней ситуации в журналистском сообществе в том, что новая волна “слива” компроматов теперь уже на самих журналистов должна вызвать ожесточенную грызню в самой журналистской корпорации. Как это ни печально, выворачивание наизнанку грозного белья журналистов приведет к обесцениванию в глазах общества и без того уже не слишком чистого имиджа “четвертой власти”. И когда через какое-то время нам придется все же вспомнить, что журналисты (и пишущие, и телевизионные) все же являются этой “четвертой властью”, нам уже будет очень трудно (а может быть, и невозможно) доказать людям, что мы чем-то честнее и чище коррумпированных политиков и бизнесменов, о которых мы гак любим писать. [Евгений Крутиков И 15.05.00] ЖЕЧЬ ЗА СОБОЙ МОСТЫ Отступать некуда, а наступать сапогом можно на всех – Мне позвонили мои ребята и сказали, что коржаковская спецслужба уложила службу безопасности Мост-банка в снег Нового Арбата. "Вы только что сняли меня с должности, ребята”, – сказал я и поехал на Новый Арбат. Сейчас офис Евгения Савостьянова, в 1994 году вылетевшего из кресла заместителя директора контрразведки, находится в той самой “книжке” на Новом Арбате, 11, у подножья которой была проведена операция “Мордой в снег”. Участник событий, связанных с первым налетом на “Мост”, – Евгений САВОСТЬЯНОВ рассуждает о причинах второго налета и взаимоотношениях оппозиции и власти. – Мне кажется, что у захвата офисов “Медиа-Моста” – чисто политическая подоплека. Как и в 1994 году, это была демонстрация силы. Коржаков утверждал, что, укладывая службу безопасности Мост-банка лицом в снег, его служба проверяла поступившую информацию о якобы имевшемся оружии у людей из окружения Гусинского. Но после, в мемуарах, откровенно признался, что хотел продемонстрировать, кто в городе хозяин. Хозяином в Москве в тот момент была служба безопасности президента… На этот раз в операции участвовали не только ФСБ, но и Генпрокуратура, и налоговая полиция – несколько силовых ведомств. Объединенные усилия. Но снова главное – желание показать, кто в городе хозяин. Это тоже демонстрация силы, доказательство власти, но я бы не назвал это выслуживанием. Мне кажется, что это самоутверждение, самоубеждение. Они себе доказывают, что многое могут. Избрание Путина, человека КГБ, силовики восприняли как приход во власть “своего” человека. Раз он “наш”, “свой”, то и время – наше! Их задачей может быть отпугивание клиентов – рекламодателей, инвесторов, партнеров. Кто решится работать в стране, где, как нам демонстрируют, в любой момент к тебе могут ворваться люди в масках и всех положить на пол? Кроме того, такие операции преследуют цель устрашения, в первую очередь средств массовой информации. Руководство “Медиа-Моста” полагает, что причиной атаки силовых ведомств была оппозиционность СМИ холдинга. По мне, оппозиционные СМИ – это газета “Завтра”. А у СМИ “Моста” свой взгляд на происходящее. Свой, а не спущенный сверху, начальством или владельцами, допущенными или не допущенными к власти. Можно быть правым, неправым, но иметь при этом собственную точку зрения. Это – главное. Наконец, произведенный этой силовой операцией негативный эффект может экстраполироваться на самого Путина – этакого президента-сапога. Это предельно опасно: силовые операции, подобные захвату офисов “Медиа-Моста”, воскрешают в памяти времена превосходства государства над личностью. Путину же, напротив, должно быть выгодно утверждать контроль общества над госаппаратом и торжество закона, это, возможно, основная наша надежда, возложенная на Путина. Пусть выемка документов производилась действительно в рамках следствия по действительно заведенному уголовному делу, была должным образом оформлена – но тогда при чем тут налоговая полиция? Для сопровождения следователя – много. Ни к чему клацанье затворов и маски. Разве мы хотим снова стать страной с большими пушками? Расклад политических сил сейчас в своем роде уникальный. Все хотели бы вывести страну из кризиса, и все желают Путину удачи в этом деле. Большинство политических партий сегодня поддерживают его курс и так или иначе готовы сотрудничать – взять, например, предстоящее голосование по кандидатуре премьер-министра. Сближение и возможное объединение СПС и “ЯБЛОКа” (а выдвижение единого демократического кандидата на выборах в Питере, на мой взгляд, является серьезным шагом на пути к этому) сделает возможным образование действительно сильной демократической оппозиции, которая могла бы искать диалога с властью. Но пока мне кажется, что страна медленно идет по пути, как я это называю, бессмысленного Пиночета. То есть экономика либерализована, но есть вероятность свертывания независимых гражданских институтов. Это тупик развития. Считаю ли я возможным захват людьми в масках еще чьих-либо офисов? В принципе – да. Чтобы запомнили, кто в городе хозяин. [Мария Железнгова НГ 15.05.00] "Мост" и ФСБ обвиняют друг друга ИНТЕРФАКС, ПРАЙМ-ТАСС – Официальный представитель ФСБ Александр Зданович продемонстрировал журналистам образцы подслушивающей аппаратуры, изъятой в холдинге "Медиа-Мост". По его словам, служба безопасности "Моста" перехватывала пейджинговые сообщения министра внутренних дел Владимира Рушайло и предпринимателей Альфреда Коха и Петра Авена. Как сообщил побывавший в ФСБ журналист "Вестей", "департамент безопасности холдинга собирал досье на Анатолия Чубайса, Татьяну Дьяченко, Бориса Березовского". Руководитель пресс-службы холдинга Дмитрий Остальский в свою очередь заявил в субботу, что юристы "Моста" готовят заявление в Генпрокуратуру о возбуждении уголовного дела в отношении Здановича по обвинению в клевете. [Вед 15.05.00] ПОЧЕМУ “МЕДИА-МОСТ”? Власть пока еще борется с олигополией, а не с независимыми СМИ БОЛЬШОЙ и легко прогнозируемый резонанс вызвала силовая акция неизвестного количества российских спецслужб против ряда нежурналистских структур холдинга “Медиа-МОСТ”. Все, кто должен был сказать, что это наступление на свободу слова и попытка запутать независимые (некоторые уточняли – последние независимые) СМИ, произнесли соответствующие слова. Все, кто должен был сказать, что это попытка ограничить незаконную деятельность корпоративной спецслужбы группы “МОСТ”, дали такое объяснение. Руководители группы “МОСТ” и холдинга “Медиа-МОСТ”, что также легко прогнозировалось (во всяком случае, должно было бы прогнозироваться), тут же были затребованы конгрессом США для выяснения степени угрозы свободе СМИ в России. Уверен, что степень угрозы будет признана большой, если не чрезвычайно большой. Секретариат Союза журналистов России принял заявление, характеризующее проведенную операцию “как антиконституционный акт государственного произвола с целью запутать независимые средства массовой информации” и подписанное, помимо руководителей Союза и ряда малоизвестных лиц, руководителями СМИ самого холдинга “Медиа-МОСТ” и ряда, как сейчас принято выражаться, аффилированных изданий. “Общая газета”, сама наделившая себя миссией хранительницы и верховного арбитра моральности отечественной журналистики и по сему случаю не устающая повторять, кто чьим рупором является и кто кому принадлежит или служит, но, правда, забывающая сообщить даже своим читателям о том, каким образом и в каких объемах представлены в структурах, ее издающих, интересы Владимира Гусинского и московской мэрии, готовит свой очередной экстренный выпуск “Бабицкий-2”, где, как всегда, скажет всю известную ей правду о других. В этом обилии предсказуемых и монотонных слов печально только одно: никто, включая представителей власти, не рассказал – по крайней мере до сих пор -об истинных причинах произошедшего. А без знания причин трудно оценить, угрожает ли свободе слова и печати в России что-либо или нет. Без этого знания (игнорируемого намеренно или по недомыслию – не важно) все слова, произнесенные или написанные в последние дни, являются не более чем пропагандой людей посвященных или эмоциями профанов. Но в любом случае – не правдой. А это не на пользу нашей общественности, да и нашим политикам, которые что-то больно робки стали в последнее время в словах, прекрасно все понимая (в большинстве своем) на деле. Это одна причина, по которой я пишу эту статью вослед уже прошедшим комментариям (правда, в момент акции меня не было в Москве). Есть и вторая, по-своему не менее существенная. Месяца два-три назад в одной публичной дискуссии, в которой участвовал и Евгений Киселев, я в ответ на вопрос, что будет для меня показателем наступления реальной, а не мифической угрозы свободе СМИ в России, сказал: в силу сложившихся в настоящий момент обстоятельств таким показателем для меня будут опять же реальные, а не мифические репрессии против НТВ. Я и сейчас остаюсь при этом убеждении. Более того, я считаю, что репрессии против собственно НТВ и других СМИ “Медиа-МОСТа”, что бы они ни писали и ни говорили, будут, если такое случится, не только преступлением, но и ошибкой власти. Такие репрессии не являются ни необходимыми, ни неизбежными в системе управляемой демократии, очевидно наступившей в России, и не только не помогают, а, напротив, вредят реальному укреплению реальной государственной власти в стране. Однако проведенная против “Медиа-МОСТа” силовая акция не является началом таких репрессий, хотя по ряду внешних признаков опасно (но для самой власти) балансирует у этой грани. Так что тревогу бить рано. Чем же тогда эта акция является? УДАР ПО ОЛИГОПОЛИИ ГУСИНСКОГО Да, целью акции устрашения (это определение верно) является не НТВ или даже сам холдинг “Медиа-МОСТ”, а вся олигополия Владимира Гусинского. Термин “олигополия” применительно к современной России, насколько мне известно, ввел в нашу политологи” Андраник Мигранян. Он много раз утверждал, что одной из главнейших проблем России сегодня является отсутствие субъекта власти, а точнее говоря – наличие многих субъектов, оспаривающих прежде всего у Центра, у Кремля, власть в стране. Такими главными оппонирующими или прямо оппозиционными Кремлю, президенту – легитимному носителю власти, субъектами являются, с одной стороны, губернаторы и президенты республик в составе РФ, а с другой – олигополии, т.е. возглавляемые так называемыми олигархами финансово-промышленные группировки, которые, однако, не ограничивают свою деятельность сферой бизнеса, а пытаются активнейшим образом заниматься политикой в самом широком смысле этого слова. Политикой, то есть борьбой за власть. Политикой, то есть влиянием на общественное мнение. Политикой, то есть борьбой с неугодными им политиками и государственными структурами. Мощная бизнес-группа – это всего лишь субъект экономической жизни и лоббирования своих бизнес-интересов в госструктурах. Олигополия – это государство в государстве, это структура, направленная на подчинение власти в России своим интересам. Именно поэтому в олигополию входят не только предприятия и банки, но и весь набор СМИ (в первую очередь телевидение), аналитические службы, занимающиеся политическими, а не бизнес-проектами, собственные вооруженные спецслужбы (охрана, разведка, в том числе и политическая, иногда – группы по осуществлению репрессий против оппонентов и соперников). Бизнес-группа хочет получать максимальную прибыль и обеспечить себе победу в конкурентной борьбе. Олигополия борется за власть, в том числе – власть государственную. Все российские олигархи создали в той или иной степени развитые и развернутые олигополии. Все участвуют в конкурентной борьбе на политическом поле. Все пытаются проводить своих кандидатов в депутаты, губернаторы и даже в президенты. Вся разница в том, что одни олигополии 1) отошли от прямого участия в политической борьбе, свернув соответствующие структуры; 2) ограничиваются политической борьбой только в рамках легальных избирательных кампаний; 3) не привлекают к борьбе на российском политическом поле своих зарубежных контрагентов; 4) не оспаривают цели и содержание главных направлений внешней и внутренней политики Кремля. А другие – этого не делают. Более того – делают прямо противоположное. Справедливо или несправедливо, но Кремль относит империю Владимира Гусинского к олигополиям второго типа. И главный показатель здесь, конечно же. позиция по Чечне – болевой точке нынешней политики Кремля. А также методы борьбы против тех или иных государственных структур и отдельных чиновников. Если отдельный журналист одной отдельно взятой газеты, засунув диктофон под рубашку, записывает при случае секретные разговоры министра внутренних дел, то это называется расследовательская журналистика. Но если то же самое делается с помощью службы безопасности, которой по определению нет и не должно быть в газете, некоего медиа-холдинга, то это уже разведка, а не журналистика. Если группа журналистов одного телеканала ведет расследование предполагаемого участия российских спецслужб в организации взрывов в Москве, опрашивая свидетелей и сотрудников спецслужб, то это опасная, но журналистика. Если тем же самым занимается собственная разведслужба олигополии, реализуя потом добытую информацию через свои же СМИ, то государство не может не относиться к этому как к антигосударственной деятельности. Причем даже в том случае, когда министр внутренних дел заслуживает немедленного увольнения, а государственная спецслужба действительно организовала взрывы. Я не утверждаю, что структуры, входящие в “Медиа-МОСТ”, этим занимались. Я утверждаю, что именно в этом, судя по всему, их подозревает власть, считая дальнейшую деятельность такой олигополии угрозой государству. Исходя из сказанного ясно, что акция устрашения против “Медия-МОСТа” имела целью не затыкание рта журналистам НТВ или газеты “Сегодня”, а одну из следующих целей (или их все в какой-то комбинации): – принуждение руководства группы “МОСТ” к отказу от деятельности, прямо направленной, по мнению власти, против отдельных государственных структур, госчиновников и государственной политики вообще; – принуждение к отделению медиа-империи “МОСТа” от других составляющих этой империи; – принуждение Владимира Гусинского к выезду из России, с тем чтобы вывести его из состава активных участников игры на российском политическом поле; – принуждение Гусинского к отказу от контрольных пакетов акций СМИ, входящих в его олигополию, дабы информация, получаемая Гусинским, не транслировалась на всю страну его СМИ, сохраняющими для многих репутацию независимых. Конечно же, именно это является целями и мотивами поведения федеральных структур, задействованных в акциях против “Медиа-МОСТа”. И в этом есть логика. По определению политическая борьба в демократическом государстве разрешается как: 1) легальное участие в выборах, в том числе и путем поддержки, включая медийную, тех или иных легальных партий или кандидатов; 2) деятельность легальных СМИ, что предполагает и журналистские расследования; 3) персональная политическая и лоббистская деятельность. Все остальное воспринимается в любом государстве, в том числе и в демократическом, как политическая деятельность либо нелегальная, либо антигосударственная, то есть и в том, и в другом случае незаконная. Другое дело, есть ли для такой оценки в каждом конкретном случае основания и доказательства. ЧЕМ ВСЕ КОНЧИТСЯ? Победить государство нельзя. Точнее говоря, можно, но лишь свергнув власть в этом государстве или захватив ее персонально. Любая олигополия слабее государства – поэтому она должна проиграть. Это относится и к олигополии Гусинского. Путин – не ставленник этой олигополии, следовательно, не собирается ей подчиняться. Однако олигополия может собрать и вынести на суд общественности через свои СМИ убийственный компромат на высших чиновников государства. Тогда она победит в глазах общественного мнения, а потому станет – в условиях демократии – неприкасаемой. Но “мелочи” здесь не подойдут. Единственное, на чем в данном случае может победить олигополия Гусинского, – это если она предоставит публике доказательства причастности ФСБ к взрывам домов в Москве и Волгодонске. Если такая информация у этой олигополии есть и если эта информация реальна (или, по крайней мере, убедительна), то окажется, что, во-первых, эта олигополия сражалась не за свой, а за общенациональный интерес; во-вторых, что она честнее власти в главном, в не в деталях. И в этом случае победа олигополии не гарантирована, но по крайней мере у нее есть шанс не проиграть вовсе и добиться конкретных кадровых изменений. И, безусловно, выглядеть в глазах всего мира как сила, противостоящая злу. Вывод: либо олигополия представляет общественности доказательства причастности российских спецслужб к взрывам в Москве и Волгодонеке, либо она проигрывает. Борьба, таким образом, идет на выживание олигополии Владимира Гусинского в целом, а отнюдь не входящих в нее СМИ. И не в СМИ сейчас дело – этого нельзя не понимать, особенно журналистам и политикам. Хотя именно через СМИ холдинга “Медиа-МОСТ” демонстрируется для широкой общественности “непримиримость” данной олигополии. Отдельно взятые СМИ могут выступить против “войны в Чечне”. И могут даже страдать за свою позицию -хотя до сих пор никто, в общем-то, не пострадал. Даже действующая на российском политическом поле американская радиостанция “Свобода”. Но позволить российской олигополии выступать против политики государства в таком вопросе ни одно государство не может. Ибо олигополия – это не группа людей, а готовая к взятию власти структура. Нечто большее, чем даже партия. Конфликт должен быть разрешен. Иначе будет разрушено само государство. А СМИ могут и остаться. Особенно если будут отделены от олигополии. СИНХРОННОСТЬ Конечно же, не случайно, что за акцией против “Медиа-МОСТа” последовало обнародование указа Путина об образовании семи федеральных округов – это уже начало борьбы с олигополиями губернаторов, в которые (олигополии) также входят и деньги, и политические структуры, и СМИ, и спецслужбы (прежде всего – местные УВД). Это доказывает, что Путин взялся за дело серьезно. Речь идет о власти в стране, а не о свободе СМИ, например, региональных, которые и так несвободны. ВОПРОСЫ НАПОСЛЕДОК Почему “Медиа-МОСТ”, почему Гусинский? Видимо, потому, что Кремль ощутил, что даже после конституирования новой власти эта олигополия продолжает с ней бороться. Видимо, и потому, что надо было с кого-то начать, чтобы показать другим олигополиям: ваше время кончилось. Начинайте отделять политику от бизнеса и ликвидируйте все нелегальные рычаги своего влияния на политику. Видимо, потому, что остальные олигополии не оспаривают законность новой власти и ее действий в стратегических, по мнению власти, направлениях (политика на Северном Кавказе). Есть ли угроза для журналистов СМИ, входящих в холдинг “Медиа-МОСТ”? Сейчас нет, ибо акция направлена не против них. Но они поставлены перед выбором: либо они будут служить своей олигополии, если она не смирится, либо нет. Вопрос в том, осознают ли журналисты данной олигополии этот выбор и уверены ли они в правоте своей олигополии. Выбор каждый делает сам. [Виталий Третьяков Н/Г 16.05.00] Правоохранительный карнавал Всем российским ЧОПам обещают повторение “маскарада” в “Медиа-МОСТе” ВЧЕРА “Интерфакс”, ссылаясь на источники в президентской администрации, сообщил, что вскоре спецслужбы РФ могут заняться повальной проверкой частных охранных структур. По данным агентства, инспекции могут быть связаны с возможными нарушениями законодательства со стороны ЧОПов. В пресс-службе президента, куда корреспондент “Сегодня” обратился за разъяснениями, прояснить ситуацию не смогли. Это и немудрено: следить за ЧОПами – удел сотрудников управления по лицензионно-разрешительной работе и контролю за частной детективной деятельностью (УЛРР) МВД. Начальник управления Николай Першутин заявил “Сегодня”, что “проверки подведомственных предприятий проводятся постоянно”, причем они могут быть “как запланированные, так и нет”. Информировать же о предстоящей ревизии охранные структуры, по словам сотрудников управления, “не имеет смысла, ведь тогда это будет уже не проверка”. Правда, оговорился Николай Першутин, контролировать работу частных охранников могут не только представители УЛРР. Налоговики, например, вполне могут проследить их финансовую деятельность, “но для этого должны быть основания”. Если даже предположить, что слова “источников в президентской администрации” правда, остается вопрос: а какое отношение к ЧОПам имеют “Мемонет” и “НТВ-Интернет”, в офисах которых тоже проводились обыски? Кроме того, непонятно: что, все прочие российские ЧОПы ждет тот же “маскарад”, что и “МОСТ секьюрити сервис”? Но тогда это совершенно не похоже на обычную проверку соблюдения закона частными охранниками. По словам сотрудников столичных ЧОП, с которыми удалось побеседовать корреспонденту “Сегодня”, они подвергаются проверкам едва ли не каждый месяц, и эти ревизии не отличаются разнообразием: все они заканчиваются “вечерним столом с угощением для проверяющих и рекомендациями по устранению недостатков”. Видимо, у этой информации совершенно иной смысл. Ходят слухи, что слова о тотальной проверке частных охранников обронил на днях некий генерал ФСБ, который сразу же поправился: дескать, он имел в виду не всех частных охранников, а только “плохих”. Количество их высокий чин не уточнил наверное, думал, что все и так поймут, о ком идет речь. Тогда словам источников в президентской администрации находится лишь одно объяснение: это не более чем неуклюжая попытка преподнести акцию в офисах холдинга “Медиа-МОСТ” как рядовое событие, раздутое журналистами до несоответствующих масштабов. Сотрудникам “Издательства “Семь дней” такой прием хорошо знаком. Летом прошлого года внезапный визит налоговой полиции в офис издательства преподносился руководителями ФСНП как “начало проверки финансовой деятельности всех московских издательств”. С тех пор прошел почти год, но больше ни одно издательство налоговые полицейские своим присутствием не почтили… [Андрей Викторов С 16.05.00] "Медиа-Мост” перешел в контрнаступление Целью обысков в холдинге могло быть желание спровоцировать НТВ на нарушение закона о СМИ В последние дни минувшей недели политическая обстановка в Москве заметно обострилась. “Яблоком раздора” стала фирма “Мост-Секъюрити”, она же – служба безопасности холдинга “Медиа-Мост”, Как и следовало ожидать, экстренно прибывший из Израиля в Москву хозяин компании Владимир Гусинский использовал все свое влияние и возможности как внутри России, так и за рубежом, чтобы поднять общественность против произвола спецслужб и “цензуры черных масок”. Лидеры влиятельных политических партий решительно выступили против наступления на свободу слова – одни из признательности к Гусинскому и его СМИ, оказывавшим им в различных ситуациях поддержку, другие, как коммунисты, получив повод в очередной раз заклеймить антинародный режим. Вокруг НТВ и Гусинского сплотился достаточно мощный фронт – “Яблоко”, СПС в лице Сергея Кириенко, в какой-то степени КПРФ, руководители десятка московских СМИ, входящих в империю "Моста” или в группу влияния Юрия Лужкова, а также в недавнем прошлом мировой лидер первой величины Михаил Горбачев. Причем руководители “Медиа-Моста” заручились поддержкой столь влиятельных людей и партий не для пассивной обороны и призывов к широкой международной общественности осудить наступление Кремля и спецслужб на демократические свободы в России. Цель была другой – контрнаступление. Очевидно, что в “Мосте” уже давно, сразу после неудачного выступления на парламентских выборах 1999 года блока ОВР и избрания президентом страны Владимира Путина, ждали репрессий со стороны “команды Ельцина – Путина” и готовились к ним. Направление удара определить было несложно. Во-первых, долги финансовой группы “Мост” перед “Газпромом”, Сбербанком, Внешэкономбанком и другими кредитными организациями. Во-вторых, деятельность охранных подразделений “Моста”, численность которых – до двух тыс. специалистов – и характер деятельности давно вызывали подозрение у властей и аллергию у государственных спецслужб. Достаточно вспомнить события 1994 года у бывшего здания СЭВ в Москве, названные позднее операцией “Мордой в снег”. Приняв на вооружение принцип “лучшая защита – это нападение”, команда Гусинского в последние дни через НТВ обрушила град обвинений на Кремль и ближайшее окружение Путина. Один из руководителей холдинга, гендиректор НТВ Евгений Киселев в своей воскресной передаче “Итоги” чуть ли не напрямую обвинил ФСБ в стремлении к узурпации власти в стране, а Владимира Путина – в подчинении органам госбезопасности. Ведущие НТВ всячески подчеркивают, что их телеканал – единственный независимый в государстве, погрязшем в коррупции и произволе властей и спецслужб. Распечатки подслушанных разговоров и перехваченных пейджинговых сообщений политиков и журналистов, обнаруженные, по словам контрразведчиков, в офисах “Моста”, – по версии руководства холдинга были подброшены самими спецслужбами во время обысков. Досталось от журналистов НТВ и кандидату на должность премьера Михаилу Касьянову. Как сообщили в "Итогах” со ссылкой на германскую прессу, Касьянов – мздоимец, более известный в среде западных бизнесменов под кличкой “Миша – два процента”. Кроме того, Путину припомнили недавнюю сделку на алюминиевом рынке, упомянув при этом Березовского и Абрамовича, а главе администрации президента Волошину – историю с проектом “АВВА”. Дружественные Кремлю телеканалы, обвиненные руководством НТВ в распространении лжи в отношении “Медиа-Моста”, были настроены не столь радикально и ограничились демонстрацией изъятых в “Мосте” досье на известных политиков и государственных деятелей, а также журналистов, как работающих в холдинге Гусинского, так и из других редакций. Безусловно, со стороны ФСБ это было нарушением тайны следствия, но “на войне как на войне”. В случае подтверждения в ходе проверки этих досье авторства сотрудников Гусинского репутация холдинга может пострадать очень сильно. С другой стороны, из передач ОРТ и РТР трудно было понять, обнаружены эти документы в результате обысков в “Мосте” или в ходе расследования других дел, прямого отношения к холдингу не имеющих. Так или иначе, но война началась, и возникает ощущение, что в отличие от 1994 года она будет вестись до победного конца. Не исключено, что целью столь громкой акции спецслужб было спровоцировать медиа-структуры холдинга Гусинского на резкую реакцию на грани нарушения закона о СМИ, с тем чтобы “убрать” НТВ из метрового диапазона вещания по уже отработанной схеме двух предупреждений Минпечати и лицензионного конкурса. НТВ из всех информационных орудий Владимира Гусинского – самое мощное, затем идет “Эхо Москвы”, проводящее, кстати, очень осторожную редакционную политику. Если не станет НТВ, будет разрушена вся цельная структура медиа-империи, поскольку печатные СМИ Гусинского сами по себе особого веса не имеют. И уже в этих условиях противникам “Моста” будет несложно “додушить” холдинг экономическими мерами. Владимир Гусинский, очевидно, это прекрасно понимает и использует две возможные в этой ситуации линии защиты (помимо чисто пропагандистской, через собственные СМИ) – создание, как уже говорилось выше, внутреннего политического фронта и активную работу с западными СМИ. Не случайно буквально на следующий день ведущие западные газеты вышли со статьями из России, в которых была отражена исключительно выгодная Гусинскому трактовка событий минувшего четверга в Москве – атака на свободу слова. Этой же линии будет придерживаться первый заместитель председателя совета директоров холдинга “Медиа-Мост” Игорь Малашенко в своем выступлении в конце месяца в конгрессе США. Во многом судьба “Медиа-Моста” будет зависеть и от позиции президента Владимира Путина. Если он и дальше, как сейчас, будет находиться над схваткой, “Мосту” придется туго. Но Путин может из тактических соображений, учитывающих, что его президентству нет еще и месяца, отказаться от столь скорой конфронтации с мощной политико-финансово-информационной структурой. В этом случае "Медиа-Мост" получит передышку, во время которой вполне может поступиться какими-то своими принципами и пойти на мировую с Кремлем. [Николай Ульянов В 16.05.00] Операция “Медиа-магнат” В прошлый четверг несколько силовых ведомств одновременно “нанесли визит” в офисы холдинга “Медиа-Мост”. О том, что стоит за этой спецоперацией, – обозреватель Екатерина Заподинская и спецкор ИД “Коммерсанта” Наталия Геворкян. Силовая акция Генпрокуратуры, ФСБ и налоговой полиции в отношении холдинга “Медиа-Мост” как две капли воды похожа на аналогичную операцию в отношении “Сибнефти” в феврале прошлого года. Тогда прокуратура, поддерживаемая Думой, решила нанести сокрушительный удар по империи Березовского-Абрамовича и возбудила уголовное дело против связанной с “Сибнефтью” и “ЛогоВАЗом” охранной структуры “Атолл”. Примечательно, что “Атолл”, как и ныне службу безопасности “Моста”, обвинили по двум статьям УК, которые практически не действуют – дела по ним не доходят до суда. Это “нарушение неприкосновенности частной жизни” (ст. 137) и “нарушение тайны переписки и телефонных переговоров” (ст. 138), наказываемые штрафом или в крайнем случае арестом на четыре месяца. 2 февраля 1999 года несколько десятков следователей, бросив собственные уголовные дела, организованно прибыли в “Сибнефть” в сопровождении людей в масках, скомандовали сотрудникам компании не передвигаться и не пользоваться телефонами и в течение суток изымали все попадавшиеся на глаза документы и компьютерные дискеты. Потом документы и дискеты возвратили, обвинение по делу “Атолла” никому не предъявили. В приватных же беседах с сотрудниками следователи объясняли, что это была просто акция устрашения против конкретных олигархов. Еще они признавались, что доказать причастность “Атолла” к вмешательству в чью-либо частную жизнь им не по силам, но зато они полностью разгромили “эту спецслужбу Березовского”. Времена изменились, и настала очередь “спецслужбы Гусинского”. Вновь следователи и чекисты, предъявляя претензии лишь департаменту безопасности “Моста”, на день парализуют работу холдинга в целом, в том числе работу его творческих и административных служб, не имеющих никакого отношения к охранной деятельности. Вновь они ищут не что-то конкретное, а собирают все документы и технику, чтобы в дальнейшем в ворохе изъятых материалов найти хоть какой-то компромат на холдинг. Как и тогда, броуновское движение по зданию десятков следователей, оперативников, собровцев исключает возможность определения единой тактики следствия и сохранения его конфиденциальности. Один из следователей Генпрокуратуры, которого от участия в этой акции спас заранее запланированный допрос арестанта, сказал мне: “Так шумно и бестолково уголовные дела, которые необходимо довести до суда, не расследуются”. * Понятно, почему пришли, за чем именно пришли и с чем, собственно, могли уйти. Таким вот образом добывается та самая специнформация, позволяющая “создать условия, при которых деятельность оппозиционных СМИ становилась бы управляемой или невозможной”. Это цитата из документа о том, как должна действовать администрация президента, который опубликовала “Власть”, пока я обживалась в парижском корпункте. Приехав в Москву, я не без облегчения услышала от кремлевских чиновников, что документ-то липовый. Теперь я задаю себе вопрос: не мы ли своим “липовым” документом научили ребят, как им работать? Однако здравые размышления подсказывают, что люди работают давно и уж как-нибудь сами знают, где и как получить компромат, в какой момент засветить и как интерпретировать. Кремль сегодня достаточно силен, чтобы я позволила себе кокетливо предположить, будто некие неловкие силовики подставляют власть. Власть вполне в курсе происходящего. Этот вопрос живо волнует Александра Волошина, потому что именно наездом на него и семью Ельцина Гусинский спровоцировал ту ситуацию, в которой сегодня оказался. К холдингу Гусинского неравнодушен и Путин, потому что у него иное представление о том, как нужно освещать войну в Чечне, и он не намерен, в отличие от бывшего президента, проявлять безграничное терпение к прессе. Понятно, что группа “Медиа-Мост”, известная своей мощной аналитической службой и службой безопасности, по результатам спецоперации должна предстать в глазах публики таким мини-КГБ, которое прослушивало мобильные, втихаря читало пейджеры, копировало секретные документы и следило даже за своими собственными журналистами. Тем более что “мостовскую” службу безопасности возглавляет истинный профи КГБ – Филипп Бобков. Точно так же, как прокуратура “наехала” в свое время на “Сибнефть” с согласия тогдашнего премьера Примакова, она наехала теперь на “Мост” с согласия как минимум администрации президента. Задачей операции в отношении Березовского было не посадить его, а обвинить и заставить остаться за границей. Задачей операции против Бабицкого было не убить его, а наказать за репортажи, дискредитировать и, возможно, выжить из страны. Задача операции против “Моста”- ударить по авторитету медиамагната и облегчить дальнейшую процедуру освобождения его от груза принадлежащих ему СМИ. Напомню, что предыдущие мероприятия если и дали результат, то обратный. Но тренировки продолжаются. [Екатерина Заподинская, Наталия Геворкян ЪВ 16.05.00] Сотрудники прокуратуры не знали, что они ищут Руководство “Медиа-МОСТа” называло продемонстрированные по телевидению “документы” фальшивкой ФАЛЬСИФИКАЦИЕЙ назвали руководители “Медиа-МОСТа” и службы безопасности “Группы МОСТ” показанные по государственным телеканалам “вещественные доказательства”, изъятые в ходе обысков в офисах холдинга. По их словам, все, что подается сегодня как свидетельство противозаконной деятельности сотрудников службы безопасности “Группы МОСТ”, сфабриковано в недрах спецслужб и не имеет ничего общего с теми документами и оборудованием, что были изъяты при обыске. На вчерашней пресс-конференции заместитель генерального директора “Медиа-МОСТа” Александр Комаров заявил, что “изъятые в ходе обысков документы и аппаратура находятся в Генеральной прокуратуре в опечатанном виде и могут быть вскрыты только в присутствии уполномоченного представителя “Медиа-МОСТа”, однако пока никто из представителей холдинга для вскрытия опечатанных документов и предметов в Генпрокуратуру не приглашался”. По словам Александра Комарова, “из вышесказанного напрашивается вывод, что аппаратура и документы, продемонстрированные в телеэфире с комментариями руководителя пресс-службы ФСБ генерала Здановича, не имеют ни малейшего отношения к тем, что находятся в Генеральной прокуратуре. В противном случае это бы означало, что сотрудники Генеральной прокуратуры умышленно пошли на нарушение закона и вскрыли вещественные доказательства по просьбе сотрудников ФСБ и без присутствия представителей “Медиа-МОСТа”. Относительно того, что демонстрировалось по телевидению, Александр Комаров сказал, что у службы безопасности “МОСТа” действительно есть несколько полиграфов (“детекторов лжи”), которые используются при найме сотрудников службы безопасности на работу, и исключительно с их согласия. Однако ни один из этих полиграфов не был изъят, так что в телеэфире демонстрировался другой аппарат. Что же касается помещения, которое генерал Зданович назвал “комнатой для прослушивания телефонных разговоров”, то, по словам заместителя генерального директора “Медиа-МОСТа”, это не что иное, как помещение с мини-АТС, “и вообще вся аппаратура, находящаяся в помещениях холдинга, была приобретена в России совершенно открыто и имеет соответствующие сертификаты”. Начальник правового управления “Группы МОСТ” Олег Маклаков утверждает, что в ходе обысков представителями Генпрокуратуры было допущено “огромное количество нарушений”. Особое внимание собравшихся он обратил на то, что после начала спецоперации в течение как минимум получаса люди в масках проводили его в одиночестве – без представителей холдинга, понятых и сотрудников прокуратуры. “Я не исключаю, что за это время в помещениях холдинга могли быть сделаны любые “закладки”, которые будут “обнаружены” в ходе последующих обысков, например завтра”, – заявил Олег Маклаков. Кроме того, по словам Олега Маклакова, “сотрудники прокуратуры отказались просмотреть на месте изъятый видеоматериал, и теперь эти кассеты можно в любой момент подменить”. И тогда, например, на месте аудиокассет, на которых, по словам Олега Маклакова, “записаны радиопереговоры сотрудников службы безопасности с оперативным дежурным, могут появиться любые телефонные разговоры, которые неизвестно кто и когда сделал, а на видеокассетах с фрагментами “Итогов”, изъятых из кабинета Гусинского, – неприятные видеоматериалы”. В свою очередь адвокат “Группы МОСТ” Павел Астахов заявил, что все документы, изъятые при обыске, – не что иное, как уставные документы компании “Мемонет” “и аналогичные им”. “Трудно поверить в то, что сотрудники прокуратуры предпринимали обыск для того, чтобы получить эти бумаги. На самом деле их можно совершенно свободно взять в Московской регистрационной палате”, – отметил он. По словам Павла Астахова, “количество процессуальных нарушений, допущенных участниками обыска, просто огромно. Создается мнение, что следователи либо не хотели выполнять порученное им дело, либо попросту не знали, что они ищут”. [Роман Уколов С 16.05.00] В решительное наступление против правоохранительных органов и ведущих телеканалов перешла группа “Мост” вместе с холдингом “Медиа-Мост”. Вчера на пресс-конференции руководители холдинга и службы безопасности “Моста” заявили, что все показанное по телевидению об обысках 11 мая в офисах холдинга ложь. Сотрудники “Моста” рассказали, что все аудио- и видеокассеты, все документы и техника изымались работниками прокуратуры в их присутствии и были опечатаны. И до сих пор никто не вскрывал пакеты с изъятыми вещами – таким образом, телеканалы показали предметы, не имеющие к найденным в “Медиа-Мосте” никакого отношения. Теперь представители “Моста” намерены судиться с руководителем центра общественных связей ФСБ Александром Здановичем, сделавшим клеветническое, по их мнению, заявление. Руководитель пресс-службы “Медиа-Моста” Дмитрий Остальский заявил газете “Время новостей”, что холдинг намерен подать судебные иски к телекомпаниям ОРТ, ВГТРК и ТВ-6. [Вн 16.05.00] АТАКА НА ПРЕССУ Мост разводят по-питерски Наделавший столько переполоху на прошлой неделе обыск в офисах группы “Медиа-Мост- не был сюрпризом для руководства холдинга. О том. что на “Мост” у властей есть огромный зуб. в Москве, в некоторых кругах. знали как минимум за полгода. О подготовке конкретной силовой акции в самом “Мосте”, а точнее, в его службе безопасности. поговаривали ещё за две недели. "Мы тут просто сидели и вдали, когда это случится”, – признался мне потом один из сотрудников этой структуры. Причём каждый “по секрету” рассказывал о готовящемся наезде, имел наготове свою версию объяснения причин этого широко разрекламированного стихийного бедствия. Высказываемые предположения можно было условно поделить на следующие категории: 1. “Распоясавшиеся СМИ”. Созданную Владимиром Гусинским информационную империю многие называли его идеологической дубинкой. Дескать, что такое теперь Мост-банк? Входивший некогда в первую двадцатку крупнейших и так называемых “системообразующих" банков, он сейчас испытывает по некоторым признакам значительные финансовые трудности. Подтверждение этому – недавняя история скандала между Мостбанком и Внешэкономбанком, которому “Мост" не сумел вовремя вернуть значительный кредит. В этих условиях отсутствия реальной финансовой силы в руках Гусинского остаётся другая – информационная, которую он весьма успешно применяет против досаждающих ему недругов. Так, под телевизионным артиллерийским огнём "четвёртой кнопки” в своё время оказывались Березовский, Мамут, Абрамович, Волошин и прочие ныне действующие олигархи. Так что объем для первой публичной порки, за которой, многие уверяли, последуют и другие телевизионные "кнопки”, был выбран довольно точно. Но эта точка зрения прокремлёвской элиты. На самом же деле СМИ “Медиа-мост" можно было бы назвать одними из самых объективных. 2. “Кремлёвское солдафонство". Многие уже давно заметили, что у нынешних самых высоких хозяев Кремля есть два совершенно чётких “пунктика": Чечня и… Второй пункт варьировался несколько раз на протяжении нескольких последних месяцев. Сначала все уверяли, что злейшим врагом и соперником Кремля выступает мэр Москвы Юрий Лужков. Его соответственно и “мочили”. Потом выяснилось, что ни Лужков к Кремлю, ни Кремль к Лужкову в общем-то никаких претензий не имеют, и в хоре нападающих смолк даже самый звонкий доренковский, голос. Новым врагом Кремля назначили Владимира Гусинского и все подконтрольные ему структуры. Много ли усилий надо для того, чтобы записать того или иного олигарха во враги нового строя? Несколько комментариев, истолковывающих в “нужном” свете те или иные его действия, умелое нагнетание эмоций, слухи о том, что именно “мостовские" структуры были на протяжении нескольких последних месяцев основными поставщиками “компромата* на новое руководство, вдобавок к этому – назойливое выпячивание неизбежных в работе любой прессы вольных или невольных ошибок или проколов, и… “Ну да, эта солдафонская услужливость и стала уже медвежьей услугой для новой власти, – отозвался на происшествие один из олигархов. – Теперь весь мир знает про наш разгул демократии". Дополнительными аргументами к этому тезису называют ещё и то, что созданную в своё время “Мостом” службу безопасности возглавил один из самых лучших профессионалов КГБ, генерал Филипп Бобков, руководивший в своё время пятым, так называемым “идеологическим” управлением КГБ. Эта структура стала самой первой и самой “продвинутой” из всех банковских служб безопасности, которая к тому же “высасывала” из обнищавшего Комитета лучших его сотрудников. Естественно, это не могло не раздражать как прежнее руководство КГБ-ФСК-ФСБ, так и некоторых его нынешних покровителей. 3. “Национальная идея”. "Ну не может в России один из главных идеологических холдингов возглавлять человек с израильским и какими-то ещё иностранными паспортами, – заверял меня один из поборников национальной чистоты российской прессы. – Это же работа на уровне государственной безопасности страны”. Действительно, странно было бы не допускать, что избрание Владимира Гyсинского пару лет назад на пост главы Российского еврейского конгресса (подразделения Всемирного еврейского конгресса) пройдёт для него бесследно. Идея заговора мирового сионизма обладает удивительной живучестью, до такой степени, что каждый чем-то неугодный “патриотам* своими идеями или взглядами индивид автоматически записывается в евреи. Ну до чего же надо не любить свой народ, чтобы считать, что он в умственном плане сильно проигрывает каким-то посторонним “национальным” козням и так легко поддаётся оболваниванию. А все остальные версии, типа несанкционированного сбора информации частного и конфиденциального характера или участия сотрудников "Моста” в противоправных действиях бывшего руководства Минфина, все называют “притянутым за уши” предлогом. Кстати, одна из последних версий козней Минфина, за которые пострадало руководство “Моста”, – это проводимые когда-то так называемые “взаимозачётные” и прочие бюджетные схемы, автором которых называют бывшего замминистра Андрея Вавилова. Как тут не вспомнить бессмертное: “Александр Македонский, конечно, великий человек, но стулья зачем же ломать?” [Юлия Пелехова Вер 16.05.00] Весеннее обострение До этого была влюблённость с вялотекущими всплесками страсти. А бурный роман власти с группой “Медиа-Мост” начался лишь в 1996 году. Тогда у здания мэрии на Новом Арбате, в котором располагалась штаб-квартира “Моста”, произошла стычка между ДВУМЯ вооруженными группами. Одни были представителями Федеральной службы охраны. А другие оказались охранной структурой “Медиа-Моста". Как позднее объяснялось сторонами, охранники приняли прибытие представителей власти за бандитский наезд. Силовикам показалось, что хозяева их приезду не слишком рады и намерены отстреливаться до последнего патрона. Охранников “Моста” положили “мордами в снег”. Разразился неописуемый скандал. Отчасти благодаря ему инициаторы тогдашнего “наезда" на “Медиа-Мост”, Александр Коржаков и Михаил Барсуков, лишились своих должностей. После этого случая масти долго соблюдали правила игры. В случае обострения разногласий во взглядах на жизнь с группой "Медиа-Мост” в ход шли проверенные приёмы. В легких случаях организовывалось энное количество порочащих материалов в подконтрольных властям СМИ. Если консенсуса не случалось, в игру вступал “Газпром” с беспроигрышной историей о том, что “Медиа-Мост” ему деньги должен. Потом всё шло по нисходящей до следующего приступа любви со стороны властей. Однако период затишья закончился – история повторяется. Вооружённые люди, представляющие прокуратуру и налоговую полицию, опять взялись проверить офисы и изучить документацию “Медиа-Моста”. “Мордами в снег” никого не клали по причине полного отсутствия желания сопротивляться властям, а также снега. Однако мобильные телефоны у сотрудников всё же отобрали, лишив их на некоторое время возможности общаться с внешним миром. Очень интересная получилась проверка. В момент, когда она начиналась, в Москве, кроме первого зампреда совета директоров Игоря Малашенко, не было практически никого из руководства холдинга “Медиа-Мост". Вроде бы проверка проводится прокуратурой и силовиками из налоговой полиции, как вдруг ситуацию начинает комментировать представитель ФСБ Александр Зданович. При чём здесь чекисты, совершенно непонятно. Позиция властей оригинальностью не блещет, в общих чертах её можно сформулировать таю поступил сигнал, ведётся проверка, душить свободную прессу боже упаси! О чём это вы? Между тем именно об угрозе для всей свободной прессы говорил на своей пресс-конференции Игорь Малашенко. Он считает, что недовольство властей спровоцировали ряд материалов и расследования, подготовленные телекомпанией НТВ и другими подконтрольными холдингу СМИ. Среди возможных организаторов нынешней проверки Малашенко называет главу президентской администрации Александра Волошина, а также высших чинов ФСБ, обиженных на холдинг “Медиа-Мост" за материалы о несостоявшемся взрыве в Рязани и прочих “героических” деяниях ФСБ и её отдельных руководителей. Руководство “Медиа-Моста" подчёркивает, что во время обысков в офисах компании не было найдено никаких доказательств, позволяющих судить об обоснованности претензий властей. И какие бы объяснения ни звучали из официальных источников, похоже, речь идёт о начале очередной кампании, призванной приструнить независимую прессу. При худшем варианте развития событий за “Медиа-Мостом” последуют меры против других независимых СМИ. Очень удобно: несколько недель позора, зато в качестве приза – тотальный контроль за умами граждан. При оптимистичном варианте развития ситуации, “Мост” просто оставят в покое. До следующего раза. [Максим Старосельский Вер 16.05.00] Во втором подслушивании Операцию в “Медиа-Мосте” депутаты признали правомерной Вчера комитет Госдумы по безопасности заслушал объяснения замгенпрокурора России Василия Колмогорова и поддержал действия силовых ведомств в отношении службы безопасности холдинга ““Медиа-Мост”, подозреваемой в незаконном вмешательстве в частную жизнь. После этого Колмогоров не исключил новых обысков и выемок документов в холдинге. Он также сообщил, что в ближайшее время будет возобновлено уголовное дело против охранной фирмы “Атолл”. Встреча Колмогорова с членами думского комитета по безопасности продолжалась всего полчаса. За это время депутаты убедились в правомерности действий правоохранительных органов. В частности, замгенпрокурора сообщил, что изъятые в “Медиа-Мосте” документы касались только деятельности службы безопасности “Мост секьюрити сервис”. Причем выемки производились строго в рамках закона и с понятыми (“Сейчас изъятые документы анализируются”,- пояснил Колмогоров). “Маски-шоу”, устроенное при захвате офисов медиахолдинга, по мнению замгенпрокурора, имело целью использовать фактор внезапности – чтобы никто ничего не сумел спрятать. Колмогоров в очередной раз опроверг наличие политического заказа в действиях правоохранительных органов. По словам замруководителя комитета по безопасности Михаила Гришанкова, Колмогоров сообщил депутатам, что проверкой службы безопасности “Моста” дело не ограничится, что на предмет нарушения закона будут тщательно проверяться службы безопасности других компаний. Так, будет возобновлено дело охранной фирмы “Атолл”. Напомним, в феврале прошлого года там, а также в офисах нефтяной компании “Сибнефть”, были проведены обыски и, как позже утверждали сотрудники Генпрокуратуры, обнаружены документы, свидетельствующие о незаконном сборе информации (говорилось даже о ведении слежки за руководителями государства). Однако позже дело было приостановлено “в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого”. Между тем “Медиа-Мост” вчера выпустил очередное заявление. Оно касается выступлений руководителя пресс-службы ФСБ Александра Здановича в программах Сергея Доренко и Николая Сванидзе. Там Зданович предъявил документы, свидетельствующие о противоправной деятельности “Мост секьюрити сервис”. В частности, это отчеты о наблюдениях за известными политиками и журналистами. Например, “прослушка” пейджера министра внутренних дел Владимира Рушайло. “Медиа-Мост” назвал показанные документы грубой фальсификацией, не имеющей никакого отношения к изъятым во время обыска материалам. “Каждый факт клеветы и дезинформации будет оспорен нами в судебном порядке,- говорится в заявлении.- Развернутая кампания имеет своей целью создать пропагандистскую завесу вокруг противоправных действий спецслужб по отношению к „Медиа-Мосту"”. Как стало известно „Ъ", показанные Здановичем документы действительно не изымались в “Медиа-Мосте” во время недавних обысков. ФСБ получила их еще до визита в офисы медиахолдинга. Контрразведчики говорят, что компромат якобы был найден в другой охранной структуре, которая, в свою очередь, купила его у службы безопасности “Медиа-Моста”. [Дмитрий Павлов ЪД 16.05.00] Примите за вещание Спецоперация в “Медиа-Мосте” – зеркальная копия прошлогодней силовой акции в “Сибнефти”. Дело не только в похожести претензий – незаконная “прослушка” и вмешательство в частную жизнь, но и в характере проведенных мероприятий и даже словах, которыми они сопровождались. Такое чувство, что, помимо всего прочего, Владимиру Гусинскому, замеченному в добрых отношениях с бывшим генпрокурором Скуратовым, санкционировавшим обыски в “Сибнефти”, просто отомстили. Но если такая цель и ставилась, то она наверняка не главная. В феврале 1999 года люди в масках оккупировали офисы охранной фирмы “Атолл”, нефтяной компании “Сибнефть” и еще десяток офисов и квартир, имевших отношение к Борису Березовскому. В мае 2000-го люди в масках блокировали работу нескольких офисов компании “Медиа-Мост”. (Вот смешно, если в обоих случаях под масками скрывались одни и те же лица.) Тогда, в феврале, начальник управления Генпрокуратуры по расследованию особо важных дел России Владимир Казаков сообщил: “Мы нашли, что искали”.И перечислил: собраны материалы, свидетельствующие об организации незаконной “прослушки”, найдены видеозаписи, в которых фигурируют крупные чиновники, предприниматели и члены их семей. Сейчас споукмен ФСБ генерал-майор Александр Зданович повторил почти те же слова: в ходе обысков у службы безопасности “Медиа-Моста” изъята аппаратура для прослушивания телефонных разговоров своих сотрудников, свидетельства незаконного сбора информации о крупных бизнесменах, политиках, журналистах. Еще одна совпадающая деталь. Обыск в “Атолле” и других структурах Березовского в феврале прошлого года был не первым по счету, так что логично было предположить, что умные бывшие спецслужбисты после первого обыска догадались спрятать секретные материалы, если таковые были. Во всяком случае, в ответ на заявления прокуратуры они говорили, что на изъятых видеокассетах были просто художественные фильмы. Вот и теперь Гусинский и Малашенко в один голос повторяют, что знали о готовящемся “наезде”, так что в офисах “Медиа-Моста” не было ничего, что могло бы их скомпрометировать. Малашенко утверждает, что на изъятых видеокассетах были записи программы “Итоги” и сериал “Улица разбитых фонарей”. Наконец, третье любопытное совпадение: Березовского тогда пытались обвинить в том, что его служба безопасности незаконными методами собирает информацию на семью президента – то есть на “своих”, на тех, с кем постоянно связывают имя олигарха. Службе безопасности Гусинского аналогично “шьют” слежку за собственными сотрудниками, в том числе творческими, и за журналистами вообще – то есть за теми, с кем он работает и кто может выразить солидарный протест против силовых методов давления на холдинг. Вызывающий характер акции против “Медиа-Моста”, гарантированно становящейся сюжетом номер один по крайней мере на одном телеканале, можно объяснить только абсолютной уверенностью силовых структур в том, что они смогут оправдаться (например, вещдоками) и получат поддержку своим действиям сверху. Дальше этого, похоже, никто смотреть не хочет или не умеет. Как эпизод с “Медиа-Мостом” выглядит в широком политическом контексте, как он отражается на имидже президента, только что вступившего в должность, как к этому отнесутся российские и западные коллеги-журналисты и политики? Не волнует. Почему? На мой взгляд, Кремль думает с фактами в руках убедить всех, что Владимир Гусинский – руководитель первого и крупнейшего частного медиа-холдинга с репутацией демократического, претендующего на объективность и независимую от Кремля позицию – не кто иной, как мелкая гэбэшная душонка. СМИ-то у него хорошие, и никто их не тронет, а вот с начальником им не повезло. Так что теоретически в ближайшие дни мы должны увидеть Доренко или Сванидзе, зачитывающих расшифровки “подслушки”, обнаруженной или якобы обнаруженной в службе безопасности “Медиа-Моста”, или увидеть незаконно сделанные видеозаписи кого-нибудь из крупных политиков, или бизнесменов, или членов их семей. Российская интеллигенция, этот основной потребитель НТВ, должна ужаснуться хорошо знакомым и ненавистным ей методам, которые в данном случае использует не Лубянка, что было бы естественно, а руководство прогрессивного медиа-холдинга. Судя по тому, как педалируются Здановичем факты “прослушки” спецслужбами Гусинского собственных журналистов и их коллег из других СМИ, психологическая задача акции состоит и в изменении отношения к руководству “Моста” в журналистской среде, в том числе внутри медиа-холдинга. Если мое предположение верно, то мы должны вскоре узнать факты, которые отобьют желание у прогрессивной журналистской общественности выражать какую бы то ни было солидарность, по крайней мере, с верхушкой “Медиа-Моста”. Теперь логично попробовать объяснить, почему, собственно, прибегли к столь отталкивающим методам достижения цели, которая понятна всем более или менее информированным журналистам,- замене руководителя “Медиа-Моста” (на Добродеева?) и смене собственника (на “ Газпром” ?). Ведь уже был сценарий, к которому сложно придраться, сколько ни говори о политической подоплеке финансовой коллизии: “Медиа-Мост” должен вернуть $200 миллионов или будет отдан за долги. Можно спорить, готова ли власть пойти до конца в осуществлении этого сценария. Я лично склонна считать, что готова. И мне понятно, что избежать неминуемых разговоров о том, как это делается, не удастся. Но можно попытаться ослабить остроту ситуации, дискредитировав руководство холдинга на внешнем и, что, может быть, еще важнее, на внутреннем уровне. Для этого вполне подходит шумная акция, которую, заметьте, никому не мешают целый день показывать по телевизору, которую комментируют на пресс-конференции Малашенко и в телеинтервью Гусинский. Она логична, если весь этот шум рассматривать как подготовку к ответному удару – публичным разоблачениям тех, кто так правильно и красиво говорил все эти дни о комитетских методах работы, насаждаемых новым руководством страны, об угрозе свободе слова, о попытке задавить независимые СМИ. Нравится это кому-то или нет, но Гусинский и Малашенко получили в своем время “зеленую улицу”, в том числе и финансовую, благодаря близости к Кремлю и к той самой “семье”, которую потом в приступе обиды начали публично гнобить. Демократическое НТВ побрезговало дать в эфир постельную видеопленку Скуратова, но не побрезговало пустить аудиозапись “подслушки” разговора Березовского с чеченцами. НТВ не стесняется сегодня выпускать в эфир возмущенного силовой акцией против “Медиа-Моста” Примакова, прекрасно зная, что именно Примаков одобрил абсолютно аналогичную акцию против “Атолла” и “Сибнефти”. Кстати, тогда НТВ о ней сообщало без всякого возмущения. С другой стороны, как в прошлом году за действиями прокуратуры стоял премьер Примаков, так и сейчас за действиями “силовиков” стоит Кремль. При этом, конечно же, по мнению Кремля, ребята в масках нисколько не угрожают журналистам вообще и журналистам “Медиа-Моста” в частности. [Наталия Геворкян Д №19 17.05.00] “Они просто влипли и пытаются выкрутиться” Служба безопасности холдинга “Meдиа-Мост” обезоружена. ГУВД Москвы временно отозвало лицензию на ношение оружия и изъяло 70 пистолетов и 9 помповых ружей. А вчера в Генпрокуратуре начались допросы. ГЕННАДИЙ ЛОБАНОВ, начальник службы безопасности 000 “Группа „Мост"”, до допроса успел поговорить с корреспондентом „Ъ" ДМИТРИЕМ ПАВЛОВЫМ. – Чем занимается ваша служба? – У нас две главных задачи. Это физическая охрана зданий и помещений группы “Мост” и их техническая безопасность. Мы наблюдаем за тем, кто входит и выходит из офисов, что с собой проносит. Это и защита от прослушивания, защита нашей информационной сети от хакеров. Кроме того, мы осуществляем охрану руководителей холдинга. – В ФСБ утверждают, что ваша СБ чуть ли не спецслужба, в которой работают две тысячи сотрудников! – В нашей службе работают 290 человек вместе со мной. В основном это бывшие сотрудники МВД. Я в свое время был замначальника следственной части ГУВД Москвы. Кроме того, по договорам с “Мостом” некоторые объекты охраняет “Мост секьюрити сервис”. Там около 800 охранников. Это дружественная нам структура. Я не знаю, кто там учредители. – Вы следили за видными политиками, бизнесменами и журналистами? – Это все неправда. Нам нет необходимости кого бы то ни было слушать. Все, что нам нужно, мы находим в легальных источниках. – Но руководитель управления программ содействия ФСБ Александр Зданович не только конкретно указал на вас, но и приводил результаты “прослушки” многих известных лиц, в том числе министра внутренних дел Рушайло! – Мне смешно было слушать Здановича. Но мы понимаем, что он человек подневольный. Говорит то, что скажут. Во время проведения обысков мы включили телевизор, где в новостях выступал Зданович. Следователь, который проводил обыск, послушал его и схватился за голову: “Господи, что он там говорит! Мы еще даже обыск не закончили”. Все, что показал Зданович, не имеет к нам никакого отношения. – Что-то не верится. – Тем не менее это так. Но могу сказать, что в СБ “Мост” часто приходят пакеты с какими-то записями и кассетами. Приходят люди, приносят информацию. Мы, естественно, все читаем, а если информация интересная, то подшиваем в отдельные папки. – А полиграф, на котором вы проверяли всех сотрудников, чекисты тоже придумали? – Полиграф, который показал Зданович, не наш. Я не знаю, откуда он его взял. У нас действительно есть два полиграфа, но они сейчас находятся в офисе. Их никто не изымал. Мы проверяем на них сотрудников во время приема на работу. Делается это, естественно, с их согласия. Для того чтобы отсеивать явных врунов, пьяниц, преступников. Кстати, использование полиграфа делает ненужным дальнейший контроль за сотрудниками, поскольку мы уже знаем, что они из себя представляют. – Вас на детекторе лжи проверяли? – Когда я пришел сюда, полиграфы еще не применялись. Они у нас появились только два года назад. – А журналистов? – Нет. – Говорят, сотрудников “Моста” заставляют подписывать бумагу, что они не возражают против наблюдения за собой. – Первый раз об этом слышу. – То есть вы не следите за сотрудниками? – Это нельзя назвать слежкой. Но если наш сотрудник что-то нарушает, мы сразу обращаемся в правоохранительные органы. Такие случаи уже были в Мост-банке. Мы сами выявили людей, которые совершали махинации с кредитными карточками. -Вы были предупреждены о визите правоохранительных органов? – Мы знали, что к нам могут прийти. Но не знали, когда именно. Как я понимаю, инициаторами “наезда” стало ФСБ. Они вели оперативную разработку. А Генпрокуратура оказалась в нелепой ситуации. Могу сказать, что следователи, участвовавшие в обыске, потихоньку, чтоб никто не видел, доставали листки, на которых было написано “памятка”. Там по пунктам говорилось, – что нужно искать. Складывалось впечатление, что они действовали по указке. -Дело “Моста” дойдет до суда? – Исключать ничего нельзя. Ведь мы до сих пор не знаем, что у нас изъяли. За три часа, когда все наши сотрудники были внизу, в офисе хозяйничали люди в масках. Они могли оставить здесь все, что угодно. – Замгенпрокурора Василий Колмогоров сказал, что компрометирующая холдинг информация была получена два года назад, когда велось следствие в отношении петербургской телекомпании “Русское видео”, контрольный пакет акций которой принадлежит “Медиа-Мосту”. – Колмогоров уже сделал много заявлений, противоречащих друг другу. “Русское видео” – одно из них. Они просто влипли и пытаются выкрутиться. [Дмитрий Павлов ЪД 18.05.00] "Мост" сдал оружие ИНТЕРФАКС – Управление лицензионно-разрешительной работы ГУВД Москвы по указанию заместителя генпрокурора России Василия Колмогорова временно отозвало устав службы безопасности группы "Мост" и разрешение на хранение оружия. По словам руководителя пресс-службы "Медиа-Моста" Дмитрия Остальского, "оружие службы безопасности "Моста" в связи с этим сдано". "В нынешних условиях мы расцениваем противоправные действия г-на Колмогорова как провокацию и приглашение криминальным элементам к совершению преступлений на объектах группы "Мост", – сказал Остальский. [Вед 19.05.00] Детская неожиданность Путин зря пожертвовал собственной репутацией Прошла всего неделя после "маски-шоу" в офисах "Мост-Медиа", и совершенно таинственный сюжет потихоньку начинает проясняться и приобретать законченность. Уже понятно, что, когда власти говорили о кампании против частных спецслужб, они лукавили лишь отчасти. Действительно, в России тихо-тихо органы безопасности начинают "разоружать" частные братские структуры, сплошь укомплектованные бывшими же коллегами. Но в случае с "Мостом" лукавства было гораздо больше. Борьба Администрации президента и дружественных ей олигархов из "Сибнефти" с Владимиром Гусинским идет уже почти год. В основе конфликта – полная победа "Сибнефти" при формировании правительства Степашина. Все креатуры "Моста" были отброшены. Вначале по отношению к "Мосту" была применена тактика финансового удушения. Гусинского решили уничтожать не как медиа-магната, а как неудачливого бизнесмена. Но номер не прошел. Во-первых, "Мост-Медиа" успешно выкручивается из трудного финансового положения. Но главное – международное общественное мнение, прежде всего в США и Израиле (Гусинский – председатель Еврейского конгресса), не хочет предавать хоть какое-нибудь значение финансовому положению "Мост-Медиа". Логика простая: у вас там в России никогда не поймешь, кто кому должен, а НТВ единственный частный канал федерального значения. Убери его, и ни о какой свободе прессы в России и говорить не придется. А, кроме того, НТВ смотрят 20 процентов населения Израиля, и любому правительству этой страны придется договариваться с Гусинским. Поэтому жестко и явно без правовой поддержки наехать на "Мост" и его хозяина власти не решаются. Случай с Савельевым, который был отстранен этими же персонажами от руководства "Транснефти" в нарушение действующего законодательства, с Гусинским явно не пройдет. Получается замкнутый круг. Гусинский не потеряет поддержку на Западе, пока он медиа-магнат. Но он медиа-магнат, потому что у него есть поддержка на Западе и его единственную в России глобальную телекомпанию нельзя тронуть. Тогда был придуман еще один ход. Известно, что служба безопасности "Моста" чрезвычайно велика и очень активна. Поэтому перед органами ФСБ еще в конце зимы была поставлена задача поймать департамент безопасности "Мост-Медиа" в момент "преступления". План: неожиданный налет, захват подслушивающей аппаратуры, необходимой документации и т.д. и т.п. В дальнейшем возбуждение дела о незаконной слежке за гражданами, суд. А уже задача суда опорочить Владимира Гусинского буквально в глазах всего мира. Но план, сейчас это можно говорить смело, провалился. Ведомство Ф.Ф.Бобкова (в прошлом заместителя Андропова, а ныне руководителя департамента безопасности "Мост-Медиа") заранее узнало о готовящейся акции. Неожиданности – главной задачи силовиков – достичь не удалось и близко. Гостей определенно ждали. В итоге у дела о незаконных операциях "Мост-Медиа" нет ни малейшей судебной перспективы. Зря в офисе "Сибнефти" отдельные руководители устраивали праздник по случаю налета на "Мост". Профессионализм Бобкова, видимо, оказался несколько выше, чем профессионализм Патрушева, Черкесова и сразу нескольких Ивановых. Мастерство с годами не проходит. В итоге Кремль получил тяжелейшую антирекламу (правда, в преддверии битвы с губернаторами она окажется нелишней – всем же сделали страшно). Перспективы в рамках закона доломать "Мост-Медиа" теперь кажутся просто фантастическими. И было бы здорово, если бы власть, претендующая называться новой, извлекла для себя уроки. В конечном счете смотреть на мир только глазами ОРТ и РТР – невозможно. [Александр Будберг МК 20.05.00] Запад им поможет Так сложилось, что в России всегда прислушивались к мнению западных журналистов, аккредитованных в Москве. Но узнать это мнение не всегда просто. В американской телекомпании Си-эн-эн нам ответили, что не могут комментировать внутренние события. И все же Родриго ФЕРНАНДЕС – московский обозреватель испанской газеты "Эль Папе” – дал свою оценку событий вокруг “Медиа-Моста”. – “Мост” занимает позицию, Отличную от кремлевской, хотя и они были недостаточно объективны. Мы все обеспокоены действиями властей, главная цель которых, на мой взгляд, – напугать СМИ. Так не делается ни в одной нормальной стране. Думаю, это предупреждение, репетиция. Но, разумеется, они будут затыкать рот всем, кто будет иметь свою позицию по отношению к Кремлю или войне в Чечне. Заметьте: на следующий день новости ТВ-Центра вообще ничего не дали по этой теме. Конечно, у них свои проблемы, но молчать стыдно. Впрочем, у вас вообще много странных вещей для западного человека. И нормально, что издания группы “Мостя защищаются. Делают они это довольно объективно, на мой взгляд. Не открывают новостные выпуски этим сюжетом. А что можно было ожидать? Любой бы так поступил. Они пригласили Здановича, представителей ФСБ и Минпечати, чтобы те могли представить свою позицию, но никто не воспользовался этой возможностью. – Гусинского на Западе воспринимают как нечто вроде российского Теда Тернера. Однако Тернер не делал вице-премьеров, не участвовал в тендерах на “Связьинвест”, не следил за журналистами и государственными деятелями… – Они жили по-разному, начинали по-разному. Их нельзя сравнивать. Нельзя обвинять Гусинского и остальных олигархов за то, что они пользовались возможностями, которые им давал Кремль. Претензии могут быть только к президенту страны. [Анна Ковалева И 20.05.00] Сергей ПАРХОМЕНКО: Информационный рэкет-выдумка обозревателя “Известий" Главный редактор журнала “Итоги” Сергей Пархоменко согласился прокомментировать текст Максима Соколова. – В статье Максима Соколова есть две идеи. Одна – та, что оппозиционными изданиями могут называться главным образом издания коммунистические. А поскольку такие издания есть, то непонятно, почему власть вяжется не к ним, а к изданиям корпорации “Мост”. На этот вопрос есть ответ. Издания коммунистические – глупые, малопрофессиональные и опираются на аудиторию, которая власти абсолютно безразлична. В отличие от них издания, принадлежащие корпорации “Мост”, качественные, авторитетные и обращены к той аудитории, мнение которой для власти чрезвычайно важно. В этом, собственно, и вся разница. Тот факт, что любая власть – ну, может быть, за исключением совсем уж дебильной – готова терпеть для декорации, для успокоения общественного мнения, да просто для создания минимального к самой себе уважения оппозиционные издания, сам по себе ничего не доказывает. В советское время для этой цели существовала “Литературная газета”. Таким образом, наличие в качестве оппозиционной прессы изданий типа газеты “Завтра” было бы для российской власти совершенно идеальным обстоятельством. К сожалению, наличие оппозиции в виде изданий корпорации “Мост” и ряда других, немногочисленных, но все же существующих изданий, отдаляет власть от этого идеала. Второй вопрос, поставленный Максимом Соколовым: не являются ли неприятности, постигшие корпорацию “Мост”, результатом проводимой ею политики информационного рэкета. Ответ: нет, не являются, поскольку наличие у изданий корпорации “Мост” подобной политики является выдумкой Максима Соколова. Он выдумал политику информационного рэкета достаточно давно, эта выдумка ему понравилась сразу и нравится до сих пор. Так вот, издания, принадлежащие корпорации “Мост”, не занимаются информационным рэкетом. Не занимаются “Итоги”, которыми я имею честь руководить, не занимается газета “Сегодня”, как не занималась и тогда, когда там работал Максим Соколов, не занимается НТВ, как не занималось и в то время, когда Максима Соколова еще туда звали, не занимается “Эхо Москвы”, как не занималось тогда, когда Максим Соколов время от времени там выступал. – Но тогда ответьте: знаете ли вы человека по фамилии Бобков, и если да, то чем именно он занимается в корпорации “Мост”? – Я знаю человека по фамилии Бобков, но абсолютно не представляю себе, что он делает в “Мосте”, из чего можно заключить, что он не занимается ничем существенным для средств массовой информации, иначе бы я об этом знал. Наличие в группе “Мост” сотрудника по фамилии Бобков ни в коем случае не мешает журналу “Итоги” исполнять свои профессиональные и жанровые задачи. А наличие людей в шерстяных масках сильно мешает. – Мне известно, что в группе “Мост” работает бывший следователь КГБ Иванов, занимавшийся делом Синявского. Кому-то известны еще какие-то фамилии… Дело, в конце концов, не в количестве. Давайте о другом. Чтобы заниматься информационным рэкетом, надо собирать информацию, видимо, путем слежки… – Никогда не занимался информационным рэкетом, не знаю, что для этого нужно. Не надо ничего собирать! Давайте я приду и скажу, что вы едите на завтрак маленьких девочек. Мне для этого не нужны фотографии того, как именно вы их едите. Достаточно сказать – что-нибудь да останется. – Может быть, я что-то важное пропустила. Например, появление людей в шерстяных масках хотя бы в одной редакции “Медиа-Моста”… – Бывают два типа изданий. Одни существуют за счет того, что один или два раза в месяц главный редактор приходит к какому-нибудь богатому человеку, падает перед ним на колени и просит дать немножко денег на зарплату. Вот эти издания никаким образом не связаны ни с какими корпорациями. После того как редактор в маленьком мешочке унес немножко денег, он ничем с этим богатым человеком не связан, можно приходить к нему с обыском – изданию ничего не будет. Иная ситуация в изданиях “Медиа-Моста”. Это вертикально интегрированная корпорация, осуществляющая предпринимательскую деятельность в сфере средств массовой информации. Все подразделения этой корпорации тем или иным образом, больше или меньше связаны между собой. В ряде случаев эта связь фактически не прослеживается, как в случае с Бобковым. В ряде же случаев она прослеживается вполне ясно. Атака на головной офис корпорации наносит прямой ущерб всем остальным подразделениям корпорации. [Юлия Рахаева И 20.05.00] Шоу без масок Заместитель генерального прокурора Колмогоров упражняется в устной речи АЛЕКСАНДР ЩЕГЛОВ ВЧЕРА офисное здание в Переяславском переулке вновь оказалось в центре внимания российских и зарубежных СМИ: правоохранительные органы начали второй этап операции против холдинга “Медиа-МОСТ”. На этот раз проверке с пристрастием подверглось частное охранное предприятие “МОСТ секьюрити сервис”, никак не связанное со службой безопасности “Группы МОСТ”. По традиции не обошлось без театрализации – правда, на этот раз без автоматчиков и черных масок. Утром в офис ЧОПа в Переяславском переулке явились представители Управления лицензионно-разрешительной работы (УЛРР) ГУВД Москвы. Возглавлял процессию некий полковник Шакиров, который категорически отказался официально представиться даже адвокату “Группы МОСТ” Павлу Астахову, заявив: “Я представлюсь тому, кому надо”. Представители УЛРР заявили, что у них есть прокурорское предписание на производство проверки деятельности ЧОП, и начали эту самую проверку. Очевидцы рассказывают, что проверяющие буквально рулеткой замеряли высоту и ширину дверей, пытаясь отыскать любой, даже формальный предлог для “занесения в протокол”. К полудню в офис в Переяславском переулке явился лично руководитель столичного УЛРР полковник Николай Панкратов. К этому времени в офисе находились не только проверяющие и сотрудники ЧОП, но и журналисты, заранее занявшие позиции для съемки. Поеживаясь под объективами фото- и видеокамер, милицейские начальники начали совещаться, а потом позвали для беседы руководителя ЧОП Юрия Перегудова. Позже он сообщил прессе, что Панкратов сказал ему: “К вам претензий нет, никто оружие изымать не собирается, а потому попросите хотя бы зарубежную прессу покинуть ваш офис”. После такого заявления Юрий Перегудов попросил представителей иностранных телекомпаний прекратить съемку, заявив, что конфликт разрешен. Привыкшие, видимо, верить властям на слово иностранные репортеры покинули офис, а имеющие печальный опыт российские журналисты вышли на улицу и стали ждать дальнейшего развития событий. И, как выяснилось, не зря. Едва пресса покинула помещение, милиционеры, ссылаясь на устное указание заместителя генпрокурора России Василия Колмогорова, потребовали от частных охранников собрать и сдать все имеющееся оружие, заявив, что действие лицензии ЧОП будет временно приостановлено. Комментируя ситуацию, адвокат Павел Астахов заявил, что подобные действия милиционеров не только противоречат всем существующим законам и нормативным актам, но и представляют прямую угрозу для клиентов частного охранного предприятия. “В результате милицейской акции без вооруженной охраны остались 80 объектов, среди которых и все предприятия холдинга “Медиа-МОСТ”, – заявил Павел Астахов. Уточнив, что без вооруженной охраны остались не только журналисты, предприниматели и финансисты, но и московские синагоги, которые не раз становились объектом нападения террористов, он возложил всю ответственность за последствия этого шага на инициаторов и участников акции, которую назвал “руководством к действию для налетчиков и грабителей”. Около 17.00 из здания в Переяславском переулке вышел сам Николай Панкратов, к которому тут же устремились журналисты с просьбой прокомментировать ситуацию. “Я ничего не знаю, я просто водитель”, – заявил милицейский руководитель, чье имя даже не было занесено в протокол изъятия, и поспешил скрыться в машине. Впрочем, вряд ли он мог сказать что-нибудь внятное – очевидцы рассказывают, что сотрудникам ЧОП тот же Панкратов заявил: “А что вы хотите, это сам министр приказал!” В беседе с корреспондентом “Сегодня” адвокат Павел Астахов заявил, что “в составленном милиционерами протоколе об изъятии 70 единиц огнестрельного оружия в качестве основания фигурирует указание заместителя Генпрокурора Василия Колмогорова”. Письменного же основания никто не предъявлял, что, по словам адвоката, является нарушением приказа №288 от 12.04.99 МВД РФ, где оговаривается в качестве обязательной меры при проведении подобных акций предъявление письменного предписания на право осуществления проверки. “Имевшее место изъятие оружия и приостановление лицензии на основании одного лишь указания не предусмотрено ни одним нормативным актом или законом”, – считает адвокат. Кроме того, по его словам, изъятию оружия должно предшествовать официальное письменное предупреждение, в котором указываются выявленные недостатки и срок, в который они должны быть устранены. Вместе с тем проведенные 7 и 21 февраля нынешнего года проверки ЧОП той же УЛРР никаких недостатков не выявили. Все попытки корреспондентов “Сегодня” связаться непосредственно с отдавшим указание Василием Колмогоровым успехом не увенчались. Его секретарь заявила: “Я не уполномочена давать какие-либо комментарии и тем более соединять вас с Василием Васильевичем”. Не удалось никого застать и в пресс-службе Генпрокуратуры: телефоны там молчали с самого утра. А сотрудники УЛРР ГУВД Москвы заявили, что в происходящем “нет ничего необычного: в среду и пятницу у нас обычно проходят городские мероприятия. Мы не имеем ничего против “МОСТ секьюрити сервис”, и проверка проходит в плановом порядке”. [Александр Жеглов С 20.05.00] С МОСТА МОЖНО СБРОСИТЬ ЧТО УГОДНО За штурмом “Медиа-Моста” стоит легализация информации спецслужб? События 12 мая, когда офисы холдинга “Медиа-Мост” яростно атаковали люди в масках, мало похожие на представителей сил правопорядка, вызвали большой резонанс не только в России, но и за рубежом. Это и не мудрено. Всех поразили беспардонные действия спецподразделений. Откровенно помпезный и демонстративный характер захвата помещений. Обычно подобного рода операции проводятся более деликатно, когда силовики знают, где что лежит, и имеют представление, что нужно изъять. В данном случае все делалось с шиком. Почему? По замыслу авторов операции, действия спецподразделений должны были вызвать определенный резонанс в обществе, сформировать впечатление серьезности и внушительности спецмероприятий. Режиссеры понимали, что газеты и НТВ поднимут шум, будут возмущаться столь неадекватными действиям ФСБ. Как только СМИ покатили волну протеста, ОРТ и РТР продемонстрировали “серьезные улики”. Народу показали какие-то распечатки телефонных разговоров дочери Ельцина – Дьяченко, министра внутренних дел Рушайло, бизнес-депутата Березовского и даже сообщили, что прослушивался никому неинтересный политслуга Сванидзе. Было сказано, что все это дело рук злополучного “Медиа-Моста”. Получилось если не убедительно, то, по крайней мере, эффектно. Обозреватели и политики стали строить домыслы, зачем все это было нужно ФСБ. Версий получилось много. С “Медиа-Мостом” сводят счеты Волошин и Березовский. Один за политическую нелояльность к ельцинской кремлевской камарилье, погрязшей в коррупции, скандалах и проч. Другой пытается придушить конкурента и усилить свои позиции масмедийного магната. Говорилось и о том, что коррумпированные руководители ФСБ пытаются заткнуть глотку газете “Сегодня” и НТВ, которые их разоблачают. Есть версия, что тем самым хотят запугать другие средства массовой информации. Все эти версии имеют под собой основание. Но все цели преследовались параллельно. Здесь, что называется, каждый ловил свою рыбку в мутной воде. Вне поля зрения осталась главная подоплека этой операции. У Путина сегодня нет более важной задачи, чем избавиться от пут “семьи”. В этой борьбе с ельцинским кадровым наследием он делает тайную ставку на единомышленников по совместной службе в КГБ-ФСБ. И поддержка у президента там – колоссальная. Компромата, собранного экс-чекистами на родню Ельцина, членов его ближнего круга (включая сексуальную ориентацию), немерено. На олигархов – еще больше. Но как легализовать эту информацию? Ведь она собиралась без санкции Генпрокуратуры. Ни ФСБ, ни ФАПСИ не может официально признать, что по своей инициативе тайно прослушивали разговоры Ельцина, его родственников, высокопоставленных чиновников, включая министра внутренних дел Рушайло. В сущности, речь ведь идет о секретном “тихом” заговоре спецслужб против действующей власти, попрании прав не только обычных граждан, но даже самых влиятельных чиновников, включая Ельцина. Оставшиеся в наследство Путину одиозные волошины-березовские активно доставали нового президента, требуя (именно требуя) от него “наехать” на (рейнского, который, в свою очередь, закусил удила и готовился размазать Волошина, выложив о нем убийственные сведения. В том числе о том, куда ушли деньги от аферы с проектом AWA, который он реализовывал вместе со своим другом Березовским. И тогда решено было провести спецоперацию, чтобы попытаться убить нескольких зайцев сразу. В результате налета на офисы “Медиа-Моста” изымалось то, что попадало под руку Правда, акцент делался на технические средства. Через день “выяснилось”, что люди Гусинского якобы подслушивали разговоры всех и вся. Вот в этом и состоит фокус. Массив информации, наработанной ФСБ, ФАПСИ и другими спецслужбами, сброшен в хлам, который изъяли при обыске офисов “Медиа-Моста”. Николай Сванидзе в своей программе “Зеркало” убеждал зрителей с экрана телевизора, что в руки правоохранительных органов в результате этой спецоперации попала уникальная информация о разного рода деятелях. Он, правда, не уточнил, что эта информация касается в том числе и сотрудников ельцинской администрации президента. Пирамида перевернулась. Если у ельцинской камарильи что-то и есть на Путина, то теперь у Путина столько легализованной компрометирующей информации на всю эту шайку-лейку, что она значительно перевешивает антипутинский компромат. Президент может потихоньку сбрасывать одиозных личностей на копья. Тем не менее в результате этой операции не был учтен один момент. Путина фактически поссорили со многими респектабельными средствами массовой информации. Реакция – вал возмущенных статей, “наезды” на президента. По уму, Путину надо было бы сделать суровое лицо и формально погрозить пальцем в адрес Лубянки, чтобы успокоить либеральную общественность. Но он пока этого не делает. Не вся информация еще легализована?.. [Роман Алтыпов НГ 22.05.00] На шоу нахлебавшись “Медиа-МОСТ” – единственное мощное присутствие Запада на российском информационном рынке. Не исключено, что Владимир Гусинский попытается получить там финансовую поддержку – чтобы рассчитаться с долгами и сохранить за собой НТВ. Все не просто, а очень просто Чтобы не сомневаться в настоящей причине атаки властей на “Медиа-МОСТ” Владимира Гусинского, надо отчетливо понять несколько простых вещей. Во-первых, не бывает серьезных корпораций (в том числе медийных), действующих к тому же на уровне большой политики, которые не имеют своей собственной или дружественной сильной службы безопасности, занимающейся внешней разведкой и внутренним сыском. Во-вторых, все более-менее солидные СМИ, пишущие о коррупции, так или иначе нарушают закон, запрещающий вторжение в частную жизнь граждан. Поэтому, когда власть устраивает охоту на медиа-холдинг, обвиняя его в том, в чем можно обвинить почти всех, следует понимать, что это политика и ничто иное. Так было, когда Кремлю понадобилось прижать Бориса Березовского: контролируемую им частную охранную фирму “Атолл” обвинили в шпионаже за президентской семьей. Так вышло и сейчас, когда в шпионаже и контршпионаже обвиняют службу безопасности оппозиционного “Медиа-МОСТа”. Значит, присутствует ли политика в атаке правоохранителей на МОСТ – это не вопрос. Вопрос в том, как дошел до жизни такой хозяин “Медиа-МОСТа” Владимир Гусинский. АВВА под МОСТом Все началось с того, когда в свое время Гусинский не пожелал остаться в стороне от разрешения главной проблемы позднего ельцинизма, а именно: кто станет преемником протектора режима? Депутат Думы Алексей Митрофанов: “Гусинский хотел, чтобы политический вопрос о преемнике обсуждался коллективно, с привлечением всех основных фигурантов российского бизнеса и лояльных держателей масс-медиа. То есть по давосской схеме, а не только Татьяной Дьяченко, Валентином Юмашевым, Александром Волошиным и Борисом Ельциным. После того как к его мнению не прислушались, он сделал ставку на московского мэра Юрия Лужкова, перешел на его сторону, и тогда на него самого покатили бочку”. К общей оппозиционности МОСТа (включая отличный от кремлевского взгляд на чеченскую проблему) прибавились традиционно плохие отношения Гусинского с Борисом Березовским, который к ельцинско-путинскому Кремлю имеет самое прямое отношение. Да еще “Медиа-МОСТ” угораздило сделать своим личным врагом главу президентской администрации Александра Волошина. Дело в том, что в прошлом году, когда еще была в самом разгаре думская предвыборная кампания, телекомпания НТВ устроила и красочно показала пикет вкладчиков, обманутых фирмой АВВА. Эта фирма собирала деньги под проект народного автомобиля – никакого автомобиля как не было, так и нет, а деньги людям, естественно, не вернули. Аферу задумал и провернул Борис Березовский, а возглавлял фирму АВВА до перехода в ответственные кремлевские чиновники Александр Волошин. Упомянутую акцию НТВ шеф Старой площади запомнил надолго. Сам же он, по оценке знающих его людей, человек последовательный, цепкий, жесткий и, если бьет, старается добить до конца. Конец здесь может быть таким: расшатывая “Медиа-МОСТ” разнообразными наездами, холдинг постепенно подведут к главному – заставят “Газпром” потребовать от МОСТа уплаты долга в $211 миллионов и в случае отказа добиться возмещения долга акциями НТВ. Тогда к уже имеющимся у “Газпрома” 30% акций НТВ может добавиться еще 21%. Это уже будет контрольный пакет, и контролировать его станет доверенный человек Кремля. Что касается “Медиа-МОСТа”, то, утратив контроль над флагманом холдинга телекомпанией НТВ, фирма Гусинского сама собой перестанет быть субъектом большой политики. Параллельная ФСБ Что касается злосчастной службы безопасности МОСТа, то, между прочим, уже к 1994 году она раздражала всесильного шефа президентской охраны и выходца из КГБ Александра Коржакова: мостовская “охранка” была укомплектована профессионалами высокого уровня, а возглавляет ее бывший начальник 5-го (“антидиссидентского”) управления КГБ СССР генерал армии Филипп Бобков, Раздражение это не оставляет депутата Думы Александра Коржакова и сейчас: “Существует параллельная ФСБ как государственной структуре служба безопасности МОСТа, которая в некоторых подразделениях дублирует ФСБ. Более того, службой безопасности МОСТа руководит один из бывших руководителей КГБ, генерал армии, в то время как ФСБ руководит только генерал-полковник. Поэтому во всей этой истории речь во многом идет о взаимоотношениях конкретно ФСБ с конкретно службой безопасности МОСТа”. Мысль сама по себе интересная, но вряд ли можно упрекнуть Владимира Гусинского в том, что он вовремя сумел привлечь в свою структуру высококлассных профессионалов и платит им столько, чтобы они работали на него, а не на государство. КГБ же за время ельцинского правления перенесло несколько унизительных реорганизаций, из-за чего почти все лучшие люди ушли в коммерческие структуры. Оставшимся обидно – кому за державу, кому за собственную невостребованность денежными мешками. Отсюда и коржаковская версия акции против МОСТа: пользуясь случаем, ФСБ не прочь если не съесть мостовскую “охранку”, то хотя бы понадкусывать. Дан приказ: ему на Запад Вообще-то было бы просто замечательно, если бы главная составляющая акции против “Медиа-МОСТа” проистекала всего лишь из разборки между спецслужбами. Депутата Думы Александра Шохина беспокоит другое: “Эта акция сопровождается заявлениями Минпечати о неправильном поведении западных СМИ и о необходимости повышенного контроля над ними. В частности, есть недовольство радиостанцией “Свобода”. Мы что – глушилки снова будем включать или выселять их из Москвы? Если сложить все эти вещи, может создаться впечатление, что действительно намечаются какие-то перемены в отношениях власти со средствами массовой информации. Если так, то хотелось бы, чтобы Владимир Путин четко сформулировал свое отношение к этому”. Бывший депутат Думы Владимир Семаго более предметен: “Сегодня единственный по-настоящему громкий, независимый от государства голос – это, конечно, НТВ. Это люди, которые пытаются играть свою игру и пользуются при этом международной поддержкой. И Гусинского душат именно за то, что он как бы все время говорит о своей независимости от российского политического курса, что он европейский, наднациональный орган вещания. А непосредственно наезд на МОСТ организовал Борис Березовский. Организовал для того, чтобы дать понять, что единственный человек, который может сегодня что-то делать около власти,- это он. Но Гусинского все равно не свалят, потому что те люди, которые у него есть на Западе, понимают: “Медиа-МОСТ” – это единственное мощное присутствие Запада на российском информационном рынке”. Последнее следует понимать так, что теперь Владимир Гусинский, как главный страдалец за свободу слова в России, получит на Западе нужные ему кредиты, чтобы рассчитаться с долгами и сохранить за собой НТВ. Алексей Митрофанов резюмирует: “У Гусинского нет ни алюминия, ни нефти – он ничего не захватил в свое время, а потому рассчитывать сейчас он может только на Запад”. Я знаю, что все знают, что он знает Владимир Гусинский сдаваться не собирается, о чем свидетельствует хотя бы то, что в день атаки на центральный офис “Медиа-МОСТа” он срочно вернулся из Израиля, где в тот момент находился, в Москву. В отличие от ситуации 1994 года, когда Гусинский срочно покинул страну и спрятался в Лондоне после аналогичной “антимостовской” операции, предпринятой службой безопасности президента под руководством Александра Коржакова. При этом нынешний наезд на МОСТ похож, скорее, не на коржаковскую акцию, а на прошлогодние разборки тогдашнего премьера Евгения Примакова с Борисом Березовским. Тогда, как было сказано, тоже были обыски в сыскной фирме “Атолл”, сопровождавшиеся аналогичными обвинениями в шпионаже. Но если коллизии Примаков – Березовский предшествовала хорошо спланированная бывшим премьером пиаровская акция по борьбе с коррупцией (кстати, разрабатывалась и проводилась эта акция при деятельном участии аналитических служб Гусинского и мостовских СМИ), то обвинения, предъявленные ныне МОСТу, не имеют серьезного идеологического обеспечения и потому выглядят глупо. Кроме того, большинство опрошенных “Профилем” политиков уверены, что при обыске в МОСТе не было изъято ничего такого, что позволит довести дело до суда. В отличие, кстати, от упомянутой коржаковской акции. Александр Коржаков: “Мы в 1994 году во время обыска в МОСТе существенные вещи обнаружили: несколько стволов помповых ружей и макаровских пистолетов, поддельные документы сотрудников милиции, сканирующие устройства. Но прокуратура тогда в этом не участвовала, начало операции было положено президентом страны. А сейчас, казалось бы, все законно, обыск производился на основании постановления прокуратуры, но такие вещи надо делать неожиданно, а не тогда, когда все знают, что и когда именно случится. Так что ничего серьезного из этого не выйдет”. Кстати, злые языки шутят, мол, сам Владимир Гусинский настолько хорошо знал, что, где и когда будет, что вылетел из Израиля в Москву немного раньше того часа, когда в его фирме начался обыск,- чтобы успеть прокомментировать происходящее прямо с места события. Так или нет, но Коржаков профессионал, ему можно верить – силовая операция против МОСТа и идеологически, и технически проведена из рук вон плохо. В связи с этим становится возможным следующее замечание. Наиболее откровенные собеседники “Профиля” в администрации президента осторожно признаются, что, дескать, да, акция против МОСТа – дело политическое и Гусинского таки надо изничтожить, потому что принадлежащие ему СМИ проводят антигосударственную политику. Большой вопрос, что такое есть “государственное”, а что “антигосударственное”, но не в этом дело. А дело в том, что сама акция против МОСТа не выглядит как задуманная и разработанная на государственном уровне (что подтверждается оценкой Коржакова) и, более того, не поднимает престиж государства, а очень даже наоборот. И вот это-то как раз может означать, что главный скребок для зачистки Владимира Гусинского пока находится не в руках президента Владимира Путина. Он, конечно, не мог не знать о готовящемся рейде (хотя бы потому, что знали все). Более того, президент может всей душой желать окончательного решения проблемы Гусинского. Но если бы это затеял сам Путин, он бы наверняка потребовал более детальной проработки акции и исполнители в итоге как минимум не выглядели бы столь жалко. [Инесса Славутинская Пр-ль 22.05.00] ФСБ НА УХО НАСТУПИЛА На прошлой неделе средства массовой информации бурно обсуждали разразившийся перед выходными скандал с обысками в офисах “Медиа-Моста”. Прокуратура тем временем начала допросы сотрудников службы безопасности холдинга. Игорь Малашенко улетел в Америку рассказывать об удушении свободы слова в России. Кремль ограничился сентенциями о поддержке этой самой свободы и о том, что перед законом все равны. Что дальше? Насколько далеко готовы зайти президент и его администрация в попытке подчинить себе Владимира Гусинского? “Власть” попыталась ответить на эти вопросы. Юрий Лужков сделал правильные выводы из победы Владимира Путина на президентских выборах. Говорят, на инаугурации президента в Большом Кремлевском дворце на вопрос некоего подбежавшего чиновника “Где теперь можно найти мэра?” Лужков, потупившись, молвил: “Да я теперь всегда здесь…” Владимир Гусинский правильных выводов не сделал. А еще в прошлом году высокопоставленные кремлевские чиновники признавались в кулуарах: “СМИ Гусинского и прежде всего НТВ объявили нам войну и за это получат свое. Власть мы, в конце концов, или не власть?!” Говорилось это, когда в Кремле, собственно, даже не были слишком уверены в том, что они – власть. Теперь уверенности хоть отбавляй, что позволяет большинству комментаторов предположить, что “Мост” будут, по путинскому слову, “мочить” и дальше, поскольку главная цель – отобрать медиа-империю у Гусинского. Попытаемся оценить, насколько вероятно отстранение Владимира Гусинского и его команды от управления холдингом, причем отстранение, проведенное полностью законными методами (использование сейчас любых иных методов выставит власть в весьма невыгодном свете) – путем введения в “Медиа-Мосте” внешнего управления или в результате его банкротства. Инициировать введение внешнего управления или начать процедуру банкротства теоретически могут кредиторы "Медиа-Моста". В 1999-м СМИ сообщали, что долги холдинга достигли в общей сложности примерно $1 млрд. Руководство “Медиа-Моста” не подтверждает самые смелые предположения прессы о размерах суммы (первый зампред совета директоров компании Андрей Цимайло недавно заявил, что задолженность холдинга составляет “более $200 млн”). Однако достоверно известно о двух крупных кредиторах “Медиа-Моста”: на начало года он был должен более S200 млн банку Credit Swiss First Boston (CSFB) и более $300 млн Сбербанку Что касается первого кредита, то его 7 марта этого года погасил “Газпром” – именно под его гарантию CSFB в 1998 году предоставил “Медиа-Мосту” этот кредит. Однако, расплатившись, “Газпром” тут же направил в "Медиа-Мост" письмо, в котором в весьма категоричной форме потребовал компенсировать расходы. От предложения взять в счет долга акции компании “ТНТ-Телесеть”, издательства “Семь дней”, а также самого "Медиа-Моста” в “Газпроме” отказались, заявив, что их интересует только контроль над всем холдингом. Таким образом, теоретически вполне возможно, что “Газпром” подаст на холдинг иск в арбитражный суд, добьется введения внешнего управления и в итоге действительно возьмет контроль в свои руки. Несколько сложнее ситуация с кредитом Сбербанка. Недавно глава Сбербанка Андрей Казьмин заявил, что сотрудничество с “Медиа-Мостом” его вполне устраивает и что холдинг не имеет просроченной задолженности перед банком. Так что формальных причин для атаки на “Медиа-Мост” у Сбербанка нет. Но при определенных обстоятельствах он может, например, попросить “Медиа-Мост” повысить стоимость залога под кредит, в случае отказа потребовать досрочно погасить кредиты, а при невыполнении этого требования тоже подать на холдинг в суд. Сам Казьмин такого решения, конечно, принимать не будет. Однако его об этом может попросить Геращенко (напомним, ЦБ – главный акционер Сбербанка). А того может попросить об этом Кремль. Возможность такого сценария, казалось бы, подтверждает введение временной администрации в Мост-банке – это решение совет директоров ЦБ экстренно принял после встречи Геращенко с Путаным. На первый взгляд, Центробанк подчинился давлению сверху. Однако если ЦБ и руководствовался в отношении Мост-банка политическими мотивами, то не сейчас, а прежде. Строго говоря, временную администрацию в банке он мог ввести еще год назад и не сделал этого именно по политическим соображениям. Тогда Мост-банк спасли близость руководства холдинга к Примакову, а также приближение парламентских (и в перспективе президентских) выборов. Так что сейчас ЦБ просто сделал то, что на формальных основаниях должен был сделать давно. В общем, положение Владимира Гусинского вроде бы выглядит плачевным: не один, так другой кредитор “Медиа-Моста” того и гляди обратится в суд, и Гусинский потеряет контроль над холдингом. Но на самом деле вероятность этого весьма невелика. Да, собственных средств у “Медиа-Моста” недостаточно для того, чтобы в критическом случае откупиться от кредиторов (по крайней мере, его доходов от рекламы на это явно не хватит). Но разве Гусинский не может занять денег? Конечно, в России вряд ли кто даст: кому захочется портить отношения с властью?! Зато вполне могут дать на Западе. Более того, сейчас шансы “Медиа-Моста” получить кредит или найти иностранного инвестора, который бы согласился приобрести акции холдинга, погасить его долги и при этом оставить прежний менеджмент, гораздо выше, чем прежде. Действия властей в скандале вокруг холдинга были весьма критично восприняты за границей. В этих условиях Гусинскому не составит особого труда задействовать свои достаточно обширные связи в западных деловых и политических кругах и обосновать необходимость срочной финансовой поддержки своей корпорации. В прошлом году тоже казалось, что “Медиа-Мост” не сможет выплатить долг по кредиту Внешэкономбанку (тогда речь шла о $42,2 млн). Холдинг очень долго судился с банком, в конце концов все иски проиграл – и тут же нашел деньги, чтобы заплатить требуемую сумму. Найдет и на сей раз. Иными словами, возможность разорить “Медиа-Мост” ничтожно мала. Поэтому решили прибегнуть к силовой операции, чтобы разгромить (хотя бы временно) службу безопасности холдинга, тем более что она давно раздражала и Кремль, и ФСБ. Еще года два назад чекисты разослали практически во все серьезные частные детективные службы (а детище Филиппа Бобкова по сути деятельности ближе к ним, чем к чисто охранной структуре) так называемых подкрышников – штатных сотрудников ФСБ, которые вполне легально прикомандировывались к агентствам. Смысл: во-первых, “частники” работают под присмотром, а во-вторых, всю важную информацию, которую они добывают с помощью своей дорогостоящей аппаратуры, получают и на нищей по сравнению с “частниками” Лубянке. В “Медиа-Мост” “подкрышников” не пустили. Так что версия о том, что обыски в офисах холдинга представляют собой “разборку” государственной спецслужбы с частной,- больше чем просто версия. Это действительно так. Просто желание ФСБ наказать “Мост” счастливо совпало с кремлевской нелюбовью к Гусинскому. ФСБ получит не только моральное удовлетворение, но и вполне материальное: изъятые спецсредства в конце концов попадут на Лубянку. Так же в свое время было с “Атоллом”: все, что там изъяли, долгое время пылилось в прокуратуре на экспертизе, а потом, после приостановки дела, растворилось в недрах спецслужб. В “Атолл” не вернулось ничего, кроме бумаг и нескольких дискет. Так что операцию “обыск” можно считать и неплохим способом подправить материально-техническое обеспечение ФСБ. Но на этом все гонения на свободу слова и закончатся. Судя по нынешним настроениям в Кремле, пока можно не бояться за судьбу НТВ, газеты “Сегодня”, журнала “Итоги” или радиостанции “Эхо Москвы”. Кремлевские чиновники пребывают в состоянии глубокого удовлетворения от проведенной акции. Немного морщатся от “шумихи, поднятой СМИ”, но не более того. А вот пытаться добить службу безопасности “Медиа-Моста” будут. На прошлой неделе ее уже лишили лицензии на ношение оружия – временно. Скорее всего, это “временно” будет продолжаться столько, сколько и уголовное дело о подслушивании. А оно может тянуться бесконечно- приостанавливаться, снова возобновляться, но не прекращаться. И в Кремле, и в ФСБ, и в Генпрокуратуре прекрасно понимают, что дело не имеет судебной перспективы. Не потому, что обыск и выемка были произведены с нарушениями закона. Наоборот, они потому так и проводились, что на суд с приговором никто и не рассчитывал. Ни один человек в России не осужден по статьям о незаконном подслушивании, упоминавшимся прокурорами и фээсбэшниками. Да и зачем он нужен, этот суд? Тот же “Атолл” без всякого суда сейчас фактически не существует. Или взять, к примеру, Скуратова – разве его кто-то засудил “за злоупотребление должностными полномочиями”? А генпрокурор уже другой… Сотрудников “мостовской” спецслужбы затаскают на допросы. Параллельно (и это не скрывают в путинском окружении) из ФСБ, прокуратуры и МВД будут вычищать кадры, связанные с “Мостом”. Наличием таких кадров, кстати, открыто бравируют сами “мостовцы”. В качестве политического прикрытия могут быть проведены обыски в некоторых других охранных структурах (в Кремле эти намерения всячески подчеркивают). Если же Гусинский попытается воссоздать материально-техническую базу службы охраны “Медиа-Моста” в приближенном к прежнему объеме, то в рамках того же затяжного уголовного дела будут проведены новые обыски и выемки. В ФСБ, как уже сказано, только обрадуются, если у “мостовцев” появится новая “аппаратура двойного назначения”. Конечно, утверждать, что Кремль всего-то и хотел, что заставить спецслужбу Гусинского уважать законы, а о зажиме свободы слова и речи не идет, немного наивно. Гусинский – глава медиа-империи. Давление на него означает и давление на СМИ, которые ему принадлежат. Другое дело, что при всем желании Кремль сейчас не способен впрямую начать наступление на оппозиционные СМИ. Ему, этому новому-старому Кремлю, еще надо окрепнуть, пожить в новой реальности годик-другой. До тех пор пока это не произойдет, непокорным вроде Гусинского будут просто указывать их место. [Афанасий Сборов ЪВ 23.05.00] Вы кому верите Роли в истории с обысками в “Медиа-Мосте” окончательно распределились. Холдинг обвиняет силовые органы в наступлении на свободу слова. Силовики тоже говорят о свободе – по их словам, они защищали право граждан на частную жизнь. Геннадий Райков, руководитель парламентской группы “Народный депутат”. Покушения на свободу слова я не увидел. Уголовное дело в отношении службы безопасности холдинга было возбуждено в связи с обращениями в правоохранительные органы людей, чьи разговоры прослушивались этой службой. А это нарушение закона об оперативно-розыскной деятельности. Судя по тому, как идет расследование, нас ожидает громкое судебное разбирательство. Михаил Федотов, юрист, разработчик действующего закона о СМИ. “Медиа-Мосту”, поскольку цели, заявленные силовиками, требуют совсем других методов и средств. Да и привлечение к обыскам 500 силовиков – это слишком. А цель действий одна – запугать СМИ. Ведь если такие сильные сдадутся, остальные сами хвост подожмут. Борис Грызлов, руководитель парламентской фракции "Единство”. Наша политическая практика учит ничего не принимать на веру. Поскольку стороны намерены выяснять отношения в суде, я подожду решения суда. А сейчас мне ясно одно – к проблеме свободы слова этот инцидент отношения не имеет. Александр Коржаков, депутат Госдумы. Если бы государство хотело задушить свободу слова, то нашло бы способы сделать это. И сейчас мы бы не смотрели НТВ и не читали газету “Сегодня”. А обыск в холдинге “Медиа-мост” проведен законно, с разрешения Генпрокуратуры, так как служба безопасности холдинга доросла уже до таких размеров, что стала подминать под себя ФСБ. Вот их и поставили на место. Государство показало, что бизнесмены должны заниматься бизнесом, а политики – политикой. Игорь Яковенко, генеральный секретарь Союза журналистов России. Нельзя верить тем, кто нарушил более 10 статей Уголовного кодекса. Эта акция – последнее звено в цепи наступлений на прессу. Сначала местная пресса была поставлена в зависимость от местной власти, потом Минпечати разразилось незаконными предупреждениями в адрес разных СМИ. Теперь “Медиа-Мост”. Причина проста – ведь только независимые СМИ могут помешать дальнейшим нарушениям свободы слова, прав человека и новому переделу собственности. Алексей Митрофанов, депутат Госдумы. А я поддерживаю эту акцию. В политических кругах хорошо известно, что служба безопасности “Моста” с 1992 года занималась политической разведкой. Ну зачем даже такому большому медиа-холдингу такая огромная служба безопасности, в которой работают сотни сотрудников и которая ведет аналитическую работу? Николай Ковалев, депутат Госдумы, экс-директор ФСБ. Я вообще не согласен с представителями Генпрокуратуры и сомневаюсь, что все было сделано в рамках закона. В отношении холдинга была выбрана крайне сомнительная форма действий, и я не могу расценивать их иначе как грубую попытку оказать давление на СМИ. Людмила Алексеева, президент Международной хельсинской федерации по правам человека. Я не в восторге от “Моста”, но все-таки ему верю больше. Силовики явно нарушили закон о свободе слова. А у “Моста” я вижу лишь нарушения деловой этики – работодатель должен предупреждать работника о возможном прослушивании. Да и с чего это силовики решили заступиться за тех, кого слушают “злые дяди”? Чья бы корова мычала. Виктор Алкснис, депутат Госдумы. Душой я с силовиками. Потому что ни под каким соусом не принимаю “особую позицию” НТВ и “Моста” по отношению к чеченцам. Это все равно что жалеть немцев, попавших в 1942 году в "сталинградский котел". Но наезд на "Мост" был. И это показывает, что “особую позицию” волен выражать не только г-н Гусинский, но и президент с силовыми структурами. Владимир Рыжков, депутат Госдумы. Я больше верю “Мосту”. Потому что в данном случае они защищают свободу, а свобода для меня – главная ценность. И не думаю, что телезрителю важно, кому и сколько должен Гусинский, их интересует, увидят ли они “Сегодня” с Митковой и “Герой дня” с Сорокиной. Вячеслав Позгалев, губернатор Вологодской области. Только закону. Прав президент, который провозгласил диктатуру закона. А посягательств на свободу слова я пока не увидел. Сергей Бондарович, председатель правления Русского банкирского дома. Правда – посередине. Но ясно, что силовики все сделали неаккуратно. Они могли защищать частную жизнь граждан, не нарушая закон. С другой стороны, “Медиа-Мост” получил прекрасную рекламу. Павел Чухрай, режиссер. Конечно, я верю прессе. И прежде всего той, которая независима от власти. Вот с них и начали. Другим можно просто указать на место. Я не думаю, что президент был не в курсе. Если так пойдет и дальше, то нам не позавидуешь. Юрий Скуратов, бывший генпрокурор России. Я не верю ни тем, ни другим. Щель акции проста – поставить холдинг на место. Хотя “Медиа-мост” тоже не герои. То они говорят правду, то начинают отыгрываться. Дмитрий Орлов, президент банка “Возрождение". Трудно сказать, наблюдая со стороны. Во всяком случае, перед законом должны быть равны все. Другое дело, что вряд ли стоило использовать маски и камуфляж. Действия правоохранительных структур должны носить цивилизованный характер. С другой стороны, я не понимаю, как можно прослушивать собственных сотрудников. Андрей Николаев, председатель комитета Госдумы по обороне. Я не вижу оснований не верить государственным органам. Целью действий которых, по их заявлениям, является незаконная деятельность службы безопасности холдинга “Медиа-Мост”. А глядя на ту шумиху, которую развернули СМИ этой империи, трудно поверить, что произошло посягательство на свободу слова. Виктор Илюхин, лидер Движения в поддержку армии, депутат Госдумы. Яне могу верить ни тем, ни другим. Но поведение Генпрокуратуры мне непонятно. Им больше нечем заняться, как расследованием прослушивания Гусинским своих сотрудников? В конце концов, если служба безопасности прослушивает кого-то, то надо просто лишить ее лицензии. Карен Шахназаров, генеральный директор киностудии "Мосфильм”. У меня нет оснований не верить следственным органам. У каждого есть свое дело, и мешать выполнять его другие не вправе. А говорить о наступлении на свободу слова преждевременно. Издания холдинга как выходили, так и выходят. [ЪВ 23.05.00] “Я посмотрю, как они с зарубежными инвесторами будут бодаться!” Игорь Малашенко назначил мне встречу в офисе “Медиа-Моста” в Большом Палашевском переулке – том самом, куда 11 мая приходили “люди в масках”. После строжайшего досмотра меня проводили в комнату для переговоров. Спустя минуту туда вошел г-н Малашенко. Чаю будете? – радушно предложил он. И принялся дозваниваться до секретарши. Через минуту неудачных попыток он разразился ругательствами: “Они здесь что-то вытащили у меня из АТС. У меня была самая современная мини-АТС, а теперь не работает. Пришлось везде поставить эти уродища!” “Уродище” представляло из себя обычный японский телефон, на заднюю стенку которого был прикреплен вызывающе советского вида рычажок. “После каждого разговора приходится вручную отключать, чтобы не прослушивали комнату”, – пояснил Малашенко. – Как, по-вашему, будут теперь развиваться отношения компании “Медиа-Мост” с Кремлем? – Понятно, что есть горячие головы в ФСБ, которые требуют мочить до конца, в сортире – ну как положено. Насколько большую власть они могут забрать в нынешних условиях, я не знаю. – Как этот скандал повлиял на ваше положение на рынке? – В смысле бизнеса мы укрепились. На рынке вся эта история, конечно, добавила дополнительного интереса к НТВ. Это показывают рейтинги программ. Но, конечно, все это, кроме прочего, еще и вопрос о собственности. “Медиа-Мост” и входящие в него СМИ – это огромный лакомый кусок собственности. У “Медиа-Моста” капитализация порядка $2 млрд. А все эти Абрамовичи и Волошины привыкли получать собственность на халяву- примерно так, как они “Сибнефть” получили. Поэтому нам ведь не раз и не два намекали, что вы, дескать, отдайте контрольный пакет или компанию НТВ в указанную Волошиным компанию – и все тут же прекратится. Но собственность таким вот образом мы отдавать не будем. Мы все создали с нуля, собрав команду людей и найдя финансирование. -А что будет с Мост-банком, в котором Центробанк 17 мая ввел внешнее управление? – Мост-банк попал под колесо этой гигантской пропагандистской кампании. Акционером Мост-банка “Медиа-Мост” не является, но является, естественно, клиентом. Теперь государство взяло на себя ответственность за положение в этом банке. Может, хоть теперь Мост-банк оставят в покое и он сможет нормально работать. – Насколько эффективен может быть сейчас экономический “наезд” на вас со стороны государства? – Что значит “эффективен”? “Наезд” идет с прошлого лета. Сначала это была история с Внешэкономбанком. Потом была еще покупка то ли Абрамовичем, то ли Березовским большого пакета “Видео Интернешнл”, в результате чего мы за месяц до Нового года лишились продавца рекламы. Теперь направление их деятельности понятно – это давление на “Газпром”. – Насколько сильно могут быть подорваны ваши позиции, если государство серьезно надавит на вашего акционера Вяхирева? – Ну конечно, на Вяхирева можно повлиять. Рем Иванович уже сделал публичное заявление, что он не согласен с нашим освещением чеченской войны. Зная Рема Ивановича как нашего акционера с 1996 года, я просто в страшном сне не могу придумать, чтобы он сам, без давления из Кремля, сделал такое заявление. Но наши отношения с “Газпромом” не основываются только на доброй воле Вяхирева. Это система строго выстроенных юридических отношений. Поэтому поставить НТВ под контроль с помощью “Газпрома” нельзя. Весь вопрос в том, понимают ли они уже, что их кавалерийская атака (я имею в виду 11 мая) захлебнулась? Если да, то опять жди давления на “Газпром”. А если нет – будет повторение 11 мая. А в остальном- у них искаженно преувеличенное представление о нашей задолженности. Безусловно, под давлением Кремля мы можем попасть в грандиозную судебную тяжбу, в ходе которой нас постараются обанкротить. Но я могу сказать с уверенностью: в рамках закона установить контроль над телекомпанией НТВ не-воз-мож-но. Отрадно другое – то, что происходит, абсолютно не отпугивает инвесторов. Они как вели с нами переговоры о приобретении долей в наших компаниях, так и ведут. Но наша позиция прежняя: рекламный рынок сейчас стоит низко, поэтому мы не заинтересованы в продаже больших долей. А добьются они только одного, что значительной долей российской компании “Медиа-Мост” или НТВ будут владеть иностранные инвесторы. А потом я посмотрю, как они с этими зарубежными инвесторами будут бодаться! – Ходят слухи, что у вашей службы безопасности был какой-то материал на Путина, что вы слишком глубоко вторглись в его личную жизнь и что все дело именно в этом. Это правда? – Нет, неправда. – А то, что у вас готовился какой-то компромат на Патрушева и акция 11 мая стала упреждающим ударом? – Нет, у нас просто ведется достаточно много журналистских расследований… – В какой точке, по-вашему, возможно примирение “Медиа-Моста” с Путаным? – Что значит “примирение” – мы с ним и не ссорились. Он у нас – президент, наши СМИ освещают его деятельность. Еще раз повторяю: та акция, которая была осуществлена 11 мая, с моей точки зрения, ошибка. Кто принимал решение, я не знаю. Если он лично давал зеленый свет, то, значит, ошибку совершил лично он. А самый главный вывод, который можно сделать из ошибки,- ее не нужно повторять. [Елена Трегубова ЪВ 23.05.00] БУДУТ ЛИ СОЖЖЕНЫ МОСТЫ Если уж что-то делать с помощью автоматов с глушителями, то профессионально. А не как всегда Защищая структуры холдинга “Медиа-Мост” с первого дня “наезда”, даже мне, не искушенному в политических интригах ремесленнику-адвокату, становится очевидной вся задуманная интрига с обузданием “непокорного” “МОСТа”. Но остановиться хотелось бы на сугубо процессуальных вехах проведенного спецмероприятия. Задумав полномасштабную операцию “по выявлению и пресечению противоправной деятельности” “МОСТовых” структур с привлечением всех имеющихся сил и средств государственной машины подавления инакомыслящих и свободолюбивых, руководители правоохранительных структур бросились наперебой доказывать свою лояльность к новой власти и демонстрировать всю свою следственную и оперативную мощь независимо от отсутствия признаков состава преступления. Первым в действие вступили силы оперативного состава ФСБ, которые в лучших традициях славного контрразведывательного ведомства молниеносно ворвались в здания и помещения холдинга, оккупировав все этажи и подвалы. Пораженные сотрудники были вытеснены со своей территории и подавлены мощью и напором устрашающего вида бойцов невидимого (в смысле лиц) фронта. Вид штурмового автомата с глушителем заставляет о многом задуматься, например о том, что говорят этим бойцам инструкция и наставление по стрелковому делу относительно использования оружия с глушителем. Наверное, что-то типа “использование средств поражения, снабженных механизмами бесшумного боя, позволяет вести точный огонь на поражение в ближнем бою при скоплении значительного числа лиц, оставаясь практически незаметным, нанося противнику ошеломляющие удары и уничтожая его живую силу, пользуясь эффектом внезапности”. Выяснилось: весь этот “маскарад” оперативников, вооруженных оружием с глушителями, был предназначен для молоденьких секретарш подразделений холдинга (все отдают должное вкусу Владимира Александровича в части подбора женского персонала, даже бойцы, штурмовавшие здание, оценили этот факт и просто-таки не хотели покидать Б. Палашевский переулок). Тем не менее в первые минуты штурма, выполняя четкие инструкции, автоматчики и оперативники ФСБ сгоняли хрупких дамочек в одну кучу, расставляя затем с поднятыми руками вдоль стен (хорошо еще, что личным обыском не занялись). Очистив все помещения, оперативники выполнили какие-то свои, только им ведомые инструктивные указания и то ли что-то откуда-то унесли, то ли что-то где-то добавили. Это никому не ведомо, поскольку осмотр, обыск осуществляются исключительно в присутствии владельца помещения, понятых и с составлением протокола. Что, собственно говоря, и началось спустя полчаса, когда уже все полученные доказательства потеряли в дальнейшем свою доказательственную силу из-за нарушения конституционного принципа “доказательства, полученные с нарушением закона, теряют свою силу”. Посему все остальные следственные действия были бессмысленны и обесценены с точки зрения получения и фиксации каких-либо доказательств. Следователи демонстрировали явное незнание (или нежелание) того, как, где и у кого добывать доказательства, необходимые для разрешения поставленных перед ними Генеральной прокуратурой задач. Большинство оперативно-следственных работников воспринимали словосочетание “Группа МОСТ” как некое тайное сообщество всевозможных “мостоструктур”, на самом деле 000 “Группа МОСТ” – это небольшое предприятие, занимающее три кабинета в многоэтажном доме и осуществляющее деятельность по поддержанию жизнеспособности зданий холдинга, то есть тепло-, водо-, энергоснабжение и ремонт. Когда заблуждение следователей начало проясняться, они в спешном порядке поменяли постановление на обыск во всех помещениях холдинга. Но и это были в тот момент абсолютно бессмысленные действия, поскольку с самого начала штурма – обыска – все процессуальные нормы оказались нарушенными и результаты обыска потеряли свое доказательственное значение благодаря оперативным действиям сотрудников ФСБ, “проверивших” обыскиваемые помещения без участия понятых и составления протоколов. На Переяславке, где я провел этот памятный день, старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Сергей Евстафьевич Диптицкий сразу же обозначил классовую разницу между собой и “подследственными”. На мою просьбу: “Господин следовали, представьтесь, пожалуйста”, он ответил: “Я вам здесь не господин, это вы – господа. Ездите на “Мерседесах”, воруете миллионы, господа. А я вам здесь – товарищ!” Удалось выяснить классовую принадлежность следователя. К остальным Диптицкий претензий не имел и разрешил трудиться дальше, но автоматчиков не снял, лишь разрешил им открыть личико. Теперь никто уже не мог сказать, что их удерживали люди в масках. Вовсе нет Под масками оказались здоровые, розовощекие, жизнелюбивые лица защитников правопорядка. Но глушители они все же предусмотрительно оставили на автоматах. Мало ли что. Естественно, найти что-либо в помещении, в котором этого самого чего-либо никогда не было, сложно, но Генеральная и ФСБ выполняли четко поставленную задачу. Они знали, что найти нужно. Как говорил председатель Мао: “Трудно найти черную кошку в темной комнате, тем более, если ее там нет”. Но приказ есть приказ, а чтобы было понятно, что конкретно должны найти, генерал ФСБ Александр Александрович занялся телепортацией и телепатией, выдавая в эфир разоблачительные митинговые речи и демонстрируя предметы из музея НКВД и Интернета, где до сей поры спокойно можно выудить любую “секретную” информацию”, слитую туда доброжелателями еще в 1998 году через сайт “Коготь”. Продемонстрировав чудеса следственных действий, генерал Александр Александрович не учел, что в момент его бурного выступления с компроматом в руках, из помещений холдинга “Медиа-Мост” еще не были вынесены ни одна бумага или дискета, да и вовсе не были похожими на “компромат” генерала. К тому же и следственное управление Генеральной прокуратуры отреагировало, и ст. следователь по особо важным делам Владимир Данилов – руководитель следственной группы по “МОСТу” на голубом глазу заявил: все, что показано по телевизору, получено не от следствия и не из материала дела по “МОСТу”. Отработав и подтвердив свою преданность, ФСБ и Генеральная прокуратура уступили место ВД. 19 мая с утра семеро сотрудников управления по лицензированию и контролю за частной детективной и охранной деятельностью ГУВД Москвы приехали в частное охранное предприятие “Мост Секьюрити Сервис”, которое с холдингом никак не связано, но занимается охраной более чем 70 объектов по Москве и области. В том числе охраняют все средства массовой информации холдинга, 30 отделений банка, сопровождают инкассаторов и контролируют безопасность работы спутника и антенн “Бонума”, через которые ведется вещание НТВ Плюс и НТВ Интернейшнл. Милиционеры дождались прибытия начальника управления лицензирования полковника Николая Иосифовича Панкратова, который, немного полукавив, все же признался, что получил указание изъять оружие и лицензию у ЧОП, чтобы парализовать боеспособность и охрану структур холдинга. Опытный оперативник, выполнив свою задачу, исчез через черный ход, где на вопрос журналиста назвался водителем. Несчастные проверяющие стыдились после этого неловкости положения. Отрицать очевидное (порядок в ЧОПе “Мост Секьюрити Сервис” был идеальный) – оружие в отличном состоянии, а документация в лучшем виде – им было неприятно “Нам бы такой порядок в отделениях”, – завидовали милиционеры, но продолжали творить беззаконие. Поскольку иначе действия, основанные на указании зам. генпрокурора Василия Васильевича Колмогорова, которое никто не видел и не показывал, не назовешь. Ибо нет в законах России такого основания для изъятия лицензии, у хозяйствующего субъекта, как “указание прокурора”. Да и обязательно указание прокурора лишь для следователя, ведущего расследование. Однако ослушаться нельзя – подтверждали шепотом милиционеры, проверявшие ЧОП, иначе преждевременная пенсия с вытекающими последствиями. Милицейский вариант практически отработан: охрана разоружена, ЧОП нейтрализован, люди лишены работы и возможности трудиться в своем охранном предприятии. Следующий этап – не за горами, подходит время отличиться налоговикам, поскольку их еще “до тела” не допустили. Но они уже готовы, Служба физзащиты налоговой полиции чистит ботинки и автоматы, наворачивает глушители и делает прорези для глаз в зимних шапочках. В воздухе висит возбуждающий шепоток: “МОСТ” брать будем”… Автор – адвокат Московской городской коллегии [Павел Астахов НГ № 21 29.05.00] Право черной маски не сработало. Суд признал обыски в офисах “Медиа-МОСТа” незаконными. Вчера Пресненский межмуниципальный суд Москвы вынес вердикт по жалобе “Медиа-МОСТа” и ряда других организаций, подвергшихся 11 мая с.г. обыскам в связи с возбужденным Генпрокуратурой РФ уголовным делом. Напомним, что в этот день люди в масках и камуфляже ворвались в здания, где расположены офисы компании “Медиа-МОСТ”, и с нарушением всех существующих законов произвели там обыски, а также выемку оборудования и документов. “Медиа-МОСТу” ничего не оставалось, как обжаловать действия налетчиков в судебном порядке. И вот вердикт: признать незаконным производство обысков в ООО “Мемонет”, частном охранном предприятии “МОСТ Секьюрити сервис” и ряде помещений ЗАО “Медиа-МОСТ”. Единственное, с чем не согласился суд, это с доводами адвоката истца Михаила Бурмистрова, утверждавшего, что правоохранительные органы в принципе не имели оснований для обысков в помещениях “Медиа-МОСТа”. Но в любом случае вчерашний прецедент можно считать маленькой революцией – пожалуй, впервые суд признал неправомерными действия руководства и Генпрокуратуры, и ФСБ. Инициаторы налета оказались в весьма щекотливом положении. Как выяснилось, люди в масках перевернули все вверх дном даже в тех организациях, которые не значились в постановлении, но располагались в том же здании. Представитель Генпрокуратуры Константин Агаджанов в суде рассуждал так: раз сидят под одной крышей, значит, “одна система”. Добавим, что по одному и тому же постановлению проводились повторные обыски, что также является грубым нарушением. Теперь незаконно изъятое, согласно решению суда, следует вернуть владельцам. Когда это произойдет, пока неизвестно. Скорее всего, ответчики попытаются сохранить лицо, обжаловав решение суда в 7-дневный срок в Мосгорсуде. “Этот вопрос мы решим, когда получим постановление суда и соответствующим образом его проанализируем”, – сказал корреспонденту “Сегодня” руководитель следственной группы Владимир Данилов. Сейчас момент для обжалования подходящий – Мосгорсуд уже длительное время после отставки председателя Зои Корневой возглавляют постоянно меняющиеся и.о. Те, кто заказывал акцию против “Медиа-МОСТа”, имеют неплохую возможность заказать и нужное судебное решение: высокий судейский пост свободен и лишь ждет сговорчивого кандидата… Адвокаты “Медиа-МОСТа” полагают, что справедливость восстановлена лишь частично. “Следующая наша задача – добиться признания необоснованности возбуждения самого уголовного дела, которое выстроено на песке”, – сказал нам Павел Астахов. [Сас Иван,С.,03.06.00] Ложный вызов. Истинные причины атаки на “Медиа-Мост”. Умение врать – наука. Умение врать красиво – уже искусство. Россиянам в этом смысле несказанно повезло. За долгие годы реформ мы умудрились досконально изучить все тонкости и прелести такого волнующего процесса, как производство лапши для ушей. Даже научились выбирать себе лидеров по одному-единственному принципу чьи сказки слаще, тот и Шоколад. Лидеры наши стараются нас не разочаровывать. Правду практически не говорят События месячной давности, похоже, могут окончательно поставить крест на квалификации лжецов в погонах Штурм холдинга “Медиа-Мост” (бесспорно, самое красочное после инаугурации президента мероприятие в России) вызвал множество вопросов. Страна гадает, что это было – попытка задушить свободу слова или защита национальных интересов? “Новая газета” провела журналистское расследование случившегося И сегодня мы готовы рассказать об истинных причинах этого “наезда”. Итак, 11 мая 2000 года. Люди в масках блокируют сразу несколько зданий, принадлежащих холдингу “Медиа-Мост”. Начинается повальный обыск. Изъятые документы (уставные, бухгалтерские) аккуратно складываются и увозятся в неизвестном направлении Несколько часов силовики хранят гробовое молчание. Наконец вбрасывается первая версия, в кабинетах холдинга оперативники ищут доказательства хищения бюджетных средств бывшим заместителем министра финансов Петровым (к слову, уголовное дело по этому факту было возбуждено еще в 1997 году и касалось махинаций с деньгами Ростовской области). Понятно, что более нелепые объяснения придумать было сложно, потому эту версию вскоре заменяют другой. Тотальной проверке якобы подверглась служба безопасности “Медиа-Моста”, чья деятельность противозаконна. Из грандиозной РК-кампании, организованной властью, можно было сделать только один вывод: охранники холдинга сегодня являются чуть ли не самой влиятельной и мощной силовой структурой Все это время под прикрытием независимых СМИ мостовские громилы занимались тем, что нарушали конституционные права и свободы россиян. Прослушивали их телефоны, собирали компромат. Кто знает, может, в эти враки и поверили бы, если бы нам не удалось найти несколько любопытных документов, подготовленных в недрах одного из правоохранительных ведомств. Собственно, основная цель и задача этого разыгранного спецслужбами маскарада, как выяснилось, была одна. Оперативникам необходимо было изъять все материалы, касающиеся взаимоотношений холдинга “Медиа-Мост” и компании “Газпром”. Особенно интересовали вдохновителей этой акции следующие вопросы. Цитирую: “Договора и иные документы, послужившие основанием для предоставления гарантии РАО “Газпром” по кредитным договорам, заключенным ЗАО “Медиа-Мост” с Сredit Suisse Financial Corp. и Сredit Suisse First Boston (Cyprus) Limited. Что являлось залогом под гарантию РАО “Газпром”. Какова стоимость залога и кто проводил его оценку. Сведения по погашению РАО “Газпром” обязательств ЗАО “Медиа-Мост” перед Сredit Suisse Financial Corp. и Сredit Suisse First Boston (Cyprus) Limited. Договора и иные документы по приобретению РАО “Газпром” акций ЗАО “ПРТ-1”. Пока мало что понятно? Чтобы объяснить причины столь живого интереса спецслужб, достаточно прочитать следующий документ. Подготовленная силовиками-аналитиками справка так и называется – “Кредитная история ЗАО “Медиа-Мост”. Вкратце суть этой аналитики такова. Еще в 1998 году “Медиа-Мост” получил у вышеназванных иностранных фирм два кредита. Гарантом сделки выступил Газпром. Причем выступил не просто так, а получив за это от холдинга адекватный залог. В общем-то обычная для подобных операций схема. Никакого криминала, все законно. Откуда же тогда столь болезненное любопытство? Да все очень просто. Дело в том, что в качестве залога “Медиа-Мост” предоставил Газпрому не что иное, как крупный пакет своих акций. А именно: 25% – ЗАО “ТНТ-Телесеть”; 25% – ЗАО “Издательство “Семь дней”; 40% – ЗАО “Медиа-Мост”. Если называть веши своими именами, вломившихся в офисы “Медиа-Моста” представителей спецслужб интересовали именно акции – и только акции – входящих в холдинг газет и телеканалов. Вернее, основания, на которых эти акции можно у “Медиа-Моста” изъять Для чего? Ответ на этот вопрос выписан в документе отдельной строкой: “Всего РАО “Газпром” использовало на покупку акций холдинга $ 597 795 278, не получив при этом никакого влияния на деятельность общества…” Вот так, коротко и ясно. Очень хочется влиять. На редакционную политику, на НТВ. К тому же надо спешить. Срок погашения последнего кредита наступает в июле следующего года. То, что “Медиа-Мост” со своими кредиторами рассчитается, сомнений не вызывает. А тогда – ни залога, ни акций, ни влияния. Сразу оговорюсь: о том, насколько успешно силовики справились с поставленными перед ними задачами, мне не известно. Удалось им добыть для высоких заказчиков требуемые документы или нет, пока сказать трудно. Но, судя по всему, объем работы был проделан колоссальный. Как нам удалось выяснить, для проведения операции были подготовлены даже специальные схемы с предварительным анализом структуры собственности холдинга “Медиа-Мост”. На них жирным шрифтом выделены фирмы, которые, по мнению спецслужб, принадлежат лично Владимиру Гусинскому (видимо, это было сделано для того, чтобы оперативники обратили на них более пристальное внимание). А если кто совсем бестолковый, то внизу под схемой имеется небольшая сносочка с прямым указанием, какие структуры холдинга необходимо блокировать в первую очередь. И даже разъясняется, почему: “для избежания продажи и увода акций ОАО “Телекомпания НТВ”. Вообще НТВ в планах спецслужб было отведено особое место. Ему даже были посвящены отдельные оперативные мероприятия, получившие (если верить документам) довольно символичное название – “проект “НТВ”. Первое упоминание о существовании оного появилось в прессе две недели назад. Дескать, за кремлевской стеной для спецслужб подготовлен специальный список вопросов и необходимых документов по этому проекту. Теперь мы можем уверенно сказать: такой список действительно есть. Согласно красующимся на нем резолюциям высокопоставленных офицеров налоговой полиции, документ этот родился через несколько дней после проведения “маски-шоу” (все резолюции датированы 16-17 мая). Состоящий из 13 пунктов вопросник скорее напоминает руководство к действию. Его авторов интересует фактически все. Позволю себе заострить ваше внимание лишь на двух абзацах. Читаем: “Пункт 3. Источники финансирования ОАО “Телекомпания НТВ” – необходимо проверить все финансовые поступления по платежным документам и по выявленным реквизитам организовать проверку фирм-плательщиков. Пункт 5. Выявить уволенных сотрудников холдинга, способных предоставить информацию по финансовым схемам и собственности, провести с ними работу”. Комментировать последнее, считаю, бессмысленно Это просто небольшая иллюстрация к современным Методам работы российских блюстителей порядка и нравственности. Что же касается пункта 3, то здесь ситуация куда более серьезная. В своем стремлении “перевоспитать” НТВ спецслужбы и их вдохновители решили устроить взбучку деловым партнерам телекомпании. Заметьте, конкретные фирмы не называются. Да это и не важно. Если сотрудничаешь с НТВ – значит, будешь наказан. Дабы впредь знал, кому помогать, а кому нет. …А есть ли во всем этом ворохе бумаг хоть что-то, касаемое деятельности службы безопасности “Медиа-Моста”, страшилками о злодеяниях которой нас пугают? Ни слова. Ни в схемах, ни в вопросниках, ни в списке оперативных мероприятий. Таким образом, все становится на свои места. Как это ни печально, но мы вынуждены констатировать: в России начался сезон охоты за независимыми СМИ. Власть четко даст понять – непокорных будем душить, А значит, впереди нас ожидает еще много потрясений и лжи. И вооруженным людям в масках предстоит много работы. Кто знает, чью “службу безопасности” им прикажут проверять завтра… [Рстаки Арсен,Н/Г.,08.06.00] Гусь. Судьба и карьера медиамагната. Владимир Александрович Гусинский, председатель Совета директоров ЗАО “Медиа-МОСТ”, председатель Российского еврейского конгресса, родился 6 октября 1952 г. в Москве, в семье, где старшее поколение попало под сталинские репрессии: дед Гусинского был расстрелян в 1937 г., бабка тогда же была арестована и отсидела 9 лет. После окончания средней школы он поступил в Московский институт нефти и газа (МИНГ) имени Губкина, но на втором курсе был отчислен за неуспеваемость. Его призвали на военную службу, которую он проходил в войсках ПВО под Белгородом Затем Гусинский вновь стал студентом МИНГ (благодаря тому что преподавателем там была его мать), но вскоре ушел оттуда. В 1975 г он поступил в Государственный институт театрального искусства на режиссерский факультет, где учился у Бориса Михайловича Равенских. Этот институт он и окончил в 1981 г.; его дипломным спектаклем стал “Тартюф” Мольера. В частных разговорах Гусинский любит подчеркивать, что всего в жизни он добился благодаря собственным талантам и энергии. Он весьма склонен демонстрировать внешние признаки своего богатства и могущества. Одно время часто посещал роскошные рестораны: “Клуб Т”, “Сирена”, “Царская охота” и т.п. Стоит отметить, что сотрудники и знакомые главы “Медиа-МОСТа” нередко называют его “Гусь” Такого рода прозвища приняты в среде олигархов, например, Бориса Березовского называют “Береза”. Как сообщалось в ряде публикаций, Гусинский приобрел много недвижимости за границей, в частности в Англии, а также в Испании. Он владеет коттеджем в элитном комплексе “Птица” в поселке Чикасово (на Рублево-Успенском шоссе), однако, как полагают, большую часть времени проводит на вилле поблизости от Марбельи (Испания). В 1996 г. приобрел четырехкомнатную квартиру на морском побережье Израиля. Гусинский женат вторым браком, у него трое сыновей. Он кавалер французского ордена Почетного легиона в номинации “За вклад в развитие культуры” (1996 г.). ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ НАКОПЛЕНИЕ. Театральное образование, несомненно, пригодилось Владимиру Гусипскому, хотя в профессиональной карьере он не достиг значительных высот. Окончив ГИТИС, он поработал некоторое время режиссером в Туле, но уже в начале 80-х гг. перебрался в Москву. В последующие годы Гусинский подвизался в основном в сфере организации культурно-массовых мероприятий: заведовал художественно-постановочной частью Международного фестиваля молодежи и студентов, был главным режиссером московских игр Доброй воли и вообще брался за любую работу подобного рода: проводил Дни культуры. Дни печати, праздники районов и т л Такая деятельность требовала не только режиссерских, но и менеджерских талантов в сугубо советском их понимании: надо было уметь договариваться, “доставать” необходимые для мероприятий аксессуары. Требовалось также умение “неформально” оперировать денежными средствами. При всем при том эта деятельность не обеспечивала стабильных доходов, а потому Гусинский подрабатывал частным извозом на своей машине По некоторым сведениям, не брезговал он и мелкими сделками с антиквариатом и т.п. В 1986 г Владимир Гусинский с товарищем создал кооператив под названием “Металл”. Они занимались производством женских украшений, строительством металлических гаражей. В 1987 г. при активном участии Гусинского был организован новый кооператив. Будущий медиамагнат и его партнеры осваивали технологию специального литья из меди, получили первую лицензию на внешнеэкономическую деятельность. Именно в 1987 г. началось тесное сотрудничество Владимира Гусинского с Юрием Лужковым, который в то время занимая пост заместителя председателя Мосгорисполкома, отвечал за развитие кооперации в Москве. Молодой, энергичный предприниматель, имевший через свои родственные и деловые связи выходы на различных “деловых людей” еще до перестройки и располагавший обширными связями в среде номенклатуры среднего уровня привлек внимание будущего мэра своей хваткой и талантом “чувствовать время”. В 1988 г. Гусинский создал консультационно-информационный кооператив “Инфакс”, который специализировался на консультациях в сфере права, финансов, бизнеса, а также занимался политическим анализом по заказу клиентов, в основном иностранных, операциями с недвижимостью и т.п. В значительной мере это была посредническая деятельность по налаживанию самых разнообразных связей между представителями зарождающегося частного бизнеса и начальниками различных уровней. Совместное предприятие “МОСТ” было создано в 1989 г. на паритетных началах с солидной американской фирмой “Арнольд и Портер”. Этот шаг Гусинского был вполне оправдан – СП предоставлялись налоговые льготы. Позже, когда срок этих льгот истек, необходимость в иностранных участниках отпала, и через год Гусинский выкупил долю у американцев и стал полноправным хозяином дела, быстро набиравшего обороты. На базе этой компании в 1989 г. возник и акционерный коммерческий “МОСТ-банк”, президентом которого также стал Гусинский. В 1992 г. был образован холдинг АО группа “МОСТ”, в котором объединились 42 предприятия, подконтрольных Гусинскому. Благодаря “особым” отношениям с московскими властями “МОСТ” успешно внедрился в строительный бизнес, а также занялся производством стройматериалов, операциями с недвижимостью и т.д. Как указывалось в СМИ (в частности, в аналитических материалах интернет-сайта “Компромат.Ру”, основанных на публикациях разных лет), группе “МОСТ” доставалась самая престижная московская недвижимость, которая оценивалась по остаточной стоимости. Так, в 1992 г. “МОСТу” были переданы на правах собственности 7 зданий общей площадью 70 298 кв. м. Это позволило группе активно заняться риэлторской деятельностью. На одной только сдаче офисов в аренду Гусинский мог, не прилагая особых усилии, “зарабатывать” несколько миллионов долларов в год. Владимир Гусинский производит впечатление человека безмерно самоуверенного. Как он сам признается, от “дискомфорта” по поводу пресловутого “пятого пункта” он избавился еще в детстве, когда якобы кого-то побил ржавой трубой за обидные слова. Вместе с тем еще в самом начале 90-х гг , едва достигнув высокого положения в бизнесе, Гусинский уделял исключительное внимание вопросам обеспечения личной безопасности Численный состав и оснащенность службы безопасности “МОСТа” издавна вызывали многочисленные пересуды, были предметом зависти (и подражания) многих начинающих олигархов и объектом постоянного раздражения для официальных охранных структур. Не исключено, что “крутизна” охраны необходима Гусинскому так же, и как символ превосходства – не только над подобными ему новобогачами, но и нал представителями правоохранительных органов. Ибо на ранних стадиях своей жизненной карьеры Гусинский, по некоторым сведениям, испытал немало неприятных эпизодов и унижений. РОЖДЕНИЕ МЕДИАИМПЕРИИ. В начале лета 1992 г., на вечеринке по случаю новоселья, у московского корреспондента газеты “Лос-Анджелес Таймс” Кэри Голдберг собралось десятка три московских журналистов. Больше всего было сотрудников “НГ”. Обсуждался уход из “Независимой” Михаила Леонтьева, заведующего отделом экономики. Говорилось, что Леонтьев хотел в крайне резкой форме ответить в “НГ” на статью Юрия Щекочихина “Страх” в “Литературной газете”, где финансовая группа Владимира Гусинского “МОСТ” была названа грандиозной мафиозной структурой, скупившей треть Москвы. Леонтьев же считал Гусинского наиболее честным и перспективным бизнесменом, а Щекочихина – журналистом, работающим по недостоверным и тенденциозным источникам. Главный редактор “НГ”, по словам Леонтьева, был о Щекочихине другого мнения. На этом и разошлись. Вскоре на вечеринке появился и сам Леонтьев. Приняв несколько рюмок водки, он с места в карьер стал уговаривать сотрудников “НГ” уйти из газеты и создать новую. “Гусь уже дал согласие и деньги, подыскивается помещение”, – говорил будущий первый заместитель главного редактора газеты “Сегодня”. Большинство сотрудников “НГ” отвечали приблизительно так: мы не против, но только тогда, когда новая газета станет реальностью. Реальностью газета “Сегодня” стала 23 февраля 1993 г. Редакция расположилась на трех этажах бывшего общежития Высшей партийной школы на Миусской площади. В кабинетах были установлены новейшие компьютеры “Макинтош”, а сотрудники, даже самые рядовые, получали самые высокие в Москве журналистские зарплаты. Все, кого уговаривал Михаил Леонтьев, оказались в новой газете на руководящих должностях. В то время МОСТ-банк был на подъеме, поскольку Владимир Гусинский дружил с тогдашним министром финансов Борисом Федоровым. Он сделал банк Гусинского уполномоченным банком правительства РФ и агентом по продаже “золотых” сертификатов Минфина. Тогда же “МОСТ” получил и триллионный кредит госкомпании “Росвооружение”, одного из своих клиентов. По словам Михаила Леонтьева, газета “Сегодня” создавалась как “газета влияния”, прибыли от нее не предполагалось. Насколько известно, Гусинский относился к такому подходу довольно критически. Хорошо понимая ценность “влияния”, он хотел вкладывать деньги в СМИ и для получения прибыли. И, обильно финансируя “Сегодня”, стал создавать другие СМИ. Для создания медиаимперии денег требовалось очень много. В начале 1993 г. была создана телекомпания НТВ. Деньги в нее вложили банки “Столичный” и “Национальный кредит”, а также, как пишет Коржаков в своей книге, Национальный фонд спорта. НФС возглавлял тогда Шамиль Тарпищев, друг Коржакова и приятель Ельцина. Благодаря этим связям фонд получил ряд таможенных льгот. Главная из них – разрешение на беспошлинный ввоз в Россию табака и спиртных напитков. Эти гигантские прибыли и вкладывались поначалу в развитие НТВ. В октябре 1993 г. НТВ начало вещание на пятом канале Санкт-Петербурга. В конце 1993 г. МОСТ-банк предложил кредитную линию популярной радиостанции “Эхо Москвы” – в обмен на 51% акций. В январе 1994 г. НТВ перешло на четвертый общероссийский канал. Почти год все шло нормально. Затем между Гусинским и Тарпищевым начались какие-то разногласия. Александр Коржаков пишет об этом так: “Когда образовалось НТВ, Березовский потратил массу сил, чтобы канал закрыли. Мы же с Илюшиным, наоборот, помогали создавать НТВ. Я, например, старался из-за Тарпищева – Шамиль мечтал, чтобы НТВ хотя бы несколько часов посвящало спорту. Гусинский же, быстро оценив прелести собственного телеканала, вытеснил всех “посторонних” из состава учредителей, в том числе и Спорткомитет”. Истинные причины разрыва между Гусинским и Тарпищевым гораздо сложнее. Однако в итоге Гусинский приобрел в лице Тарпищева “заклятого врага”. В лице Коржакова, видимо, тоже. Бывший глава службы безопасности президента РФ во всех начавшихся тогда неприятностях Гусинского обвиняет Бориса Березовского. По его словам, именно Березовский через Татьяну Дьяченко создал в глазах Ельцина негативный образ “Гуся”. Коржаков пишет, что однажды за обедом Ельцин обратился к нему и тогдашнему главе ФСК Михаилу Барсукову с гневной тирадой: “Почему вы не можете справиться с каким-то Гусинским?! Что он вытворяет?! Почему везде разъезжает?! На него все жалуются, и семья тоже. Сколько раз случалось, что Таня или Наина едут, а им перекрывают дорогу из-за этого Гусинского. Его НТВ распоясалось, ведет себя нахально. Я вам приказываю: разберитесь с ним”. “Эта тирада означала, что Березовский отыскал верную дорогу к ушам Ельцина”, – заключает Коржаков и рассказывает далее, как 2 декабря 1994 г. он организовал известную операцию по “укладыванию мордой в снег” сотрудников службы безопасности Гусинского у здания московской мэрии на Новом Арбате. Заступился тогда за Гусинского глава управления ФСК по Москве и Московской области Евгений Савостьянов. В свое время он работал в аппарате знаменитой Межрегиональной депутатской группы и был в прекрасных отношениях с Гавриилом Поповым. И, соответственно, с вице-мэром Москвы Юрием Лужковым. За помощь Гусинскому Савостьянов был снят. А глава “МОСТа” на пять месяцев “эмигрировал” в Лондон. Меньше чем за год до этого главный офис “МОСТа” разместился в здании московской мэрии на Новом Арбате. У мэрии новые помещения появились после разгона многолюдного Моссовета, который фактически поддержал Руслана Хасбулатова в октябре 1993 г. Тогда же начались резкие антисемитские нападки на Гусинского. В статьях газеты “Завтра” он упоминался среди тех, кто “развязал братоубийственную бойню” у Белого дома. Говорилось также, что через “МОСТ”, благодаря дружбе Гусинского с Юрием Лужковым, проходят все триллионные платежи по городскому бюджету, с каждого из которых банк оставляет себе 3-4%. Гусинский подал в суд два иска о защите чести и достоинства. И вскоре выиграл их. Между тем в марте 1994-го МОСТ-банк получил подтверждение статуса уполномоченного банка правительства Москвы, а сам Гусинский стал председателем Совета представителей уполномоченных банков. “МОСТу” были переданы счета по исполнению бюджета Москвы почти двадцати бюджетных и муниципальных учреждений, московских внебюджетных организаций и фондов. Через три месяца на Гусинского “напала” уже влиятельная международная газета “Тhе Wall Street Journal Europe”. В статье старшего исполнителя в Американском совете по внешней политике Майкла Уоллера делался акцент на том, что аналитический отдел “МОСТа” возглавляет бывший первый заместитель председателя КГБ Филипп Бобков, “прославившийся” своей борьбой с инакомыслящими. И вместе с ним у Гусинского работает еще полсотни бывших высокопоставленных сотрудников КГБ. Уоллер делал вывод, что работа группы “МОСТ” – “самый крупный и наиболее явный симптом нового влияния чекистов”. Гусинский подал судебный иск на издателя и выиграл его. Высший Королевский суд Великобритании обязал газету опубликовать извинения. Приблизительно в то же время, 11 октября 1994 г., случился “черный вторник”. Совет безопасности РФ возложил всю ответственность за обвал рубля на коммерческие банки. И прежде всего на МОСТ-банк, Альфа-банк, Нефтехимбанк и Межкомбанк. СБ возглавлял тогда Олег Лобов – главная мишень СМИ Гусинского. Лобова обвиняли в связях с сектой “Аум Синрикё”, полной экономической бездарности и массе других грехов. Газета “Сегодня” даже ввела по отношению к нему уничижительный термин “экономическая лоботомия”. Почти открыто смеялись СМ И Гусинского и над тогдашним председателем верхней палаты парламента Владимиром Шумейко. Тот, в свою очередь, заявил на совещании руководителей органов законодательной власти субъектов Федерации, что МОСТ-банк заработал на обвальном падении рубля 14 млн. долл. В решении СБ предлагалось тогда лишить упомянутые банки валютных лицензий. Владимир Гусинский ответил, что отстаивать свои права он будет в независимом арбитражном суде. Решение СБ так и осталось бумажкой. А про Шумейко по Москве пошел слух, что он “домогался интимной близости” у Татьяны Дьяченко. Слух этот хотел было опубликовать глава холдинга “Совершенно секретно” Артем Боровик, но даже он в последний момент испугался. Однако информация свое дело сделала. После декабрьских столкновений между СБ президента и службой безопасности “МОСТа” счета департамента финансов Москвы были переведены из него в ГУ ЦБ по Москве. Отношения Гусинского с Кремлем стали беспокоить Юрия Лужкова. Кроме того, все большую силу набирал еще один олигарх – глава АФК “Система” Владимир Евтушенков, женатый на сестре жены Юрия Лужкова. И в январе 1995 г. мэр Москвы подписал распоряжение о создании Московского муниципального банка (Банк Москвы) и о постепенном переводе туда счетов московского бюджета Валютный баланс МОСТ-банка составлял тогда 2,3 трлн. руб. Однако в Москве заговорили, что после потери бюджетных счетов у банка серьезнейшие проблемы. А Юрий Лужков все больше внимания стал уделять Инкомбанку и банку МЕНАТЕП. В марте 1995-го “наступление” на Гусинского пошло полным фронтом. На заседании Госдумы Станислав Говорухин заявил, что в “МОСТе” хранились деньги Джохара Дудаева и его бандформирований. Говорухин ссылался на слова генерала Анатолия Куликова в интервью газете “Завтра”. В те же дни правительственная “Российская газета” опубликовала статью заместителя главного редактора газеты Владимира Климова против Гусинского “Под снегом только грязь”. В ней приводились “мошеннические” истории 1985-1986 гг., связанные с Гусинским, и намекалось на его “неформальные” отношения с мэром Москвы. В январе 1996 г. Гусинский финансировал создание Российского еврейского конгресса и был избран его президентом. ГОЛОСУЙ, И … Между тем срок первого президентства Бориса Ельцина подходил к концу Воина в Чечне, с резкой критикой которой выступала в первую очередь телекомпания НТВ, вконец подорвала популярность Президента, и его шансы быть избранным на новый срок были минимальными Так называемые олигархи были крайне обеспокоены возможностью победы Геннадия Зюганова. И в марте случилось почти невозможное: на международном экономическом форуме в Давосе Гусинский помирился с Борисом Березовским, и они решили создать группу влиятельных предпринимателей для поддержки Бориса Ельцина на предстоящих выборах. Сразу после Давоса Владимир Гусинский, Борис Березовский, Владимир Потанин, Александр Смоленский, Михаил Ходорковский, Михаил Фридман и Петр Авен были приняты президентом России (“семибанкирщина”) В результате переговоров была создана аналитическая группа во главе с Анатолием Чубайсом при избирательном штабе Ельцина. Довольно быстро команда Чубайса отстранила от работы руководителя предвыборного штаба, первого вице-премьера правительства Олега Сосковца – близкого друга Алексанра Коржакова. Знаменитая кампания “Голосуй, или проиграешь!” была проведена именно штабом банкиров. Поздно вечером 19 июня НТВ прервало свои регулярные передачи и на экране появился взволнованный Евгений Киселев. В прямом эфире он заявил, что произошла гигантская провокация против Бориса Ельцина: в Белом доме арестованы представители его предвыборного штаба во главе с Аркадием Евстафьевым и Сергеем Лисовским. Как выяснилось на следующий день, они были арестованы с коробкой из-под ксерокса, в которой было 500 тыс. долл. наличными. Киселев появлялся на экране НТВ еще несколько раз и часа в два ночи 20-го объявил о назначенной на утро пресс-конференции представителей предвыборного штаба Ельцина в гостинице “Рэдиссон-Славянская”. Всю ночь московские журналисты перезванивались между собой и обсуждали события в Белом доме. Утором на пресс-конференцию собралось около двухсот журналистов. Организовывал ее вице-президент “МОСТа” Сергей Зверев. Говорилось о провокации против демократии и о том, что сейчас руководителей штаба принимает Борис Ельцин. После полудня в зал стремительно вошел Анатолий Чубайс и заявил, что Ельцин уволил Коржакова, Барсукова и Сосковца. Борис Ельцин на выборах победил. 25 июля 1996 г. Владимир Гусинский получил благодарность за активное участие в организации и проведении выборной кампании за номером 396-рп. А в октябре он стал членом Совета по банковской деятельности при правительстве РФ. В конце 1996-го газета “Сегодня” неожиданно для многих опубликовала информацию, что Лужков якобы подготовил указ об освобождении ЗИЛа от налогов и долгов. Газета “Коммерсант-дейли” сообщила о намерении Лужкова обратиться в суд с иском к “Сегодня” и подчеркнула, что финансируется она “МОСТом”. 27 января 1997 г. Гусинский сложил с себя полномочия генерального директора “Группы “МОСТ” и президента “МОСТ-банка” и стал президентом ЗАО “Медиа-МОСТ”. Кресло президента банка занял старый друг Гусинского Борис Хаит, у которого “сложились хорошие отношения с московским мэром”. Журнал “Итоги” стал из номера в номер публиковать книгу Юрия Лужкова “Мы дети твои, Москва”. И уже летом ситуация меняется – счета Московского метрополитена были переведены из Монтажспецбанка в МОСТ-банк. Остались в нем и счета московского департамента образования и комитета по культуре. В это же время случился и еще один скандал: была опубликована информация о средствах Анатолия Чубайса на счетах МОСТ-банка Автор публикации, журналистка Елена Эриксен, заявила, что копии выписок о движении денег Чубайса ей предоставили друзья-бизнесмены, которые некогда занимались с Чубайсом приватизацией и были им обмануты. “Коммерсант-дейли” озвучил тогда и другую версию: больше, чем Чубайсу, хотели испортить репутацию МОСТ-банку, чья служба безопасности считалась самой серьезной в России. Елена Эриксен вскоре удостоилась готовить к печати скандальное интервью Александра Коржакова для журнала “Лица” пол многозначительным заголовком “Березовский просил меня убить Гусинского”. Интервью это и вся последовавшая за ним шумиха настолько обидели Гусинского, что, когда через год владелец “Лиц” Артем Боровик попросил его на переговорах в Америке вложить деньги в журнал, Гусинский потребовал немедленно уволить Эриксен, что Боровик тут же и сделал по телефону Вслед за Эриксен ушла и вся редакция “Лиц”. Но денег от Гусинского Боровик так и не получил. Эта публикация вновь поссорила Гусинского с Березовским и рядом других банкиров. Но еще незадолго до нее отношения олигархов были прекрасными. Борис Березовский якобы помогал Гусинскому готовиться “к борьбе” за “Связьинвест”, который он якобы обещал помочь приобрести Гусинскому – за помощь в подготовке выборов Ельцина. Летом 1997 г. Гусинский привлек на Западе кредиты, чтобы участвовать в конкурсе по продаже 25% акций этой компании. Но конкурс выиграла кипрская фирма “Mustcom”, представлявшая интересы нескольких российских и иностранных компаний во главе ОНЭКСИМбанком. И закончилось все крупным скандалом. Глава ОНЭКСИМа Владимир Потанин заявил, что незадолго до проведения конкурса у него состоялась встреча с Анатолием Чубайсом, Борисом Березовским и Владимиром Гусинским. Последние предложили ему не вступать в борьбу за “Связьинвест”, чтобы приобрести его “практически по стартовой стоимости”. После этого заявления Гусинский обратился с иском в суд о защите чести и достоинства. Но в сентябре дело было прекращено по мировому соглашению Потанина и Гусинского. А осенью начался гигантский скандал с подготовкой показа по НТВ скандально известного фильма Мартина Скорцезе “Последнее искушение Христа”. Многочисленные публикации в прессе и даже митинги и демонстрации протеста у Останкино Гусинского не остановили. Дело кончилось тем, что Патриарх Московский и всея Руси Алексий 11 лично звонил Ельцину и Лужкову с жалобами на Гусинского. Священники московских храмов призвали прихожан забирать свои деньги из МОСТ-банка и осудили НТВ. Появилась и информация о том, что правительство Москвы все свои деньги переводит в Банк Москвы. Некоторые наблюдатели увязывают гнев РПЦ еще и с кампанией в СМИ против ее таможенных привилегий по ввозу табака и спиртных напитков. Руководство Церкви предпринимало усилия, чтобы эти публикации не появлялись. Но скандал все-таки случился с предприятием РПЦ “Софрино”, которому пришлось вернуть таможне несколько миллионов долларов. В то время Гусинский довольно активно укреплял свои связи с некоторыми людьми в руководстве ГТК. Многие увязывают с показом фильма Скорцезе и неприятности, начавшиеся у Гусинского по вопросам льгот, предоставленных холдингу “Медиа-МОСТ” в ретрансляции телевизионного сигнала НТВ и НТВ+. “Комсомольская правда” напечатала статью о фирме “Бонум-1”, технически обслуживающей ретрансляцию спутникового телесигнала НТВ+, под красноречивым заголовком “Черномырдин хотел как лучше Гусинскому”. Суд опроверг изложенные в статье сведения. А в декабре 1997 г. Государственный антимонопольный комитет выпустил предписание для Госкомсвязи РФ брать с “Медиа-МОСТа” деньги за ретрансляцию его телевизионного сигнала по коммерческим ставкам, а не по государственным, как это было раньше. НТВ заявило, что будет отстаивать свои права в суде. ГАК пригрозил Госкомсвязи гигантскими штрафами. Но в январе 1998-го Арбитражный суд Москвы вынес решение в пользу НТВ. А 21 января Ельцин еще раз отблагодарил Гусинского за участие в подготовке своей победы на выборах. Он подписал указ о внесении изменений и дополнений в Указ 1995 г. “О совершенствовании телерадиовещания в РФ”. Там было сказано, что “общероссийскими телерадиовещательными организациями, вещающими на территории более чем половины субъектов РФ, являются ВГТРК, ОРТ и телевещательная компания “Петербург – 5-й канал”. Ельцин добавил к этому списку и НТВ. Осенью 1997 г. Владимир Гусинский уволил всю редакцию газеты “Сегодня”. Но окончательно отношения с “Гусем” порвал только “двигатель” создания первого медиа-детища Гусинского Михаил Леонтьев. Главный редактор “Сегодня” Дмитрий Остальский стал советником Гусинского “по СМИ”, а в дальнейшем и его пресс-секретарем. Родной брат Остальского -Андрей сейчас работает в Лондоне начальником информационных программ русской службы Би-би-си. И, видимо, не случайно, что вечером в день ареста Гусинского НТВ, говоря о реакции западных средств массовой информации, начинало свой обзор со слов: “Информация об этом событии появилась на сайте русской службы Би-би-си через полчаса после ареста”. НЕВЕРНАЯ СТАВКА? В начале 1999 г., когда политики России стали серьезно готовиться к новым президентским выборам, а отношения Кремля с Юрием Лужковым окончательно испортились, Гусинский вновь близко сошелся с Лужковым, и НТВ стало активно поддерживать “Отечество”. Однако Юрий Лужков не стал “класть все яйца в одну корзину”. Совместно со своим шурином Владимиром Евтушенковым он активно строил свой медиахолдинг. АФК “Система” начала создавать и покупать газеты в дополнение к телеканалу МТК. Начала выходить многотиражная бесплатная газета “Метро”, была куплена “Литературная газета” и воссоздана газета “Россiя”, шли долгие переговоры о покупке популярной молодежной петербургской газеты “Смена”. Велись активные переговоры даже о покупке десятка популярных и прибыльных компьютерных журналов издательского дома “Открытые системы”. Эту часть холдинга планировалось сделать тем элементом, каким является в холдинге Гусинского созданный в начале 1996 г. крайне прибыльный журнал “7 дней”, покрывающий расходы на газету “Сегодня”. Удовлетворенный успехом “7 дней”, Гусинский через год создал еще и толстый иллюстрированный журнал “Караван историй”. Но из-за постоянных проблем Евтушенкова с руководителями холдинга медиаимперия Лужкова пребывает до сих пор в зачаточном состоянии. В маргинальном состоянии остается и МТК. В июне 1998 г. дочерние организации “Медиа-МОСТа” учредили две РМ-радиостанции – “Спорт-РМ” и “До-радио”, приобрели долю акций популярной РМ-станции “Радио “Деловая волна”. Вскоре РДВ перешло в собственность Гусинского. Через некоторое время на РМ появилась и “лужковская” станция “Говорит Москва”, которую до сих мало кто знает. Поэтому реальную помощь в раскрутке “Отечества” оказывают только НТВ и медиахолдинг покойного Артема Боровика “Совершенно секретно”. Неудача “Отечества” на парламентских выборах и досрочная отставка Ельцина внесли сумятицу среди сторонников Лужкова. После избрания Путина Лужков резко снизил свою политическую активность. И только Гусинский остался в резкой оппозиции к Кремлю. В конце 1999 г. он захватил еще одно информационное пространство – в Интернете. Компания “Мемонет” открывает множество сайтов: информационных, развлекательных, профессиональных и рекламных. С помощью запушенного ранее спутника “Бонум 1”, транслировавшего сигналы НТВ+, компания “НТВ-интернет” обеспечивает пользователей скоростным доступом во всемирную “паутину”. В начале этого года Гусинский приступил к созданию крупного Интернет-холдинга в Израиле совместно с ведущей телекоммуникационной израильской компанией “Безек”. На следующий день после ареста Гусинского популярный в Интернете сайт lеntа.ru опубликовал “важнейшую новость дня” – открытие сайта mediamost.ru – под заголовком “Ответный удар империи”. НЕОЖИДАННЫЙ ПОВОРО.Т Между тем похоже, что антикремлевская активность Гусинского уже немного тяготит Лужкова, а активность на рынке СМИ – тяготит близких ему и его семье людей. На скандальном интернетовском сайте ПЬ-ги, редакция которого расположена на одном из этажей здания “Литературной газеты”, после известных событий в офисах “МОСТа” появились “эксклюзивы”: “Справка о зарплатах сотрудников СБ группы “МОСТ” и “Схема штатного расписания СБ группы “МОСТ”. А в ночь после ареста Владимира Гусинского flb.ru “вывесил” помеченные 13 июня материалы “Арест олигарха” и “Хроника наездов на “МОСТ”. Хронику предваряет цитата – якобы высказывание Владимира Гусинского: “У каждого финансового института нет друзей, нет врагов – есть временные союзники и временные конкуренты. Проходит время, и все меняется”. В заметке же “Арест олигарха” редакция flb.ru заявляет, что “располагает эксклюзивной информацией”, что Гусинский в последние годы активно участвовал в переделе бензинового рынка Москвы, объем которого, по самым скромным подсчетам, составляет 5 млрд. долл., за что и мог пострадать. Далее редакция пишет, что делили этот рынок теневые олигархи. В том числе Хорхе Портилья-Сумина, уроженец Москвы, а ныне гражданин Мексики. И далее публикует “прослушки” разговоров Гусинского и вице-президента МОСТ-банка Джаванфара Замани с Хорхе. В итоге получается неожиданная версия ареста Гусинского: “Свобода слова – это, конечно, важно, но когда речь идет о перераспределении бензиновых миллиардов – здесь все средства хороши. Устранить физически Гусинского и тем самым вывести из бензиновой игры серьезную фигуру никто бы не решился (печальный пример убийства Листьева при переделе рынка телерекламы всех многому научил), но вот упечь медиа-магната на нары, чтобы стал посговорчивее, – это милое дело”. ФИНАНСОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ. Занявшись медиа-бизнесом, Гусинский неоднократно заявлял, что ставит целью лишь получение прибыли. В 1996 г. эта позиция “несгибаемого – прагматизма” позволила сделать неплохие деньги на президентской избирательной кампании. А после победы Ельцина “Медиа-МОСТ” в течение некоторого времени пользовался благоволением верховной власти. Именно в этот период были получены льготные кредиты Внешэкономбанка (которые затем регулярно пролонгировались). “Газпром” на весьма выгодных для “МОСТа” условиях приобрел часть акций холдинга; в дальнейшем отечественный газовый монополист стал поручителем по обязательствам “МОСТа” перед иностранными кредиторами на сотни миллионов долларов (в дальнейшем это поручительство дорого обошлось самому “Газпрому”). Однако высокозатратные проекты “МОСТа” оказались практически неокупаемыми после августовского дефолта 1998 г., когда резко снизилась прибыльность рекламного бизнеса, а возможности подпитки холдинга за счет прочих его структур были исчерпаны. Видимо, и поэтому в 1999 г. Гусинский вынужден был вновь активно войти в политику. Он явно рассчитывал сыграть “на победителя”, сделав ставку на политический тандем Лужков – Примаков. В случае выигрыша все финансовые проблемы “Медиа-МОСТа” исчезли бы. Но расчет оказался неверен, и к концу 1999 г. “МОСТ” оказался в удручающем положении. Кредиторы требовали возврата долгов, прежние алгоритмы договоренностей об отсрочках не срабатывали, а в конкурирующих СМИ начинались ехидные рассуждения насчет того, кому и как Гусинский вынужден будет передать контроль над НТВ. Но НТВ не было отдано ни “Газпрому”, ни другим кредиторам. Вместо этого хозяева “Медиа-МОСТа” каким-то непостижимым образом стали выплачивать очередные платежи по старым займам, хотя конъюнктура информационного и рекламного бизнеса оставалась отнюдь не блестящей. На рубеже 1999-2000 гг. внутриполитическая ситуация в России стабилизировалась, поскольку вопрос о власти был решен еще до президентских выборов. Но, как будто не замечая этого, медиаструктуры Гусинского продолжали “информационную войну”, сделав основным ее фронтиром Чечню, главной целью и мишенью своих атак – политику верховной российской власти в кавказских и иных делах. Неизвестно, кто первым вбросил в информпространство версию о причастности российских спецслужб к взрывам в Москве и Волгодонске. Но только после умелой раскрутки этого сюжета в СМИ “Медиа-МОСТа” соответствующее толкование произошедших трагедий стало доминировать на Западе, и для дипломатов это уже превратилось в серьезнейшую помеху при объяснении действий России. В итоге медиа-холдинг Гусинского стал восприниматься в качестве “главного внутреннего врага” не только среди дремучих маргинал-патриотов, но и в достаточно широком кругу функционеров действующей власти. [Головков Александр,Нехорошев Григорий,Н/Г.,16.06.00] Нет дракона в своем отечестве. Но он уже появляется в головах многих соотечественников. В минувшую пятницу Пресненский межмуниципальный суд признал незаконными обыски, проведенные в некоторых зданиях холдинга “Медиа-Мост”. Это решение вряд ли можно считать точкой в конфликте между нынешней властью и теми СМИ, которые пытаются занимать на российском информационном поле независимую позицию. Так, во всяком случае, считает председатель совета директоров холдинга Владимир ГУСИНСКИЙ, который дал интервью “Общей газете”. – Владимир Александрович, вы удовлетворены решением суда? – Да. И прежде всего потому, что вижу – в нашей системе правосудия еще остались люди, способные принимать решения по закону и не бояться последствий -такого своего морального выбора. Но, наши, мягко говоря, оппоненты считают, что мы даже не имели права обращаться в суд. Представитель Генпрокуратуры назвал наше обращение правовым беспределом. Дальше, как говорится, ехать некуда. То есть врываться в офисы холдинга людям в масках, ставить сотрудников лицом к стене, доводить некоторых до нервного срыва с тяжелыми медицинскими последствиями, что, кстати, официально подтверждено, – это все, с точки зрения прокуратуры, – нормально! А когда мы обжаловали эти действия, опираясь на разъяснение Конституционного суда, – это назвали правовым беспределом. Еще один важнейший момент. Как помните, эти, с позволения сказать, следственные действия проводились на основании некоего возбужденного уголовного дела. Так вот, оказывается, что обоснованность возбуждения того или иного уголовного дела оспорить нельзя. Отсюда следует, что любой прокурорский работник может своим решением поставить крест на вашей деловой репутации, на вашей карьере. Потому что презумпция невиновности в нашей стране абсолютно ничего не значит. Любой начальник, вплоть до президента, может отстранить любого человека от должности только потому, что кто-то возбудил то ли против подозреваемого, то ли против неугодного уголовное дело. Виновен человек или нет, а репутация его подорвана. Такое отношение к презумпции невиновности – это у нас от порочной советской системы, принцип которой – был бы человек, а статья найдется… – И все-таки зачем “Медиа-Мосту” огромная спецслужба, о которой уже складывают легенды? – Кто складывает – представить нетрудно. Несколько лет назад, когда у нас началось первое противостояние с Кремлем, были многократные попытки сорвать выход в эфир НТВ, беспрерывно анонимы докладывали о заложенных в здание бомбах. Ну а угрозы нашим журналистам не прекращались никогда. В этой ситуации было бы крайне безответственно не озаботиться безопасностью своих людей. Когда Аркадий Мамонтов из НТВ делал репортаж о захвате какого-то здания, мы его недели две охраняли, потому что там был замешан криминал. Лену Масюк охраняли после возвращения из чеченского плена. Очень часто с журналистом в командировку отправляется охрана. Павел Лобков делал интересные материалы из Екатеринбурга по “уралмашевским” – за ним все время ходили люди из охраны. Но в основном – это обычная служба безопасности, занимающаяся охраной зданий. А это девять точек в Москве, среди которых есть объекты площадью до 10 тысяч квадратных метров. Для охраны используются не только люди, но и соответствующая техника. – А как же насчет незаконных подслушиваний журналистов? – Чушь. Не секрет, что во многие редакции, финансовые структуры и другие учреждения, находящиеся в поле общественного внимания, поступают разного рода угрозы сотрудникам. Чтобы их зафиксировать, ставятся две телефонные станции и между ними – система магнитной записи. Таким образом можно контролировать все входные и выходные звонки. Это делается во всех серьезных учреждениях, озабоченных безопасностью людей, финансов и пр. Никакая это не тайная слежка, а наоборот – забота о людях. По заявлениям нашей службы безопасности правоохранительные органы возбудили восемь уголовных дел, связанных с угрозами и вымогательством. Есть у нас и оборудование, позволяющее обнаруживать подслушивающие приборы. Никакого секрета здесь тоже нет. Сверхчувствительный приемник, как и многое другое оборудование, приобретен и ввезен совершенно официально, у нас есть на это все бумаги, включая разрешение ФАПСИ, что очень важно. Нас обвиняют в перехвате телефонных разговоров. Даже если представить себе, что мы решились на это, обеспечить такую прослушку крайне сложно. Первый способ прослушивания предполагает покупку и нелегальный ввоз в страну дорогого оборудования, которое затем нужно установить на микроавтобус. Эта машина должна находиться в 50-100 метрах от человека, говорящего по радиотелефону. Второй способ. Вы, наверное, читали в газете “Сегодня” о том, что “Связьинвест” подписал договор с ФСБ. Подобные документы предполагают оборудование при каждой телефонной компании специальной комнаты с аппаратурой, позволяющей сотрудникам ФСБ по необходимости контролировать и записывать разговоры. Но мы не ФСБ! Я уверен, сегодня ни одна частная структура не в силах организовать такую прослушку, какая под силу государству – Еще говорят о суперсекретной аналитической службе “Медиа-Моста”… – Тоже вздор. Мы действительно имеем группу серьезных юристов-консультантов, помогающих нашим журналистам избежать судебных исков. Специалисты смотрят материалы на предмет их доказательности, дают советы, как вести расследования, и т. д. Что же в этом противозаконного? – Только ленивый не упрекал вас в том, что вы берете на работу бывших руководителей КГБ, вроде известного всей творческой интеллигенции Филиппа Бобкова… – Именно поэтому я не буду его увольнять под чьим-либо давлением. Да, мы взяли этого человека, когда он был практически пенсионером. И он никогда не руководил у нас службой безопасности. Когда у коммунистов было много сил и влияния, он нам очень много помогал, потому что имел на них рычаги воздействия. Мы не скрываем, что как группа имеем политические задачи. Скажем, лоббирование законов. Мы не хотим, чтобы закон о СМИ ухудшался, чтобы их налогообложение становилось невыносимым. Так вот, пока были старые коммунисты, Филипп Денисович имел на них влияние. Сейчас – нет. Потому что те коммунисты были бескорыстнее. А сейчас что! Администрация президента практически поставила законодательную власть на зарплату. Я не скажу вам – кто звонил, потому что не смогу доказать, но был звонок с таким предложением: не хотите ли поставить всем депутатам комплекты “НТВ- плюс”, мы найдем возможность оплатить. Вот так, без затей… А убрать Бобкова требовали еще в 94-м. Кто? Например, Барсуков. Большой демократ! Если говорить обо мне, то я считаю так. Были преследования диссидентов той государственной машиной, частью которой был Бобков. Но я, например, не состоял в борцах с режимом, учился в ГИТИСе, можно сказать, идеологическом вузе, был человеком, абсолютно лояльным к власти. Другое дело, что я был с плохим характером, да еще евреем. Перспектив, как понимаете, было не густо. Можете меня осуждать как угодно, но не вправе я, лично я, судить и наказывать Бобкова. Диссиденты, борцы с той системой – у них другие права. Больше того, в 94-м, когда у нас начались неприятности с властями, Бобков нас не предал. Не такой он человек, понимаете. Между прочим, всю войну прошел и не в “Смерше” доносы на своих читал, а с автоматом на передовой бегал. – Владимир Александрович, а вы наверняка могли бы смягчить свою позицию и все уладить с помощью высоких переговоров… – Я хочу, чтобы меня правильно поняли. Мы деремся сегодня не за деньги и не за себя лично. Мне ничего не стоит сесть в самолет и отправиться туда, где, поверьте, немало наших инвестиционных вложений. Но так получилось, что мы стали центром кристаллизации оппозиции. Люди смотрят и ждут – что будет. Дело в том, что диссидентских СМИ не бывает. “Медиа-Мост” это же не самиздат, а огромная структура, которая может удержаться на своей позиций только при поддержке общества. Но большинство граждан молчит. Я вспоминаю историю с Кэтрин Грэм, владелицей “Вашингтон пост”, которая много лет назад, после того как Белый Дом официально предупредил о том, что может отозвать лицензию, все же опубликовала материалы, изобличающие Пентагон. Эта женщина рискнула и победила. Разразился дикий скандал, был снят министр обороны, началось расследование, кое-кого посадили. Но победа была обеспечена прежде всего американским общественным мнением. Поэтому они живут, как люди, а не как мы. Были ли предложения, чтобы я, грубо говоря, отвалил, оставил холдинг? Конечно, и не раз. И сейчас задача – заставить меня продать пакет акций. Другой вариант – замириться. Тоже без проблем. Я снимаю трубку, звоню, встречаюсь, вы уже догадались – с кем… Но у меня нет желания менять позицию. И у моих соратников тоже. Дело же не лично в нас, не в “Медиа-Мосте”. Больше того, кончится независимая журналистика, кончится и свободный народ. – Вы говорите о независимой журналистике. Но, может быть, одна из причин нынешнего конфликта – та, что в ходе предвыборной кампании НТВ помогало одним кандидатам и не поддерживало других? – Это неправда. Именно мы -единственный канал, который критиковал всех политиков и всем, кто хотел, предоставлял трибуну. Нам говорят – вы Лужкова поддерживали. А кто рассказывал о странной практике регистрации приезжих в Москве? Кто объяснял столичному правительству, что бороться надо с бандитами, а не с брюнетами? Нас подозревали в симпатиях к Примакову. Но именно НТВ показывало номенклатурные привычки Евгения Максимовича. И такие примеры я могу привести по каждому более или менее известному политику. Нас еще можно обвинить в симпатиях к Зюганову. Его мы тоже часто зовем в эфир. А Жириновский? Может быть, мы тайный орган ЛДПР? В том-то и отличие НТВ от других каналов, что здесь можно высказаться самым разным людям и политикам. С другой стороны, давайте не будем лукавить. Независимого, абсолютно нейтрального телевидения нет нигде в мире. Потому что его делают живые люди. У Киселева одни симпатии, у Сорокиной другие, у Флярковского с ТВЦ – третьи. Это и есть свобода слова. Для того чтобы зритель мог выбирать в этом многоголосье то, что его интересует, должно быть много каналов и программ, хороших и разных. Но, может, я ошибаюсь, нынешней власти это как раз и не нравится. Она хочет всех, как нынче принято говорить, построить. – Можно ли сегодня подвести промежуточный итог конфликта? – Конечно, власть сумела достичь некоторых итогов. Люди испугались. Пока, думаю, таких немного, но все же эффект получен. Пример тому – отказ некоторых известных изданий от участия в спецвыпуске “Общей газеты”. С другой стороны, суд принял решение не в пользу власти. Многие наблюдавшие за этим конфликтом вправе задуматься над методами, которыми сегодня решено устанавливать так называемую диктатуру закона. Следующий минус – разрушение мифа о президенте Путине как о стороннике реформ, демократии, свободе слова и т. д. Потому что реальные действия открыли совсем другое лицо этой власти. Что, кстати, поставило молодых реформаторов, интеллигенцию в сложную ситуацию. А что, если либералов просто используют как политическое прикрытие совсем других планов… – Как вы прогнозируете дальнейшее развитие ситуации? – Я вижу три варианта развития событий. Первый – Путин оказывается мудрее, чем о нем некоторые думают. Он принимает меры к тем, кто это учинил, и убирает несколько фигур из спецслужб. На этом набирает немало очков в глазах демократической общественности, в глазах мира, если хотите. Но тут в сложную ситуацию попадают не только журналисты НТВ, но весь цех. Президент, оказывается, намного лучше своего окружения. Как после этого его критиковать? Помните, была такая дискуссия – имеют ли право демократические СМИ расследовать коррупцию в рядах либеральных реформаторов… То есть при таком развитии событий возможно изменение отношения к президенту, и это тоже может иметь свои последствия. Другой вариант. Продолжение давления на холдинг, заодно – на горсуд как кассационную инстанцию, возможные новые провокации и пр. При этом сопротивляемость людей из “Медиа-Моста” возрастает, некоторые выбирают для борьбы такие же средства, как и их противники. Значит, встречные потоки грязи, что ни в коем случае нельзя приветствовать, ибо мы, вступая в политическую борьбу, теряем весь смысл своих профессиональных задач. А заодно социальную базу -своих читателей, слушателей, зрителей. Конечно, мы будем сдержанны. И конечно же, нам попытаются еще что-нибудь подсунуть, как-нибудь скомпрометировать и посмотреть на реакцию в стране и за рубежом. Пройдет – попробовать что-нибудь новенькое. Это наиболее надежная тактика в отношениях не только с непокорными СМИ, но и вообще с людьми. Постоянное тестирование на страх. А самое тревожное во всем этом – молчание общества. Причина тому, я думаю – возрождающийся страх, который овладевает людьми. Дракон не в Белом доме или Кремле. Он в нас самих. И имя его вовсе не Путин. [Соломонов Юрий,ОГ.,08.06.00] Дальняя дорога Сначала на американский фондовый рынок будет выведена телекомпания НТВ, по том будут публично размещены акции "НТВ-Плюс", а затем и самого холдинга "Медиа-Мост", владеющего обоими каналами. Таковы, по словам первого заместителя председателя ЗАО "Медиа-Мост" Андрея Цимайло, планы компании, глава и крупнейший акционер которой только что угодил под арест. Параллельно с выходом на фондовые рынки, используя средства иностранных инвесторов, "Медиа-Мост" рефинансирует свою задолженность перед "Газпромом" в $211 млн, и если последний все-таки решится увеличить свой пакет акций холдинга, то через год, когда придет время погашать очередной кредит "Медиа-Моста" в $170 млн, прогарантированный газовой компанией, все пройдет тихо и мирно. А уж в 2009 г., когда "НТВ-Плюс Бонум" предстоит расплачиваться по кредиту в $130 млн, владельцам холдинга, может, и вовсе не понадобится прибегать к средствам какого-либо гаранта, чтобы погасить кредит, – российская экономика к тому времени окрепнет, и рекламный рынок будет вкачивать в СМИ столько денег, что их хватит и на погашение кредитов, и на независимое освещение политической ситуации. О нынешних злоключениях "Медиа-Моста" его руководители во главе с Владимиром Гусинским будут с искушенной усмешкой рассказывать иностранным акционерам крупнейшего в России частного холдинга СМИ. Ведь у "Медиа-Моста" тогда уже будут иностранные инвесторы – и те, что купят его акции напрямую, и те, что приобретут бумаги холдинга на биржах. Это их деньги позволят холдингу расплатиться по кредитам. Возможно, именно об этом процессе говорил накануне президентских выборов Борис Березовский: "[После выборов] "Мост" будет. Но будет какое-то перераспределение собственности, там долги же есть большие…" Возможно, впрочем, что Березовский имел в виду другое развитие событий. "Газпром" до сих пор не может договориться с "Медиа-Мостом" о доведении своего паке та в нем до 25% или больше. Если "Газпром" вообще заинтересован в том, чтобы публично влиять на общественность и политиков, то респектабельность и влиятельность СМИ "Медиа-Моста", конечно, далеко превосходят авторитет тех СМИ, которыми "Газпром" уже владеет (газеты "Труд" и "Трибуна" и телесеть "Прометей-АСТ"). Если его нынешних 14,31% плюс гарантий по кредитам хватает, чтобы НТВ не следовало примеру ОРТ, критикующего "Газпром" на чем свет стоит, то с четвертью акций "Газпром" мог бы авторитетно внушать журналистам холдинга верные мысли и о Чечне, и о Кремле. Сейчас, однако, переговоры об увеличении участия Газпрома" в акционерном капитале "Медиа-Моста" далеки от завершения. Хотя, по заявлению пресс-службы монополиста, прогресс есть, Цимайло считает, что дальнейшему прогрессу мешает Кремль. Поэтому возникает еще один возможный сценарий перераспределения собственности, о котором говорил Березовский. А именно, суд признает Гусинского виновным, отправляет его в исправительно-трудовое учреждение и конфискует его собственность, в том числе 37,45% акций "Медиа-Моста", в пользу государства, которое выставляет их на конкурс. При таком сценарии "Газпром" в списке покупателей можно не искать. [Вед. 15.06.00] "Мост" снова вооружили. Управление лицензионно-разрешительной работы ГУВД столицы вернуло все оружие, изъятое в мае у службы безопасности Труппы "Мост" и частного охранного предприятия "Мост секьюрити сервис". Об этом сообщил вчера источник в правоохранительных органах столицы. Адвокат "Группы "Мост" Павел Астахов подтвердил эту информацию, отметив, что оружие ЧОП "Мост секьюрити сервис" возвращено "в полном соответствии с решением Московского арбитражного суда". 28 июня этого года суд обязал ГУВД "не чинить препятствий" деятельности этого охранного предприятия и возвратить ему изъятую 19 мая лицензию на право осуществления охранной деятельности, разрешение на хранение и использование оружия и само оружие – 70 служебных пистолетов. [ЪД.,04.08.00] За “Русское видео” никто не сядет. Выпущен “подельник” Гусинского. Дмитрий Рождественский, главный после снятия обвинений с Владимира Гусинского фигурант в деле “Русского видео”, вчера выпущен под подписку о невыезде. Такое решение принял Петроградский райсуд Санкт-Петербурга. Одновременно ГУВД Москвы вернуло 70 пистолетов, изъятых у службы безопасности группы “Мост” и охранного предприятия “Мост секьюрити сервис”. Все это свидетельствует о том, что громкое дело фактически развалилось. Бывший руководитель государственной телекомпании “Русское видео – 11-й канал” Дмитрий Рождественский прославился тем, что в 1997 году фактически за бесценок в результате финансовых манипуляций продал возглавляемое им предприятие холдингу “Медиа-Мост”. Он был арестован по обвинению в хищении в особо крупных размерах еще в сентябре 1998 года, а Владимир Гусинский долгое время проходил в этом деле в качестве свидетеля. Напомним, что позже в ходе следствия Гусинского также обвинили в мошенничестве. Правда, в суд прокуратура передала лишь три мелких эпизода, связанных с Рождественским: перевод денег за рекламу на счета подставной финской фирмы, незаконное приобретение на рекламные деньги автомобиля ВАЗ-21099, а также использование служебного положения в корыстных целях – некий предприниматель поставлял стройматериалы ему на дачу в счет оплаты за рекламу. После снятия обвинений с Гусинского стало очевидно, что именно эти эпизоды и лягут в основу уголовного дела по “Русскому видео”. Между тем за время пребывания под стражей здоровье Рождественского значительно ухудшилось: он перенес гипертонический криз, фурункулез и гепатит. Вдобавок его жену разбил паралич и тяжело заболела престарелая мать. Последнее время Рождественский находился в тюремной больнице. Обо всем этом не раз писали адвокаты Рождественского в ходатайствах об изменении ему меры пресечения. Четыре из них были отклонены, но вчера председатель Петроградского суда Наталья Беганская распорядилась выпустить его под подписку о невыезде. Безусловно, немалую роль в судьбе арестанта сыграло заявление в Испании Владимира Путина (он знаком с Рождественским еще по Петербургу), который признался, что не считает Рождественского особо опасным. Более того, 24 июля в Петроградский суд поступило обращение 12 депутатов Госдумы (среди которых Борис Грызлов, Ирина Хакамада и Артур Чилингаров) с просьбой выпустить Рождественского. В результате вчера его перевели из тюремной в обычную городскую больницу. Впрочем, согласно заявлению Генпрокуратуры, это обстоятельство никак не помешает вынесению судебного решения. Вчера же, выполняя решение московского арбитражного суда, ГУВД Москвы вернуло 70 пистолетов, изъятых у службы безопасности группы “Мост” и охранного предприятия “Мост секьюрити сервис”, а также лицензию на право осуществления охранной деятельности. Охрана “Моста” была разоружена 19 мая по указанию замгенпрокурора Василия Колмогорова. Лицензию и пистолеты отобрали как у службы безопасности холдинга (занимается физической защитой сотрудников и руководства “Медиа-Моста”), так и у ЧОП “Мост секьюрити сервис” (охрана объектов). Адвокаты “Моста” обратились с иском к столичному ГУВД в арбитражный суд. 28 июня суд распорядился вернуть все изъятое и, более того, “не чинить препятствий деятельности охранной структуры”. По словам адвоката “Медиа-Моста” Павла Астахова, у милиционеров было право обжаловать решение в вышестоящей инстанции, однако этого сделано не было. Санкт-Петербург. [Павлов Дмитрий,Цыганов Андрей,ЪД.,04.08.00]

Наименование Организации Коммерч: МОСТ ГРУППА, ТОО, СБ

Телефон: (095) 2023408